Невестка меня избегает... А я просто хочу быть рядом с внучкой

Честно? Уже не знаю, что думать. Может, кто-то был в похожей ситуации? Подскажите хоть, как себя вести. Я ведь не враг ни сыну, ни его жене. А ощущение такое, будто меня из их жизни вытолкали, да еще и дверь за собой захлопнули.

Мой сын, Егор, женился на Свете четыре года назад. Женился уже ближе к тридцати, мы с мужем, признаться, уже волноваться начали: ну неужто останется один? И вдруг – бац! – объявляет, что женится. Мы, конечно, обрадовались. Приехали знакомиться — девушка на первый взгляд замечательная: красивая, весёлая, говорит легко, смеётся звонко. Ну, думаю, повезло сыну. И, глядишь, мне повезло с невесткой.

Но вот свадьбу сыграли – и как будто подменили их. То есть не сразу, но всё больше чувствую: отдаляются. Сначала вроде всё нормально было, но со временем всё больше и больше – дистанция, холодок.

– Мам, мы, наверное, не сможем на выходные, у Светы тётя приезжает, – говорил Егор.

– Понятно, конечно, – кивала я, стараясь не обидеться.

Они живут в городе, мы – в селе. Видимся редко, ну, раз в три-четыре месяца. Я и так старалась не лезть. Созваниваемся с Егором пару раз в неделю, о жизни болтаем. Света трубку почти никогда не берёт, но я списывала это на занятость, мол, работа, дела, семья.

А потом родилась Лера – наша долгожданная внучка. Мы с мужем аж прослезились. А через восемь месяцев – Света снова беременна. Радость! Я подумала: вот он, шанс сблизиться. Всё-таки дети объединяют.

И вот, недавно Света уехала на обследование – на неделю. Попросили меня побыть с Лерой. Конечно, согласилась. Сын-то работает, его и ночью на дежурства вызывают. А малышка капризная, зубки лезут. Мне уже за 60, силы не те, но сердце-то молодое – ради внучки на всё готова.

Днём жила у дочери, она мне помогала, а на ночь шла к Егору, чтобы внучка в привычной обстановке спала. Переживала, конечно – как кормить, что одеть, по какому режиму всё у них. Хотела бы Свету расспросить, но она, уехав, ни разу мне не позвонила.

– Егор, скажи Свете, чтобы перезвонила. Мне нужно обсудить кое-что по Лере, – просила я.

– Передам, мам.

Но – тишина. Сама звонила – не берёт трубку. Через его мать тоже пыталась передать. Бесполезно. "Занята", мол. Ну как так? Пять минут нашла бы...

Прошла неделя. Света вернулась, а мы с Лерой были у моей дочери. Она туда и приехала. Дочка встретила, пообнимались. Лера спала, Света присела на диван, молчит. Я к ней: – Как всё прошло? Всё в порядке?

Она кивнула, вроде бы улыбнулась. Но разговаривать особо не стремилась. Только с дочкой моей болтала, как с подружкой. Я сначала не придала значения. Думаю: дорога, устала, может, просто не до разговоров. Не полезла. Вечером Егор приехал – забрали внучку и уехали.

И вдруг через полчаса – снова он на пороге:

– Мама, что случилось?

Я, растерянная:

– А что?

– Света в слезах. Говорит, ты с ней не разговаривала, смотрела на неё, как волчица. Кричит, что пыталась наладить контакт, а ты её игнорировала.

Я чуть с табуретки не свалилась.

– Егор, да ты что? Да я ей слова плохого не сказала! Было ужасно обидно. Но я себя пересилила, набрала её. Не берет. Снова. Через сына передала, что хочу спокойно поговорить. В ответ: "Я с ней говорить не хочу".

Тут я села и задумалась: что я такого сделала? Ну ведь ничего же! Всё делаю от души. Мы с мужем всегда и овощи, и мясо, и рыбу передаём – что есть. Не навязываюсь. Не лезу в семью. Только добра желаю.

А недавно снова нужно было Свете в больницу ехать. И знаете, кого она попросила с внучкой посидеть? Родителей своих. А Егору сказала:

– Даже на полчаса Леру к твоей матери не вези.

Вот тогда я уже не выдержала. Села, расплакалась.

– Господи, ну за что?

Муж рядом молчит. Что скажешь-то тут? Он у меня человек простой, спокойный, но и его это задело. Всё отдаём, а взамен – молчание, холод и запреты.

Я с сыном снова попыталась поговорить. Он только рукой махнул:

– Мама, потерпи. Всё наладится, вы обязательно помиритесь.

Да только мне от этого не легче. Сколько можно терпеть? Звонить первой больше не хочу. Унижаться — тем более. Но и внучку терять больно. Она мне как солнышко, как дыхание. Не так часто вижу её, а тут – вообще не разрешают.

Я никого не обвиняю. Может, у Светы и правда гормоны бушуют. Но где же предел? Где уважение? Я же бабушка. Я не прошу любви – я прошу только капельку участия, чуть-чуть тепла. Неужели это так много?