9 глава
Люсьена проснулась от того, что невозможно было повернуться, что-то тяжелое давило на ноги. За окном начинался рассвет. В комнате царил полумрак. Завтра выходной. В кровати как всегда со своей подушкой и одеялом пристроились рядом Ирина и Анютка.
-Ну, это стало уже доброй традицией,-ворчала женщина.
Дети захватили ее кровать незаметно. Сначала проникла в комнату меньшая. То ей не спится. То страшно. То животик болит. А потом присоединилась и старшая. У этой одиночество было главной причиной.
-Видите ли кому-то одиноко. А мне даже повернуться невозможно.
В ногах валялся кот, которого два месяца назад Глеб достал из-под капота. Его потом отмывали неделю от мазута. Лечили всем семейством. Откормить пока не удалось. Он первых две недели ел почему-то один хлеб и пиццу. Потом распробовал другую человеческую еду. Сейчас подавай кошачий корм Премиум класса. Растет не по дням, а по часам. Становится длиннее, но бока еще худые. Доктор сказал, что Механику нужно время и любовь. Такую странную кличку коту дал Глеб. В память о тех нескольких часах, которые понадобились ему, чтобы раскурочить полмашины и достать пушистого и грязного "работягу".
Но на этом утро сюрпризов не закончилось. Рядом с котом спал сам Глеб.
-Этого нам еще не хватало. Мы сейчас как в самой глухой деревне в дореволюционное время живем. Все в одной горнице. У каждого своя комната есть. Не бедствуем же.
Люсьена тихо спустилась на пол. Накинула халат и решила идти на кухню. Сегодня хотелось что-то вкусненькое приготовить. Все "семейство" в сборе.
Она понимала, что это все понарошку. До поры до времени их судьба соединила под одной крышей, и оно закончится рано или поздно. Но ей это так нравилось. Совершенно чужие друг другу люди вдруг на короткий час почувствовали тепло и заботу, словно они настоящая семья. Аня оказалась дочерью погибшего сотрудника Глеба, его близкого друга. Вся семья погибла от рук преступников. Девочка была в детском саду. Это ее и спасло. Глеб вышел на пенсию и взял опеку над ребенком. Удочерить не дали из-за отсутствия полной семьи. Бывшая супруга и взрослый сын давно проживали в США. А мужчина после расставания так и не рискнул взять шанс на новые серьезные отношения. Сейчас он занимался биржевыми ставками и пропадал неделями в странных командировках. Люсьена не вникала в его дела. Для всех соседей они были семьей. Играли эту роль спокойно, без фанатизма. С детьми она быстро нашла общий язык. Женщина просто наслаждалась временем, проведенным вместе. И где-то глубоко в душе уже переживала, что оно когда-нибудь закончится.
После завтрака Ирина уехала на занятия. Глеб с младшей "дочерью" собирались в зоопарк. А Люсьена торопилась на пленэр. Она с недавних пор увлеклась живописью. Свободного времени было достаточно. Почему бы и не заниматься тем, чем всегда хотелось? В соседнем сквере собиралось несколько человек, которые профессионально рисовали. Ей было далеко к их успехам. Но Люсьена не переживала. Это дело было для души, а не для признания и славы. Ее спокойное, немного ироничное отношение к собственным примитивным шагам в искусстве нравилось людям. Зависть не была ее коньком. Так что художники по-доброму приняли в свой коллектив новенькую. Некоторые давали дельные советы и короткие уроки, чем женщина с удовольствием пользовалась. Заодно учила французский. Как мало надо, чтобы стать своей среди чужих. Надо просто быть собой, и люди всегда отреагируют на это положительно. Часто оставались в соседней кофейне после трудового дня. Шутили. Приобщали Люсьену к бельгийской кухне. Изучать культуру другого народа было весьма интересным и познавательным. Женщина удивлялась не разности, а моментам похожести. По сути, кроме каких-то незначительных мелочей, ничем они не отличались. С арабами не сравнишь. Там все другое. Сама внутренняя суть и ценности иные. Выучить язык и остаться здесь навсегда ей казалось возможным. Но там на родине ее семья... А это было важным для женщины.
Неожиданно появились поклонники. Чем смущали и вводили Люсьену в краску. Сначала она воспринимала знаки внимания, как выражение уважения. А когда почувствовала, что здесь все намного серьезнее, cтала просто избегать личного общения. Все знали, что она несвободна. Почему некоторые начали проявлять интерес?
Она после этого решила изменить место натурного занятия. Живописных участков в их районе достаточно.
На обратном пути Люсьена чуть не выпала из машины, когда увидела Милада рядом с соседним домом. Сидел он здесь уже долго. Успел выщипать почти все цветы в букете.
Это был один из старых знакомых художников.
-О Боже, что он здесь забыл?
Она не понимала, почему ее доброжелательное поведение вызвало такую реакцию. Ведь со всеми так себя ведет. Здесь в Европе это норма.
После развода долго была холодной и закрытой. Всю мужскую братию принимала во штыки. Даже самой казалось, что вся покрыта колючками словно кактус. А тут с детьми и Глебом успела немного расслабиться. Стала заново радоваться жизни. И вот, результаты налицо. А ей так не хотелось быть нелюбезной, cнова обдавать ледяным холодом людей, к которым хорошо относилась. Вновь надо избегать общества?
- Нашли все-таки. Со дня на день и остальные подтянутся. Скоро совсем перестану выходить из дома... Сколько же во мне страхов. Надо что-то менять в своей жизни.
Из окна столовой на Милада с цветами смотрела вся ее "новая" семья. Все в сборе.
"Хорошо, что мы чужие друг другу. Не надо будет оправдываться,- думала женщина,- как я не люблю такие неожиданности".
С дежурной улыбкой приняла цветы. Обменялись любезностями. Оказывается приятель волновался отсутствию ее на пленэре. Потому решил проведать. Узнал адрес у Алексии, с которой Люсьена близко общалась.
Поблагодарила. Пыталась найти оправдание. Только все тщетно. Почему-то он считывал ее всю, до самой глубины. Видел, что злится, что смущена, что ищет повод, чтобы побыстрее сбежать. Он ее не задерживал. Просто захотелось увидеть. Теперь пожалел о том, что сделал. Эта женщина была ему приятна и вызывала теплые чувства. Сам не понимал причины. Попрощались.
А дома все "семейство" молча разошлось по своим комнатам.
-Ну вот. Теперь меня считают предательницей. И это на ровном месте. Ладно. Может это и к лучшему. Все равно нам привязываться друг к другу нельзя. Зато спать будет свободнее. Никто не будет больше захватывать мою территорию.