Сначала это была защита. Потом — привычка. А потом — почти исчезновение. Быть сильной казалось единственным вариантом. Сдержанной. Продуктивной. Независимой. Не ныть. Не просить. Держаться. Но чем больше я держалась, тем дальше становилась от себя. От живой, чувствующей, настоящей. Я будто строила крепость из силы. Крепкую. Внушительную. Только внутри было пусто. И однажды я услышала: «Ты можешь не справляться. Это тоже жизнь. Ты можешь быть мягкой. Это тоже сила.» С этого началось возвращение. Не к силе — к себе. Теперь я не притворяюсь. Я просто живу. С паузами, слабостью, тенью под глазами — и удивительным ощущением света внутри.
Сначала это была защита.
Потом — привычка.
А потом — почти исчезновение.
Быть сильной казалось единственным вариантом.
Сдержанной. Продуктивной. Независимой.
Не ныть. Не просить. Держаться.
Но чем больше я держалась,
тем дальше становилась от себя.
От живой, чувствующей, настоящей.
Я будто строила крепость из силы.
Крепкую. Внушительную.
Только внутри было пусто.
И однажды я услышала:
«Ты можешь не справляться. Это тоже жизнь.
Ты можешь быть мягкой. Это тоже сила.»
С этого началось возвращение.
Не к силе — к себе.
Теперь я не притворяюсь.
Я просто живу.
С паузами, слабостью, тенью под глазами —
и удивительным ощущением света внутри.
