В России заговорили о налоге, который звучит как сюжет сатирической комедии: безработных хотят заставить платить фиксированный НДФЛ и взносы в фонд ОМС. Экономист Александр Сафонов уверяет, что это путь к социальной справедливости: если ты пользуешься благами государства, плати в казну.
На бумаге идея кажется логичной: почему одни пашут и платят налоги, а другие живут в свое удовольствие? Но на деле все сложнее. Без четких критериев налог может ударить не по миллиардерам, а по мамам в декрете, безработным в поиске и семьям на пособиях. Вместо борьбы со сверхбогатыми, уклоняющимися от налогов, государство рискует наказать тех, кто и так на грани.
Согласно свежим данным 2025 года, в России богатым считается человек с доходом свыше 860 тыс. рублей в месяц (около 10,3 млн рублей в год), а сверхбогатым — с капиталом от $1 млн (примерно 100 млн рублей). Эти люди — владельцы нефтяных компаний, металлургических гигантов и IT-холдингов, такие как Вагит Алекперов ($28,9 млрд) или Владимир Лисин ($26,5 млрд). Но налог Сафонова нацелен вовсе не на них, а на тех, кто официально не работает, включая домохозяек и фрилансеров.
На первый взгляд, «богатый бездельник» — это рантье, сдающий элитную недвижимость, наследник миллиардного состояния или взрослый ребенок олигарха, живущий на родительские деньги. Они, может, и могли бы платить налог. Но как их найти? И как отличить их от мамы двоих детей, которая не работает, потому что занимается воспитанием? Или от фрилансера, чьи доходы налоговая не видит? Сафонов предлагает облагать налогом всех неработающих, но без критериев (например, порога дохода или имущества) под удар попадут не миллиардеры, а средний класс и даже бедные.
Налог на детские пособия: помощь или наказание?
Россия годами борется с демографическим кризисом. В 2024 году рождаемость упала до рекордно низкого уровня — 1,2 млн новорожденных, и государство активно призывает семьи рожать больше. Но как рожать, если даже детские пособия, которые и так составляют жалкие 12–15 тыс. рублей в месяц, хотят обложить налогом? Для многих семей это не бонус, а способ купить еду или школьные тетради. Облагать их налогом — это как отбирать у родителей последнюю подушку безопасности.
Сафонов предлагает исключить из-под налога многодетных и тех, кто ухаживает за инвалидами, но остальные должны платить. Его логика: пособия — это доход, а любой доход облагается налогом. Но разве это не противоречит самой цели пособий? Они созданы, чтобы поддерживать семьи, а не загонять их в долги. Если заставить родителей платить НДФЛ с этих сумм, многие просто откажутся от пособий. Это как требовать от пожарных платы за воду, которой они тушат огонь.
В итоге пострадают те, кого государство, по идее, защищает, - семьи с низким доходом, где каждая копейка на счету. О каком пополнении в семье можно говорить в таких условиях? Государство одной рукой дает пособия, а другой забирает их обратно, подрывая доверие к своей же демографической политике.
Разделит ли налог общество?
В России, по данным Росстата, около 15 млн человек официально не работают, но большая часть из них — это не «бездельники», а домохозяйки, студенты, пенсионеры или безработные. Проверять счета или следить за тратами каждого — это дорого и технически сложно. Без прозрачной системы налог станет дубинкой, которая бьет по самым уязвимым.
О какой социальной справедливости, в таком случае, речь?
Новый налог может расколоть общество на два лагеря. И этот раскол опасен. В России и без того растет неравенство. Россияне замечают увеличение разрыва между богатыми и бедными за последние пять лет. Вместо того чтобы прижать сверхбогатых, чьи состояния исчисляются миллиардами, налог Сафонова рискует усилить напряжение между работающими и неработающими, бедными и средним классом. Почему борьба за справедливость снова обходит лидеров списка Forbes, а бьет по карману обычных людей?
Международный опыт и российские реалии
В России с 2021 года действует прогрессивная шкала НДФЛ: доходы свыше 5 млн рублей в год (около 417 тыс. рублей в месяц) облагаются по ставке 15%. С 2025 года введена пятиступенчатая шкала, где максимальная ставка 22% применяется к доходам свыше 50 млн рублей в год (около 4,2 млн рублей в месяц). По оценкам Минфина, это затронет лишь 3,2% работающих — около 2 млн человек с доходом выше 200 тыс. рублей в месяц. Но даже эта мера не касается сверхбогатых, чьи состояния растут за счет акций, недвижимости и офшоров, а не зарплат. Например, состояние Владимира Лисина в 2024 году выросло на $5 млрд за счет акций НЛМК, но такие доходы часто не облагаются налогом, пока активы не проданы.
Международный опыт показывает, что налоги на богатство работают, если они прозрачны и нацелены на сверхбогатых. Во Франции до 2018 года налог на богатство (ISF) облагал активы свыше 1,3 млн евро, принося 4–5 млрд евро в год, но богатые уезжали в Бельгию, и налог заменили на более узкий — на элитную недвижимость. В Испании налог на богатство (0,2–3,45%) приносит около 1 млрд евро ежегодно, а в Швейцарии низкие ставки и прозрачность снижают уклонение.
В России же налог на «бездельников» вместо сверхбогатых выглядит как обходной маневр. По данным Oxfam, 1% богатейших россиян контролируют до 30% национального богатства, но уклоняются от 30% налоговых обязательств. Почему вместо усиления контроля за офшорами или введения налога на сверхприбыль, как в Великобритании во время кризисов (ставка до 80%), Россия идет по пути наказания безработных? Это проще, но менее эффективно.
До сверхбогатых добраться сверхтрудно
Налог на «богатых бездельников» задумывался как борьба за справедливость, но превратился в угрозу для домохозяек, родителей и безработных. Почему так вышло? Безработных много, ресурсов, связи и влияния у них нет, а за счет количества, бюджет можно неплохо пополнить. Сверхбогатых мало, все видные люди, их в кабалу не загонишь. Их состояния растут на миллиарды, но они прячут деньги в Дубае или на Кипре, а их лоббисты сидят в кабинетах власти. Прижать их практически невозможно, но если государство хочет реальной справедливости, начинать надо с них, а не с мам в декрете.
Вместо охоты на «бездельников» России стоило бы подумать над усилением контроля за офшорами, налогом на сверхприбыль и сделать систему прозрачной, как в Дании. Это пополнит бюджет и покажет, что закон работает для всех, а не только для тех, кто не может себя защитить.
Домохозяйки здесь? Готовы к налогу?