Вызвала мастера для ремонта стиральной машины и не могла поверить глазам, когда его увидела

Моя стиральная машинка выбрала самый неподходящий момент для бунта — в субботу, когда набралась гора вещей детей из садика и мужа с тренировки. Я нервно ткнула в номер службы ремонта.

— Через час будет мастер, — бодро пообещал диспетчер.

Я провела этот час в странной суете: то вытирала пыль с розеток, то переставляла цветы на подоконнике. «Что за глупости, — ворчала себе под нос, — обычный мастер, а я будто к принцу готовлюсь».

Звонок раздался в назначенное время. — Здравствуйте, я из... — голос оборвался, когда я резко распахнула дверь.

Кровь ударила в виски. Передо мной стоял он — в синем комбинезоне с логотипом «РемБытТехники», с ящиком инструментов в руках. Та же ямочка, те же веснушки на переносице, которые я когда-то считала милыми.

— Привет, Ань. — Дмитрий потупил взгляд, нервно перекладывая ручку ящика из руки в руку.

Пять лет прошло с тех пор, как он вышел из нашего суда с разводом в кармане и новой любовницей под руку. Тогда он щеголял в костюмах от Hugo Boss, а теперь... Я машинально заметила потёртые манжеты его рабочей формы.

— Ты... ты вообще умеешь чинить что-то? — вырвалось у меня.

Он вздрогнул, будто получил пощёчину.

— После банкротства фирмы пришлось научиться, — пробормотал, протискиваясь мимо меня в ванную. Его плечо на миг коснулось моего — пахло сантехническим герметиком и тем же одеколоном «Сафари», которым пользовался в нашей семейной жизни.

Я прислонилась к косяку, наблюдая, как его пальцы, когда-то нежно водившие по клавишам моего пианино, ловко орудуют отвёрткой. В тишине слышалось сопение младшей дочки из соседней комнаты — ребёнка, которого он так и не увидел новорождённым.

— Конденсатор сгорел, — нарушил молчание Дмитрий, вытирая руки ветошью. — Замена займёт минут двадцать. Если, конечно, ты не против...

«Против чего? — яростно думала я. — Против того, что ты вдруг появился, когда я уже научилась спать по ночам? Против того, что вижу тебя на коленях у моей стиралки, как когда-то на коленях с кольцом в руке?»

— Делай, что должен, — бросила я, убегая на кухню варить кофе. Руки дрожали так, что ложка звякала о кружку.

Он вошёл на кухню. — Спасибо, — взял чашку, и наши пальцы ненадолго встретились. — Знаешь, я... — Мама! — из спальни выбежала трёхлетняя Лиза в пижаме с единорогами. — А кто это?

Дмитрий застыл, глядя на её ямочку — точную копию его собственной. — Мастер, доченька, — быстро сказала я, прижимая ребёнка к себе. — Он уже уходит.

Он молча кивнул, собирая инструменты. У двери вдруг обернулся: — Ань... Я... прости. За всё.

Он ушел. В тишине зажужжала ожившая стиралка. Лиза потянула меня за подол: — Мам, почему ты плачешь? — Это просто конденсат, рыбка. Всё хорошо.