– Марина Петровна, что вам там делать без меня? – Наташа крепче запахнула халат, чувствуя, как внутри поднимается волна беспокойства.
– Ну у тебя большой участок. Хочу грядки сделать, огурчики посадить, морковку, для вас же стараюсь, – свекровь говорила торопливо, избегая прямого взгляда.
Наташа нахмурилась. За пять лет брака Марина Петровна ни разу не проявляла интереса к садоводству.
– Весь инвентарь находится в пристройке, от неё я могу ключи дать, а в доме вам делать нечего.
Свекровь заметно напряглась и нахмурилась.
– Я хотела побыть там несколько дней, обещаю, что ничего не пропадёт, – Марина Петровна умоляюще взглянула на невестку.
Наташа колебалась. Что-то в этой просьбе казалось неискренним, но отказать без веской причины значило спровоцировать новый виток напряжённости в семье.
– Ну ладно, но только на несколько дней.
Закрыв за свекровью дверь, Наташа прислонилась к стене и глубоко вздохнула. Что-то здесь не сходилось. За все годы Марина Петровна ни разу не заикалась об огородничестве, а тут вдруг такой энтузиазм. Когда вечером вернулся муж, Наташа поделилась сомнениями.
— Мишь, а тебе не кажется странным, что твоя мама вдруг решила огородом заняться?
— Да ладно тебе, — отмахнулся он, не отрываясь от телефона. — Ей, наверное, просто скучно.
Наташа промолчала. Спорить не хотелось. Через два дня Марина Петровна принесла ключи, бодро отрапортовала о посаженной редиске и быстро ушла. А Наташа снова поймала себя на ощущении, что её обманывают. Будто тёмная кошка пробежала между лопаток.
В пятницу Наташа решила нагрянуть на дачу без предупреждения. Интуиция не давала покоя, да и цветы нужно было полить после недельной жары. Собрав минимум вещей, она поймала попутку до электрички. Дорога вилась вдоль пыльной обочины от станции до садоводства. Наташа вдыхала запах нагретой солнцем травы и пыталась отогнать дурные мысли. Может, и правда зря беспокоится? Но когда показался забор её участка, сердце ёкнуло. На крыльце стояла пепельница, которой раньше не было. Наташа не курила, муж тоже. А через незанавешенное окно виднелась чья-то фигура.
Она замерла у калитки. Хотелось развернуться и убежать. Но вместо этого Наташа достала ключ и решительно открыла замок. В конце концов, это её дом. И она имеет полное право знать, кто в нём хозяйничает.
— Кто здесь? — Наташа распахнула дверь дома и замерла на пороге.
За её кухонным столом сидел незнакомый мужчина лет шестидесяти с лицом, удивительно похожим на лицо свекрови. Те же морщины вокруг глаз, тот же разлет бровей. Он растерянно смотрел на Наташу, зажав в пальцах недокуренную сигарету.
— Вы кто? — выдохнула Наташа, оглядывая кухню. На плите стояла кастрюля, в раковине — немытая посуда, а на полу валялся рюкзак.
— Я Виктор... брат Марины, — мужчина поднялся из-за стола. — А вы, наверное, Наташа?
— Я хозяйка. И хотела бы понять, что вы делаете в моём доме?
Виктор замялся, машинально пригладил редкие седые волосы.
— Марина не сказала? Она обещала всё уладить. Мне только на пару недель перекантоваться...
Наташа почувствовала, как внутри закипает злость.
— Пару недель? Мне сказали о паре дней работы в огороде! И ни слова о том, что здесь кто-то будет жить!
— Послушайте, я могу объяснить...
— Нет, это пусть мне объяснит Марина Петровна! — Наташа дрожащими руками достала телефон и набрала номер свекрови. — И вас я очень прошу собрать вещи.
Гудки звучали издевательски долго, а Виктор стоял, опустив глаза, как нашкодивший школьник.
— Наташенька! Какими судьбами? — голос Марины Петровны звучал фальшиво-бодро.
— Не притворяйтесь, что не понимаете! — отрезала Наташа. — Почему в моём доме живёт ваш брат?
В трубке повисла тишина, потом послышался тяжёлый вздох.
— Я хотела поговорить с тобой после выходных... Витя попал в трудную ситуацию.
— И поэтому вы решили поселить его на моей даче? Без спроса?
Виктор беспомощно переминался с ноги на ногу, явно чувствуя себя неловко.
— Позвоню мужу, — бросила Наташа и отключилась.
Миша ответил не сразу. Судя по фоновому шуму, он был в автосервисе.
— Ты знал? — без предисловий спросила Наташа.
— О чём?
— Что твоя мать поселила своего брата на нашей даче!
— Какого ещё брата? — искреннее удивление в голосе мужа немного успокоило Наташу. — У мамы нет братьев.
— Есть! Сидит на моей кухне и курит!
— Подожди меня, я приеду через час.
Наташа убрала телефон и обернулась к Виктору.
— Значит, даже ваш племянник не знает о вашем существовании? Что за цирк?
— Марина и правда никогда не рассказывала обо мне, — тихо произнёс Виктор. — Мы... не общались почти тридцать лет.
— Прекрасно! И ради такого родственника она решила меня обмануть?
— Я понимаю ваше возмущение. Соберу вещи и уйду.
— Нет уж, подождите Мишу. Пусть ваша сестра всё объяснит при свидетелях.
Марина Петровна примчалась раньше сына. Вид у неё был загнанный и виноватый одновременно.
— Я всё объясню, — с порога начала она, переводя взгляд с невестки на брата.
— Очень на это надеюсь, — холодно ответила Наташа.
Они сели за стол. Виктор нервно крутил в руках зажигалку.
— Витя отсидел почти двадцать лет, — тихо сказала Марина Петровна. — Вышел полгода назад. Жить негде, на работу не берут.
— Вы могли просто попросить, — процедила Наташа.
— А ты бы согласилась пустить в свой дом бывшего зека? — горько усмехнулась свекровь.
Наташа промолчала. Действительно, вряд ли.
— Я ошибся по молодости, — вмешался Виктор. — Связался не с теми людьми, пошёл на дело. Первый срок, потом второй...
— Он исправился, — горячо заговорила Марина Петровна. — Образование получил в колонии. Но кому это интересно? Клеймо на всю жизнь. Я ему комнату снимала в городе, но хозяйка узнала о судимости и выгнала. А к себе взять не могу — у меня же однушка, — свекровь говорила быстро, словно боялась, что её перебьют. — Я знаю, что поступила нехорошо. Но я не знала, как быть.
Скрипнула входная дверь — приехал Миша.
Миша слушал молча, хмурясь и изредка бросая взгляды на дядю, о существовании которого узнал только сегодня. Наташа сидела, обхватив чашку с остывшим чаем. Внутри боролись обида и жалость. С одной стороны, свекровь её обманула, вторглась в личное пространство. Даже не вторглась — впустила туда постороннего. Дом, в котором Наташа чувствовала себя в безопасности, оказался доступен для чужака.
Но с другой... перед ней сидел пожилой человек с потухшими глазами, у которого, по сути, ничего не осталось. Ни дома, ни семьи, ни работы. Только сестра, которая сама еле сводит концы с концами на пенсию.
Наташа вспомнила, как несколько лет назад её саму чуть не выселили из съёмной квартиры из-за задержки зарплаты. Как металась по городу в поисках денег. И как чужие люди помогли ей удержаться на плаву. Может, сейчас её очередь помочь?
— Миш, можно тебя на минутку? — Наташа кивнула в сторону веранды.
Они вышли из дома. Сад утопал в вечерней тишине, только где-то вдалеке лаяла собака.
— Не злись на маму, — неожиданно произнёс муж. — Она просто не знала, как поступить.
— И решила сделать всё тайком?
— Ты бы согласилась?
Наташа промолчала. Потом решительно тряхнула головой.
— Ладно, пусть остаётся. Но только на время, пока не найдёт работу.
— Серьёзно? — Миша удивлённо посмотрел на жену.
— С условиями, — Наташа подняла палец. — Во-первых, никакого курения в доме. Во-вторых, пусть действительно займётся огородом, раз уж об этом шла речь. И в-третьих... — она сделала паузу, — пусть Марина Петровна перестанет делать вид, что я плохая хозяйка.
Миша улыбнулся и обнял жену.
— Ты лучшая, знаешь?
Вернувшись в дом, Наташа объявила своё решение. Марина Петровна расплакалась, а Виктор сидел, низко опустив голову.
— Спасибо, — наконец произнёс он. — Я отработаю помощь. Честное слово.
Три месяца спустя.
Виктор Петрович, как теперь официально называла его Наташа, преобразил участок до неузнаваемости. Грядки ломились от урожая, появилась новая теплица, а старый сарай превратился в удобную мастерскую. Марина Петровна перестала критиковать невестку и даже извинилась за прошлые колкости. Вместе с урожаем на даче появился огромный телевизор, микроволновка и даже кофеварка.
- Виктор Петрович, откуда всё это? - удивилась Наташа.
- Тут в километре, дача одного авторитета, я её ограбил, - повисла тишина, - да шучу я, заработал.