Вы идёте по улице, и случайный прохожий бросает в вашу сторону: «Эй, осторожнее!» — голос резкий, будто обвиняющий. Сердце сжимается. Внутри вспыхивает: «Что он имел в виду? Я что-то сделал не так?» А теперь представьте: тот же человек говорит то же самое, но… на незнакомом языке. Никакой реакции. Только звук, лишённый смысла. Где живёт боль — в слове или в нас? В Тибете есть история о монахе, которого ученики спросили: «Почему ты не злишься, когда тебя оскорбляют?» — Если на рынке вам пытаются продать гнилой фрукт, а вы не покупаете — кому он принадлежит? — ответил он. — Продавцу. — Так и с грубыми словами. Если я не принимаю их — они остаются с тем, кто их произнёс. Мы забыли: слова — это условность. Ребёнок, впервые слышащий ругательство, лишь улавливает интонацию. Значение ему объясняют позже — и тогда звук обретает силу. Практика:
Попробуйте неделю слушать речь окружающих как абстрактный шум — без интерпретаций. Вы заметите: даже гневные диалоги станут напоминать игру актёров. В 1