Это было давно, в 2008 году. Был май, как и сейчас. Дождливый, но как будто более тёплый. Сталкерская такая погодка. Я, тогда ещё студентка, жила в городе Брянске.
В майские выходные мне очень хотелось куда-то прочь из города, на поиски приключений. Мечталось мне об атмосфере как в фильмах Тарковского: когда руины, природа и много-много воды, и она капает, журчит, струится куда-то, чуть щебечут птички и тишина. И грустно.
Впервые я побывала в на недостроенном известковом заводе в Крючках году в 2007-м кажись, летом. Буквально силком затащила туда не шибко мобильного приятеля. Не то что мне очень хотелось кому-то показывать красоты нашей области, я охотно упиваюсь эстетикой запустения и в одиночестве, но есть одна проблема... Я девушка. Не очень крупная и не особо брутальная. Когда шляешься напару с кем-то, мало кому до тебя есть дело и как-то спокойнее.
Чтобы попасть в деревню Крючки из Брянска, нужно сесть на маршрутку до Нетьинки, а дальше — пешком в сторону посёлка Сети, потом пройти через деревню Толвинка, всего 6 километров, и ты на месте. Можно ещё через Глаженку, она тоже рядом. Вот не припомню, где тогда в первый свой визит, мы зашли в магазин поселковый (типичная коробочка из белого кирпича с выкрашенными в голубой оконными рамами), и тамошняя продавщица нас обозвала «последними романтиками». Она очень-очень удивилась, зачем мы идём в Крючки, там ведь «ничего нет». Наверное всё-таки в Толвинке это было. По панорамам не признала.
В этот раз, весной, когда были сделаны фото, я потащила с собой другого приятеля, уже более привычного к походам. Только он всё вздыхал, что когда ходил сюда с большой компанией, было весело. Ну, не знаю. Я просто никогда не ждала развлекухи извне в пассивном формате, потому мне состояние скуки не знакомо.
Что же я ещё помню? Что когда мы шли по одной из ещё живых деревень от автобуса, там был малюсенький прудик, уходящий под дорогой в трубу, и в нём плавали утка с утятами. И как увидели они нас, так дружно все как по команде взяли курс на эту дренажную тубу и в ней скрылись. И была то не обычная кряква, а может быть домашняя какая-то уточка. Как же меня тогда это умилило! Брянск не сказать чтоб прям такой весь асфальтовый и бесприродный, стремящийся стать мегаполисом город. Он в меру заскорузлый, в нём множество старых деревьев, есть там прямо в центре зелёные пустоши, частный сектор с огородами, рощи. Но всё равно мне не хватало таких вот живых моментов.
А теперь я в Москве живу. Почему-то...
Посёлок Крючки ныне представляет собой всего один перекрёсток: улицу Толвинскую пересекает улица Зелёная. Если стоять лицом к заводу (на север), а спиной к Толвинке, а потом пойти налево, то можно увидеть вот такую трогательную избушку:
На гугл-панорамах 2013 года его тоже видно, и там, помимо пёселя, ещё и рыжий котик сидит, пасутся многочисленные куры. И люди стоят, далеко не старички: женщина с коляской, дядька на велосипеде.
Если продолжить свой путь дальше в том же направлении, то придёшь на известковый карьер. Благодаря карьеру в посёлке, несмотря на упадок, в том самом единственном живом домике есть электричество.
Но мы с вами вернёмся на перекрёсток и пойдём теперь направо. Там тоже есть с виду крепкий домик. И рядом с ним новёхонький таксофон на столбе красуется. А вот живёт ли кто в том домике...
Оказывается, в 2006 году была пущена в реализацию национальная программа по обеспечению таких вот деревенек таксофонами. Звонить с них можно бесплатно по всей России, как на городские, так и на мобильные номера, а ещё у каждого такого аппарата есть личный номер для осуществления входящих звонков. Вот бы узнать номер того, что в Крючках и...набрать! Кто возьмёт трубку, чей голос я услышу на другом конце на фоне эфирных помех, дождя и птичьего щебета?
Люди пишут, что работают эти телефоны через раз. При мне трубка была прикручена к аппарату проволочкой, поэтому не снимала её и не осуществляла проверку на работоспособность. Но хотелось бы верить, что это не фикция. Бабулям может понадобиться: и с внуками связаться, и скорую или пожарную вызвать. В сети находятся записи вплоть до 2020 года о таких вот поселковых аппаратах в рабочем состоянии. То есть, программу эту довольно долго не упраздняли. А вот что с ними сейчас?
Миновав поле, мы наконец подошли к заводу. Сердце почему-то защемило от тёплой тихой тоски. Не от сожаления и печали о том, что вот де не достроили, просpaли, покинули, а от грустной красоты. Чувство иррациональное, но я часто испытываю его на подступах к заброшкам, о которых долго мечтала или которые навещаю не впервые и уже успела полюбить.
Каким-то вот таким предстал передо мной этот завод-недострой, когда мы только к нему подошли. Разрушающаяся бетонная коробочка — это предположительно административка, масштаб недостроя с этого ракурса не сразу понятен, все интересности они как бы в глубине, но я уже знаю, что будет круто.
А пока побродим по этому корпусу. Лестницы там поотваливались конечно, но не везде, подняться можно.
Хорошо на одном из верхних этажей немного переждать дождь и перекусить.
Постепенно здание превращается в скелет.
Лифтовая будка на крыше. Небо всё в тяжёлых дождевых тучах. Погода не спешит менять своё настроение.
Зато атмосфера что надо! Да и в целом тепло, потому сырость не напрягает.
Сейчас административный корпус уже наверное окончательно развалился. А с него ведь такие виды открывались!
В процессе любопытствования, а что же стало с заброхой сейчас, я нашла видео 2018 года. Там всё гораздо более руинистое, «добытчики» дробят и растаскивают на строительные нужды уже сами стены, неспешно разбирают трубу, ту, что пониже да пошире. Высокая ещё стояла. Также территория используется как несанкционированная свалка.
Почему на двух более низких трубах имеются как бы кресты, я не знаю. Возможно, это связано с тем, с одной из них сорвался альпинист. Он погиб. Но тогда почему кресты соорудили на двух сразу? А может, это какие-то устройства, как раз и помогающие на них как-то фикситься с верёвкой? Ну например, лезешь ты по внутренней стороне трубы, по скобам, а спускаешься уже на снаряге снаружи... Кто шарит, просветите, а?
На дальней трубе эта штука выше, на ближней — маленькая. В любом случае, они только добавляют месту сюрра и мистичности.
Но что же я знаю об истории этого несостоявшегося завода? Ни-хре-на! В Брянской областной библиотеке имеется краеведческий отдел, там в картотеке числятся любопытные книги про промышленность области, однако каждый раз, когда я туда приходила и оные выписывала, библиотекари мне говорили, что их нет, зато исправно приносили «Седую брянскую старину» и «Брянск — город древний» вездесущего Якова Соколова, посмотрите-де вот здесь, вдруг что-то найдёте. Но там ничего не находилось.
Соколов — местный краевед-узурпатор какой-то, нас и в школе заставляли его книги покупать, и везде-везде в книжных они всегда на видном месте присутствовали. В таких условия хочешь не хочешь, а поневоле начинаешь тихонько верить в «жидомасонский заговор» на всех уровнях реальности.
В итоге, я приобрела для домашнего пользования талмуд Якова Соколова, а в краеведческий отдел ходить перестала. Обиделась. Может и зря: так уютно было сидеть под лампой в тишине читального зала с чуть поскрипывающими полами, периодически взирая усталыми глазами на высоченные окна, за коими гордо высились старые липы сквера Карла Маркса, а в нём (я уже предвкушала) меня ждал ларёк «Союзпечать», где я покупала и с удовольствием съедала у маленького фонтана неизменный, часто просроченный, но вкусный «Суперконтик»...
Так что, друзья мои, ничего я из книг о сей промке не выяснила! И от обитателей ближайших деревень — тоже. Они просто знают, что есть он такой, да и то не все.
На просторах сети нашлось следующее:
Это предприятие должно было стать инновационным заводом удобрений. Строительство было начато по чернобыльской программе примерно в
1988 году. По задумке, получившаяся известь должна была пойти на
известкование почв, пострадавших от радиоактивного загрязнения. К 1991
году завод был почти закончен, завезено оборудование. Потом его начали потихоньку разбирать и ломать. На юго-западе, примерно в 700 метрах от завода находится действующий меловой карьер с техникой.
Что-то мне подсказывает, что факт завоза оборудования сильно преувеличен. Завод совершенно не похож на нечто когда-либо доведённое до состояния почти полной комплектации и потенциальной работоспособности. Думаю, никакое оборудование в те края не доехало: арматура, бетон, кирпич — пожалуй это всё, что успело там появиться.
Некий комментатор в обсуждениях пишет, что оно и к лучшему, а то природу бы испортили, как, например, в городе Фокино. Там ситуация печальная: из-за цементного завода всё в пыли, люди даже летом стараются не открывать форточки, на листве деревьев белый налёт и, несмотря на малоэтажную застройку и чудесную природу, нельзя бельё во двор или на открытый балкон вывесить посушиться. Жаль городок.
А в Крючках победила природа, потому жители ближайших деревень могут дышать полной грудью, вешать бельё и кушать груши да яблочки.
***
Остовы цехов просто гигантские. Фото со мной в самом начале сделано в одном из них как раз. Возможно, в том что вдали справа.
А здесь можно насладиться капелью, как я и хотела. Падающая с дырявой крыши вода оставляла мелкую АСМР-ную рябь на озерце внутри цеха. Мне же захотелось услышать гулкое «бульк», и я бросила в озерцо камушек. Затем ещё один, покрупнее. Кайф! И водичка чистая-чистая. Так залипательно разглядывать всё, что там на дне, травинки-камушки...
Где-то там же, в большом цеху есть вот такая штука. Сюда красиво падает свет.
Когда мы гуляли где-то здесь, со стороны леса послышался низкий и протяжный не то скрип, не то стон животного. Трубный такой. Похожий фигурирует в «Сталкере» Тарковского. Прям очень-очень похоже. Что же это было?
А вот тут... Как после бомбёжки. И про эти штуки я тоже, увы, не смогу рассказать, что это было и зачем. В сетевых обсуждениях фигурирует слово «печи», и вроде бы кто-то когда-то даже застал некие ржавые баки внутри данных полукруглых, ныне обвалившихся конструкций. Их там три штуки таких, на одно фото все не влезли.
Внутри есть «бассейны» с водичкой. В них тоже очень залипательно шелестит вкрадчивый весенний дождик, но долго там функционировать не стоит, очень уж всё аварийное. Есть куда провалиться.
Покажу как могу ещё одну здешнюю масштабную штуку, похожую на гигантскую формочку для кекса. Трубы тут рядышком, и хорошо заметно, что на одной из них конструкция, напоминающая крест, высоко торчит, а на другой —приземистая. И вот где она высокая, там сверху трубу как будто обглодали поболее. Возможно, их соорудили именно добытчики кирпича, чтобы, пока орудуют, как-то крепиться на верхотуре?
Она же. Как могла запанорамила. Да, представления об обработке фото у мну тогда были специфические, но уж какие есть!
Слева чуть видать печи так называемые, и справа — форма для кекса. Ну какое «завезли оборудование», перед нами типичный чистенький недострой со следами опалубки...
И ещё, издали: она же с цехом-гигантом.
Перехожу к общим видам и будем уже прощаться с заводом.
Это другой цех, поменьше, с какого-то дальнего края. Замечательная весенняя распутица!
Первая зелень. Яркая-яркая!
Вид со стороны бетонки, ведущей на карьер.
Пока-пока!
А домой мы добирались интересно. Погода, как и обещали синоптики, наладилась, и мы решили не возвращаться тем же путём, каким пришли. Да и неизвестно, сколько нам по возвращении маршрутку дожидаться. А ещё... ещё меня очень интересовала дорога от Крючков куда-то дальше карьеров; что же там? Деревень на карте нет, но растут цветущие садовые деревья, груши да яблоньки, кусты крыжовника и смородины. Надо идти в том направлении, вдруг ещё заброшенные домики отыщутся! Вылазка удалась, но хочется не просто домой вернуться, а непременно через какое-нибудь приключение!
Мы и пошли куда-то на запад в сторону города Сельцо. Сначала шли по просёлочной дороге через городище, где действительно, судя по кустикам, плодовым деревцам и остаткам фундаментов, была деревня, да от построек её уже ничего не осталось. Потом тропинками через лес. Вышли к какому-то хутору с коттеджами. Я говорю товарищу, давай не пойдём вдоль заборов, нас могут неправильно понять, ну или собака выскочит. Он отмахнулся от этого и всё равно старался держаться поближе к заборам. И, как я и предчувствовала, к нам устремилась, прям уверенно так помчалась, с деловым низким лаем огромная мохнатая собака, похожая на кавказскую овчарку. Еды с собой уже не было, чтобы её хоть как-то отвлечь. Я, если честно, думала всё, хана нам. Приготовилась к худшему. А собака метрах эдак в трёх притормозила, стала как вкопанная, смотрит и говорит: «Бух»... Да, она на нас не напала, но всё равно была какая-то недобрая. А потом как-то ушла в расфокус и поскучнела. И мы бочком, бочком, пошли дальше. Уже без тропы, просто в лес, напролом.
У меня весь выделившийся от страха адреналин ушёл в злость на товарища: аза-за-за, шо за дурь, я ж говорила, что так получится! Не совсем поняла, сделал ли вывод человек. Но у меня прям бомбануло. Собака та, уже в отдалении, что-то опять разошлась, залаяла. Есть такие, средних размеров дворняги, что просто побрехать горазды и не опасные, а эта — чесслово — не такая. Эта из тихих и решительных. И чудо, что она нас не обидела. В тех краях редко чужие ходят, вот хозяева и выпустили. И мы, по сути, оказались как-бы на частной территории довольно серьёзного сторожа.
Из леса мы вышли уже в нормальную деревню, не с пафосными коттеджами за сплошным забором, а с привычными избушками да парничками-огородами, там повстречали подвыпившего парня с малышкой-дочкой на плечах, спросили у него дорогу на Сельцо, он подсказал, подивился нашим похождениям. Говорит, жена картошку вариться поставила, и если у нас есть желание, мы можем ему немного с огородом помочь, а потом и на обед остаться. Я очень даже хотела и была готова. Я прожорливая и любопытная, мне было бы в охотку поболтать о сельской жизни да о здешних местах людей расспросить, но вот спутник мой энтузиазма не выказал. Обиделась я на это, но может он и прав. Кто знает, что за люди. И пошли мы дальше. А дальше была песчаная дорога через сосновый бор, по коей мы вышли к постепенно зарастающей молодыми деревьями вырубке, и там меня поразила табличка с надписью «Место покоя дичи». Охотятся здесь окрест, стало быть. А дальше отмеченного знаком участка — не положено... Жаль, что дичь читать не умеет, дабы перекочевать туда, где не тронут.
Потом опять в лес и через какой-то овраг мы выбрались на край крупного, оживлённого селения. И с того края, как оказалось, в овраг люди весь мусор сваливают. Не просто строительный, а бытовой-повседневный, в пакетах от супермаркетов, или просто из устланного газетами ведра, месивом. Причём массово и очень масштабно. Само село приличное, чистое. Прям цивилизация: спутниковые антенны, автомобили, домики не только деревянные, но и каменные, у многих стеклопакеты. Клумбочки пёстрые, аккуратные. А вывоз мусора не налажен почему-то.
Не помню ни названия глухой лесной деревеньки, где жил недавно демобилизовавшийся гостеприимный молодой отец, ни большой деревни у трассы. Может быть Глаженка, а может и нет...
До города Сельцо, где планировали сесть на электричку, мы так и не доехали. Дошли, кажись, пешком до Хотылёво, и с пересадкой с маршрутки на автобус добрались в Бежицкий район города Брянска. В окончательную, так-скыть, цивилизацию. Солнце куда-то опять скрылось. Дело шло к вечеру, хоть до темноты ещё далеко, часов 17.00 наверное было. Шумно, суетливо, грустно, что всё закончилось. Назад хочется.
Подумала, что Писатель и Профессор, из фильма Тарковского, когда вернулись из Зоны и сидели присмирев в баре, были какими-то такими же, как и мы сейчас. Вроде бы чистыми и обновлёнными, но к сожалению, неумолимо возвращающимися к повседневному, привычному и постепенно это новое и чистое, в них впрыснутое тем удивительным местом, уже растрачивающие, уже забывающие. Как причастники, высыпавшие из храма после утренней службы, ещё недавно бывшие такими отлетевше-благостными, торжественными и лёгкими, но уже деловито озирающиеся, суетно-важные, перебирающие в уме планы на день, уже доставшие смартфоны и посредством оных что-то решающие.
Поглядела на товарища. Чувствует ли он то же самое: обновление и грусть от того, что это незримое и неназванное, прекрасное и хрупкое вскоре будет утрачено? Или думает о том, что устал и как жаль, что сегодня пережил не пойми что. То ли дело развесёлый поход в компании правильных экстравертных нормисов...
Если я чую, что мы на одной волне с кем-то, то я это чую. Но нет. Думаю, ему в целом было норм, немного, как и я, устал, и да, в следующий раз если соберётся куда-нибудь пошастать, то не со мной уже, а с весёлой дружной тусой заядлых туристов. На стоянку Виноградова, например, или куда они там у нас обычно все с костром и гитарой ходят. Ну, шоб по-каноничному.
Благодарю его за компанию, прощаюсь. Еду в троллейбусе из Бежицкого района в свой, Советский. Думаю, вот приду домой и буду слушать «Scream Silence». А ещё, хорошо бы наварить картошки. Сесть на кухне у окна и смотреть, как под дождём во дворе мокнет пышный куст сирени возле сараев. И тогда, быть может, это таинственное чудесное неназванное нечто, до начала будничных хлопот по учёбе-работе, ещё некоторое время побудет со мной...