Ночью я спал плохо, волновался о первом дне на новом месте. Как меня встретят новые коллеги, что я буду делать, с кем буду проходить службу, на какой участок меня определят, что будут спрашивать, какие знания будут проверять, и еще масса таких вопросов мучили меня перед выходом на новое место службы.
На тот момент я уже отработал в полиции три с половиной года. Я был не новичок в системе, поэтому понимал, что спрос с меня будет практически сразу. И требовать будут не как от молодых стажеров, не прошедших учебку и не ходивших на службу. Проблема заключалась в том, как я и говорил ранее, что я служил в конной полиции, где составление протоколов, написание рапортов, задержания граждан и т. д. не входило в мои обязанности, мы работали исключительно на массовых мероприятиях, где решения за тебя принимает командир. В территориальном отделе все решения ты принимаешь самостоятельно, и ответственность ты несёшь личную.
В ОМВД любой младший сержант знает, что надо делать в момент задержания, какие документы необходимо оформить, может, он это и делает без ссылки на правовые акты и законы, тупо не учив их и не читав, но на практике выполняет всё как положено, как научили старшие коллеги. У меня таких старших коллег не было, я был теоретик. Знал всё, что необходимо, на что сослаться в том или ином случае, но практики было ноль.
Придя в отдел в первый день, меня поражало буквально всё. Как проходит вооружение, как инструктаж, как проходят утренние строевые смотры, манера общения между сотрудниками, общение между сержантским и офицерским составом. После службы в полку отдел мне казался каким-то нереальным местом. Просто так не бывает. Не может сотрудник один подойти в комнате вооружения и взять у дежурного пистолет с патронами, не может сержант ТЫкать майору, не может подполковник орать трёхступенчатым матом на подчиненных. Я как будто попал из армейской учебки — кремлёвского полка — в армейские войска, в заброшенную часть в тайге, где кто что хочет, тот и делает.
Меня никто не встретил, никто не проводил никаких экскурсий, я только ловил надменные взгляды будущих коллег с явным вопросом на лице: «Ты кто, мать его, такой? И какого хера ты тут делаешь, ещё и в форме?» Я спросил у проходящих мимо сотрудников, где тут собираются участковые, мне ответили, что на третьем этаже, в кабинете у начальника службы участковых. Туда я и направился. На этом этаже, помимо участковых, еще базировались дознаватели и девчонки из отделения по делам несовершеннолетних. Актовый зал, где проходили утренние инструктажи, находился тоже на третьем этаже.
Подойдя ближе к двери с табличкой «Начальник ОУУПиПДН майор такой-то», я услышал неимоверные крики. Начальник ставил кого-то на место, участковый огрызался. Постучав и открыв дверь, всё затихло. В кабинете находилось человек 8 участковых — молодых и не очень парней, две женщины в гражданке, и на кресле сидел начальник.
«Ты новенький?» — спросили у меня, я представился по форме и ответил: «Да». Все участковые, кроме начальника, который расплылся в улыбке, посмотрели на меня как на чудака. Не принято в отделах говорить: «Товарищ майор, старший сержант такой-то для прохождения дальнейшей службы прибыл». Начальник сказал всем идти в актовый зал на инструктаж, суета успокоилась, меня попросил остаться.
Он сказал, что так обращаться не надо, всё проще. Со старшими по имени-отчеству и на «вы», с ровесниками просто по имени и на «ты». Военная муштра ни к чему. Это в голове у меня просто не укладывалось. Три с половиной года для меня младший лейтенант был царь и бог, а тут целый майор говорит назвать его по имени-отчеству или просто по отчеству.
Инструктаж проходил в дружеской, если можно так выразиться, обстановке. Все сидели со своими напарниками, прикалывались, кто-то залипал в телефон, кто-то ковырялся в бумагах. В зал зашёл начальник и несколько его замов. Все замолкли, зашёл дежурный, все достали свои служебные книги и начали записывать необходимую информацию, которую доводил дежурный. После чего состоялся опрос на знание статей «Закона о полиции», выборочно спросили несколько сержантов, я тоже был в их числе. Я еще был удивлен, что каждого спрашивают по одному пункту статьи 23, тогда как у нас в полку спрашивали по несколько статей наизусть одного сотрудника, так еще потом разбирали критические ситуации из жизни.
Дальше вышли на улицу для проведения строевого смотра. Но сначала все повалили табором в курилку вместе с начальником отдела. Только потом, еле-еле ковыляя на место построения, какая-то часть сотрудников построилась, а часть оперов, участковых и начальников закурили еще по одной. Первая половина сотрудников невозмутимо ждала вторую вместе с начальником отдела.
В полку по любой команде все всё бросают и незамедлительно бегут выполнять. Если это построение, то про курилку можно забыть минут на тридцать-сорок. После чего все построились в одну шеренгу, у всех проверили наличие служебных удостоверений и нагрудных знаков. Отдали приказ о заступлении на службу, и все снова повалили в курилку. Прошло уже полтора-два часа с момента, как все пришли в отдел, а никто до сих пор так и не вышел за территорию на службу. В полку всё проходит гораздо быстрее и организованней. Потом мы снова пошли в кабинет к начальнику участковых, где он раздавал словесных трындюлей после инструктажа, прослушав суточные сводки. Он начал спрашивать, у кого что на перспективу есть, по раскрытиям.
Мне очень хотелось быть участным, понимать, что происходит, но это практически нереально, ты вроде понимаешь слова, но не можешь понять, о чем идет речь. Все общаются на слэнге с элементами неприкрытого мата. Очередь дошла до меня. Мне сказали просто: знаешь, где находится опорный пункт в таком-то районе? Вот иди туда, там кто-то из ребят уже есть. Тебя встретят и расскажут, что надо делать. Я зашел в отдел в 8:00, а вышел в 11:00. Вот так, в общих чертах, проходят «полицейские зорьки».
За всей за этой показной строгостью и одновременно «рассосом» скрывается братство, которое научит не только законам, но и тому, как реально выжить в системе и в реальном бою с принтером в отделе.
P.S. А как вас встречали на новой работе? Делитесь историями о «добрых» коллегах, розыгрышах, после которых хотелось убежать в отпуск!