В предыдущих двух статьях я лишь немного поднял эту тему. Ведь по идее Эдиакарский период очень спокойный период в этом отношении. Недаром его называют в шутку "Эдемом". Хищников небыло, "гонки за вооружением" соответственно тоже, все ползали медленно, спокойно, всем своим телом переваривая бактериальный мат. Этим же телом впитывали и полученные питательные вещества. Все хорошо. Всем всего хватало, вроде бы.
Однако появление раковинной фауны в самом конце Эдиакарского периода в виде анабаритидов и клаудинид настораживает само по себе. Мы знаем, что более сложный образ питания, родившийся с появлением первых билатерий, например икарии, еще не признак активного хищничества. Но не исключено, что именно появление пищеварительной системы, позволило разнообразить животным свой рацион. А найденная в Китае илиния и вовсе даже за кем-то могла побегать.
Но в том-то и проблема, что на роль активного хищника илиния пока не подходила. Едва ли она именно "бегала". Ползать, перемещаться могла. И в этом нет сомнений, так как найдены и следы ее перемещения. Но "бегать"? А впрочем, а надо ли было бегать? При всей медлительности, а то и неподвижности "жертв". Расход энергии хищника меняется ровно пропорционально расходу энергии жертвы. А все гипотетические жертвы в Эдиакарии либо прикреплены к субстрату намертво, либо медленно перемещались на новые участки бактериального пастбища. Ешь их до отвала.
Больше всего привлекла внимание клоудина. Точнее ее раковины. Некоторые образцы были "просверлены". Некоторые отверстия имели следы заживления. А некоторые - были последним, что "видела" клоудина. На фотографии образца (справа) очень хорошо видно отверстие от "бурения".
Вот и становится занятно, кто именно этот след оставил? От части на этот вопрос помогут ответить более поздние представители фауны и даже наши современники.
Среди морских брюхоногих моллюсков (Gastropoda) есть не только мирные травоядные и детритофаги, соскребающие водоросли и различные органические частицы с камней и стенок аквариумов, но и настоящие хищники, убивающие и поедающие своих жертв. Самые активные хищники среди гастропод — моллюски рода Conus: они поражают свою добычу содержащим яд гарпуном, представляющим собой видоизмененный зубчик радулы.
Но конусы с их гарпунами уникальны среди брюхоногих моллюсков. Большинство же гастропод охотится на свою добычу медленно и неторопливо, как и подобает улиткам. Их жертвами становятся такие же неторопливые или даже вовсе неподвижные морские жители — другие гастроподы, двустворки, брахиоподы, прикрепляющиеся к скалам и раковинам усоногие рачки и только в очень редких случаях крабы.
Поскольку все эти животные надежно защищены крепкими раковинами и панцирями, брюхоногим хищникам приходится взламывать эту защиту. Ни крепких зубов, ни даже челюстей, способных разломать или раскрыть чужие раковины, у гастропод нет, но они приспособились сверлить твердые покровы своих жертв при помощи радулы — того же самого органа, состоящего из мелких хитиновых зубчиков, из которого конусы делают свои гарпуны. Но если у конуса в радуле остается только несколько крупных зубов, то у сверлящих хищных гастропод эти зубчики мелкие, но прочные и многочисленные. И что важно — их радула располагается на кончике длинного гибкого хоботка. Именно при помощи этого хоботка моллюск совершает радулой частые вращательные движения, механически просверливая стенку раковины своей жертвы.
Среди современных гастропод сверлящими хищниками являются представители семейств Naticidae и Muricidae. Naticidae или натики, или лунные улитки, судя по различным исследованиям, сверлят раковины исключительно механическим способом, а вот Muricidae или Иглянки добавляют к этому еще и химическое воздействие: они используют различные слабые кислоты и ферменты, разъедающие раковину жертвы в области сверления. После того как раковина просверлена, все хищные гастроподы действуют одинаково: просовывают свой хоботок вовнутрь и выскребают добычу при помощи той же радулы. При этом моллюски могут впрыскивать во вскрытую раковину ферменты, размягчающие ткани жертвы и способствующие отсоединению ее мышц от стенок раковины.
Хищные гастроподы, как правило, выбирают место для сверления со знанием дела: других гастропод они сверлят на расстоянии одного оборота от устья раковины (там тело моллюска прикрепляется изнутри к раковине), двустворок — недалеко от вершины раковины (там, где расположена самая мясистая часть и мускулы-аддукторы).
Бывают, конечно, и ошибки: встречаются залеченные отверстия (то есть жертва после атаки выжила и заделала дыру) и незаконченные сверления, не проходящие стенку раковины насквозь (когда хищнику надоело сверлить слишком толстую раковину или его кто-то спугнул).
Но наличие в Эдиакарском периоде гастропод не подтвердилось. А вот животное, у которого есть радулы, может оказаться под некоторым подозрением. Конечно я речь веду о кимберелле. Я о ней уже рассказывал. Но едва-ли в "сверлении" клоудины она виновна. Рацион питания кимбереллы нам известен - это бактериальные маты. Но что если мы еще не нашли тот самый "сверлящий" вид, родственный кимбереллам? А может в конце эдиакария появились уже и первые представители базальных гастропод? Тут остается пока что только догадываться.
Неизвестно, гастроподы ли, и если да, то какие сверлили раковины до появления современных таксонов. Кроме того, на современных раковинах крайне редко встречается сразу несколько отверстий, а на ископаемом материале такие случаи довольно обычны. Некоторые исследователи предполагают, что это следы не хищничества, а паразитизма, другие — что это результат вспышек численности хищников, вынужденных буквально отталкивать друг друга от немногочисленной добычи, или же следы ошибочных атак на уже пустые раковины. Так или иначе связь хищник-жертва запустила необходимость защищать свое мягкое тело от нападок со стороны первых хищников. Кем бы они ни были.
А что думаете вы? Пишите свой комментарий. Ставьте лайк, если понравилась статья. Незабывайте нажимать на колокольчик, чтобы оставаться в курсе новых публикаций. Всегда с вами, автор канала "Страницы Земли"!