В Уфе разгорелся громкий скандал вокруг Уфимского государственного нефтяного технического университета (УГНТУ). Проректора Наиля Чанышева, уважаемого в вузе человека с зарплатой в 400 тысяч рублей в месяц, отправили в СИЗО но что он натворил?
Зал суда: напряжение и слёзы
22 мая 2025 года Советский районный суд Уфы стал ареной драматичных событий. Зал был переполнен: коллеги Чанышева, журналисты и любопытствующие толпились у дверей, а воздух гудел от шёпота. Наиль Чанышев, 50-летний проректор по развитию международной деятельности, вошёл в зал под конвоем. Его лицо, обычно спокойное и уверенное, было искажено тревогой. Руки дрожали, а костюм, явно дорогой, казался мятым, будто он не спал ночь перед заседанием. Когда судья объявила обвинение, Чанышев опустил голову, сжимая в руках платок.
Следователь, сухо зачитывая материалы дела, расписал схему: с июля 2023 по апрель 2024 года Чанышев вместе с двумя коллегами — проректором Денисом Каретниковым и замруководителя приёмной комиссии Игорем Мымриным — завышал вступительные баллы 19 туркменским абитуриентам. Это позволяло им проходить конкурс, получать визы и оставаться в России. За каждое такое «содействие» сотрудники вуза, по версии следствия, получали премии. Суммы не озвучили, но намекнули, что речь идёт о сотнях тысяч рублей. В зале раздался ропот, а Чанышев, услышав цифры, вцепился в перила клетки, словно боясь упасть.
Эмоции проректора: от надежды к отчаянию
Когда судья дала Чанышеву слово, он поднялся с трудом, опираясь на стол. Его голос дрожал, а глаза блестели от слёз. «Пожалуйста, у меня сердце болит, я не выдержу камеры», — выдавил он, прижимая руку к груди. Он рассказал, что страдает хроническим заболеванием и принимает лекарства, без которых «не протянет». Проректор умолял о домашнем аресте, клялся, что не сбежит и будет сотрудничать со следствием. Его адвокат, энергичный мужчина в строгом костюме, размахивал справками о здоровье, но судья, женщина с каменным лицом, лишь качала головой.
Чанышев, видя, что мольбы не работают, перешёл на сбивчивые оправдания. Он говорил, что «просто помогал талантливым ребятам», что иностранные студенты — гордость вуза, а премии были «обычной практикой». Но его слова тонули в строгом взгляде прокурора, который ткнул пальцем в папку с доказательствами: переписка, платёжные ведомости, фальшивые протоколы экзаменов. К концу речи проректор осел на стул, закрыв лицо руками. Его отчаяние было почти осязаемым: человек, привыкший к кабинетам и уважению, оказался в шаге от тюремной камеры.
Схема махинаций: как всё работало
Следствие раскрыло детали аферы, которая длилась почти год. Чанышев, Каретников и Мымрин, по данным следователей, создали отлаженную систему. Туркменские абитуриенты, часто не владевшие русским языком на нужном уровне, платили посредникам за «гарантированное зачисление». Посредники передавали деньги сотрудникам УГНТУ, а те вносили в систему завышенные баллы за вступительные испытания. Взамен вуз получал дополнительные бюджетные места для иностранцев, а организаторы — премии за «успешную работу».
В суде показали распечатки переписки, где Чанышев обсуждал с коллегами, как «закрыть сессию» для очередного студента за 150 тысяч рублей. Один из эпизодов касался абитуриента, который набрал 40 баллов из 100, но в итоге получил 85 благодаря «корректировке». Эти цифры вызвали гул в зале: журналисты зашуршали блокнотами, а кто-то из зрителей шепнул: «И это в нефтяном университете!» Чанышев, слушая обвинения, всё глубже вжимался в стул, его лицо стало пепельно-серым.
Путь к аресту: от уважаемого до обвиняемого
Наиль Чанышев — фигура известная в УГНТУ. Проректор с 20-летним стажем, он курировал международное сотрудничество и приём иностранных студентов. Его среднемесячная зарплата, по данным Минобрнауки, составляла 400 тысяч рублей, а кабинет в вузе был увешан грамотами. В 2021 году он публично комментировал трагедию со студентом из Казахстана, звонившим маме четыре раза в день, и выглядел искренне потрясённым. Тогда его хвалили за чуткость. Теперь же коллеги отводят глаза, а в вузе шепчутся о «позоре».
Арест стал кульминацией расследования, начатого в апреле 2025 года. Сначала под стражу отправили Каретникова и Мымрина, а Чанышева задержали последним. Следователи уверены, что он был главным в схеме, координируя действия и распределяя деньги. В суде прокурор заявил, что проректор мог уничтожить улики или сбежать, учитывая его связи и доступ к международным контактам. Это и стало решающим аргументом для СИЗО.
Драма в клетке: финал заседания
Когда судья объявила решение — арест до 14 июля, — Чанышев издал сдавленный стон. Он схватился за сердце, повторяя: «Я не могу, я болен». Конвоиры, не обращая внимания на его мольбы, надели наручники и повели к выходу. Его адвокат бросился к судье с протестом, но та уже покинула зал. Последнее, что видели журналисты, — спина проректора, сутулая и дрожащая, исчезающая за дверью. В зале повисла тишина, лишь вспышки камер нарушали её.
Чанышеву предстоит провести в СИЗО почти два месяца, пока следствие собирает доказательства. Его коллеги, Каретников и Мымрин, уже дают показания, и, по слухам, готовы сдать всех, кто был в деле. Для проректора, привыкшего к комфорту и статусу, камера стала не только физическим, но и моральным ударом.