Для вашего удобства создан навигатор глав, можете отслеживать главы тут:
Баба Зоя вышла из избы, её чёрный платок отбрасывал тень на бледное, измождённое лицо.
— "Ну как она?" — Маша вскочила со скамейки, голос дрожал от тревоги.
— "Как и вчера. Как и позавчера," — ответила баба Зоя, не глядя на неё. Её пальцы перебирали чётки, костяшки постукивали одна о другую.
— "А жить она будет?"
— "До полнолуния будет."
Маша почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— "Как же так…" — прошептала она, и слова застряли в горле.
Баба Зоя медленно повернула голову, её глаза казались бездонными, как тёмная вода.
— "А дальше всё от тебя зависит, внучка."
— "Скажи, что сделать, бабушка! Я всё сделаю, ты же знаешь!" — Маша схватила её за рукав, но старуха резко дёрнулась, будто обожглась.
— "Да, знаю. Потому и говорила — зря ты приехала… Ну, знать, судьба."
Она развернулась и заковыляла к калитке, её тень тянулась за ней, неестественно длинная.
— "Так что делать-то нужно?!" — крикнула ей вслед Маша, голос сорвался на визг.
Баба Зоя не обернулась, только бросила через плечо:
— "Через пару часов ко мне приходи. Мне подумать надо…"
— "А мама? Может, ей нужно что-то сейчас?"
— "Сейчас ей ничего не нужно…" — пауза повисла густо. — "До полнолуния можешь не волноваться… Не умрёт."
— "А когда полнолуние?"
— "Через два дня." — Голос бабы Зои прозвучал холодно, как лёд.
И она ушла, оставив Машу один на один с тишиной.
Двор опустел.
Маша медленно опустилась на лавочку, руки бессильно упали на колени.
Она понимала — нужно готовиться к худшему.
Сергей в ярости переворачивал весь дом – вытаскивал вещи из шкафов, швырял подушки, скрипел зубами.
— "Где же он, чёрт тебя дери!" — ворчал он, роясь в куче тряпья.
В этот момент в комнату зашла Женя с тазиком белья.
— "Ты что делаешь?" — удивлённо подняла брови.
— "Надо – вот и делаю!" — нервно бросил Сергей, даже не глядя на неё.
Женя фыркнула и вышла, нарочито громко прибираясь на кухне.
— "Если рюкзак свой ищешь – я его убрала!" — крикнула в другую комнату.
Сергей замер.
Медленно вышел, держа в руках грязную белую простыню.
— "Как убрала? Зачем?"
— "А нечего грязь в шкафу хранить!" — язвительно ответила Женя, продолжая вытирать стол. "С чистыми вещами лежал!"
— "Это что ли чистые?!" — со злостью швырнул простыню на пол Сергей.
Женя подняла её, осмотрела – и вдруг начала лупить ею Сергея, приговаривая:
— "Ах ты скатина! Твой рюкзак грязный и измазал её! Зачем он тебе вообще?!"
— "Не твоего ума дело!"
— "Украл, что ли?"
— "Нет, не крал!" — резко ответил Сергей, будто этот ответ был заготовлен давно.
— "Где рюкзак?" — стиснув зубы, переспросил он.
— "В сарае я его повесила!"
— "В сарай?!"
— "Ну да! Там слева от входа – глаза разуй, увидишь!"
Сергей тяжко вздохнул.
— "Женя, я тебе сейчас скажу… Ты слушай внимательно, не перебивай и вопросов не задавай."
— "Ну-ка…" — с предвкушением протянула Женя. "Опять натворил что-то, скатина?"
— "В общем, если тебя кто-то спросит про этот рюкзак – ты скажи: «Не знаю и не видела ничего такого»."
— "Это кто же меня спросить может?"
— "Ну, мало ли… Федька, например."
— "Какой Федька?.. Участковый, что ли, наш?"
— "Ну да… Участковый… Если спросят – ты вот так руками разведи и скажи: «Знать не знаю»." — Сергей развёл руки в стороны, изображая невинность.
— "Украл?"
— "Не крал я!"
— "Украл… Паразит…"
— "Да не крал я! Я пойду сейчас его в сарае под полом закопаю – хрен какая собака найдёт, не то что полиция!"
— "Давай… давай…" — повторяла Женя, глядя на него с презрением. "Сам там закопайся в обнимку с рюкзаком своим, чтобы глаза мои тебя не видели!" — крикнула ему вслед, когда он уже выходил.
Дверь захлопнулась.
Женя опустилась на стул, устало провела рукой по лицу.
— "Ну украл же, а…" — тихо, с разочарованием, прошептала она в пустоту.