Как же я люблю заковыристые вопросы. Те, на которые с ходу не ответишь. Придётся думать пару дней, а может, и больше.
Вот, к примеру, такой вопрос, он прозвучал позавчера:
Что вы считаете главным препятствием вливания Серафима в социум? Что первично: его некаквсешность или общество, учителя, преподаватели и другие люди, которые ставили и ставят ему "палки в колеса", не могут разглядеть в нем то, что видите вы?
Это только у моих вечных оппонентов есть на него моментальный ответ. Помните, как они пишут: "Ну да, конечно, вам все должны. Все обязаны терпеть вашего нездорового (невоспитанного и так далее сына.) Вы ни с кем не считаетесь. Все у вас враги, все вокруг виноваты."
Понимаете, как просто, прямолинейно.
А на самом деле всё не так. Всё очень и очень непросто.
Вот позавчера, к примеру, мне писали, мол, к чему всё это: обычная школа, техникум? Сыну было всё равно, это вы тешили своё самолюбие. Издевались над своим ребёнком, над другими детьми, над учителями.
Но ведь можно посмотреть на ситуацию с другого бока. И понять, что я хотела воспользоваться шансом. Раз уж Господь не обделил сына разумом, дать ему возможность выучиться по обычной программе.
И отсутствие на тот момент в коррекционных школах классов седьмого вида я так и восприняла, как знак, что не стоит Серафиму идти в коррекцию и учиться по облегченной программе, получить на выходе аттестат с пятью-шестью оценками или справку.
О том же самом говорили на ПМПК. И психиатр.
Вот она как раз мне и сказала: "Не вздумайте идти в коррекцию восьмого вида. Только обычная школа, обычная программа. Потому что из коррекции вы уже вряд ли выберетесь.
А из обычной школы перевестись всегда сможете в коррекцию, если начнутся трудности с учёбой."
А они не начались. По крайней мере класса до пятого всё было прекрасно.
Если не считать того, что сын мой находился на домашнем обучении.
Ну то есть не на зло кому-то я его отправила в нормальную школу.
Не тешила своё самолюбие. Был шанс, что Фима подрастёт и станет нормальным человеком. Прогноз все психиатры, у которых он наблюдался, давали вполне благоприятный.
На десять лет вперёд заглянуть нельзя, всё предусмотреть тем более. Никто из нас не знает даже, что будет завтра. Но если есть возможность, ей необходимо воспользоваться.
Ну а теперь ближе к теме. Ну вот воспользовалась я. Отдала сына сначала в нулевой класс. И, разумеется, увидела, что он не адаптируется к школьным требованиям.
Мешает другим детям, обижает их. Они обижают его.
Ещё раз убедилась, что поведение у Фимы девиантное. Усилились истерики. В добавок ко всему появились нервные тики, и во втором полугодии мне пришлось бегать по разным специалистам, чтобы понять причины того, что случилось.
Домашнее, индивидуальное обучение было спасением.
Но тут, понимаете, какая история, всё вроде хорошо: и школа обычная, и программа не углубленная, не ускоренная, всё как нужно, как я хотела. И не мешал уже сын никому кроме учителя.
Но этому учителю платили за него как за целый класс.
И мог бы этот учитель плодотворно работать, и не было никакого конфликта, если бы человек был подготовлен. Имел опыт работы с такими детьми.
Вот вам и ответ на вопрос "кто виноват?"
Вот точно не я, которая хотела лучшей доли для сына, чтобы он взрослел, умнел, получал знания наравне со здоровыми детьми. А потом бы школу закончил, поступил в университет.
Кто мог тогда сказать, что это невозможно?
Никто не мог. А значит, нет моей вины. И нет вины учителя.
Там где она получала профессию много лет назад, ей не рассказывали, что есть на свете вот такие дети, как мой сын. Что это не лодыри, не хулиганы.
Что на них нельзя кричать. Нельзя раскидывать их вещи по классу, когда они упрямятся и не хотят писать или отвечать на вопросы.
Никто ей не рассказывал, что это элементарно опасно. У ребёнка может случиться мелтдаун.
Что и произошло, кстати, с моим сыном. Он раскричался от страха и неожиданности в ответ на агрессию учителя и ударил её.
Ну так вот...Я не считаю, что учитель виноват. Такие дети, как Серафим, могут вывести из себя любого, даже самого уравновешенного человека.
Это нехорошо, неправильно кричать на детей. На любых детей.
Но вы поверьте моему опыту, даже я кричала. Бывало, что сын выводил из себя.
А я ведь очень спокойный и уравновешенный человек.
Вот и учитель сорвалась и поступила непедагогично, неправильно.
И даже не пытайтесь сейчас писать, что я не видела всей ситуации, что всё со слов Серафима, а он мог придумать.
Я лично присутствовала тогда в кабинете. Сидела за соседней партой.
И всё это приключилось буквально за считанные секунды в двух шагах от меня.
И мне было жалко абсолютно всех: и сына, и учителя. И себя. Я ведь тоже пострадавшая сторона. Мои нервные клетки в эти минуты п0гибли в очень большом количестве. От отчаяния и страха.
Так кто же виноват? Система, которая объявила инклюзию.
Закрыла повсеместно в Томске классы седьмого вида и посадила сложных детей с нормальным интеллектом, но надломленной психикой, за парты вместе с обычными детьми.
И учить их должны были не коррекционные педагоги, а обычные учителя, которые в глаза не видали таких учеников. Вот, собственно, и вся история.
И разумеется, эти учителя от страха, неуверенности в своих силах, от боязни за других детей, если вдруг ребёнок с диагнозом учится в общем классе, начинают, как выразился читатель, "вставлять палки в колёса." Отказываются работать, требуют, чтобы ребёнка с диагнозом перевели в коррекцию.
Плох ли этот учитель? Нет. Не плох. Он просто не готов к таким испытаниям и трудностям. И не обязан он чего-то там разглядывать в ученике, которого ему навязали. Его задача учить. И если это не получается по каким-то причинам, учитель расстраивается.
И очень важно, чтобы этот учитель (педагог) не скрывал от родителей, что есть проблемы, что он устал, что не справляется с поставленной задачей.
Тут, видите, уже к чему клоню, опять к последней нашей ситуации, которая меня так сильно задела.
Мне не было бы так обидно, больно, если бы педагог вышла на контакт и с самого начала обозначила проблемы. Сказала, что ей трудно, попросила поприсутствовать какое-то время на занятиях в школе обучения социально-бытовым навыкам.
А она не шла на контакт. Не звонила мне и не писала.
На все мои вопросы, которые я задавала по понедельникам четвергам и субботам, когда я привозила сына, отвечала: "Всё хорошо. Я справляюсь. Он у вас большой молодец и вы тоже."
А потом оказалось, что Серафима с самого начала собирались отчислить. И никакой он не молодец.
Вот это меня расстроило больше всего. А не то, что его "попросили" из вновь созданной гипсовой мастерской, куда перешла работать этот куратор.
Плохая она? Нет, не плохая. Возможно, ещё слишком молодая и не имеет достаточного опыта работы с таким контингентом: с людьми имеющими психические 3а6олевания, с их родителями.
Не понимает, что это люди очень с тонкой душевной организацией. И каждое неверное слова и даже молчание и игнор может их больно ранить. Это возможно, придёт только со временем. И то, если человек обладает достаточным уровнем эмпатии.
Ну так вот. И в данном случае, как и в случае со школой, с техникумом, хоть и есть человеческий фактор, никто не виноват.
В организации работают люди далёкие от понимания проблем аутизма и прочих психических недугов.
Они об этом знают сами, открыто говорят. И нет у них педагогов в штате, знакомых с прикладным анализом. Нет дефектологов.
Приходят иногда обычные психологи. Часто практиканты, молодые специалисты.
Да, эти люди, не имея достаточного опыта, ведут работу с разными инвалидами. В том числе и по психическим заболеваниям. Стараются всем помочь.
Делают очень важное и нужное дело.
И они не хотят чего-то там разглядывать в Серафиме, что вижу я. И не обязаны так поступать.
Им нужна тишина и порядок в мастерских. И нужен продукт, чтобы его потом продавать на разных ярмарках.
И нет у них сил и времени под кого-то подстраиваться, разбираться в проблемах аутизма, в аба-терапии. Им нужны спокойные, покладистые и трудолюбивые ребята. Я это прекрасно понимаю.
Давно прошло время чистого, ничем не замутнённого альтруизма. И, видимо, это правильный путь.
Вот и вся суть вопроса. Серафим под все критерии нормального работника мастерской не подходит. И не подходил изначально. И все об этом знали. Кроме меня. Я ещё надеялась на что-то.
Посмотрели на него ещё раз, всё обдумали и отправили "исправлять поведение." Я не говорю, что это плохо, неправильно. Так случается.
Но поговорить нужно было. Не после обучения социально-бытовым навыкам, а в самом начале, когда только возникли трудности. А не молчать до самого конца. А потом выливать мне на голову "ушат холодной воды."
А так всё правильно, всё логично. И вполне закономерно, хоть и очень горько.
Так что нет, товарищи, во всех этих историях правых и виноватых.
Я воспитывала сына как могла. Вкладывала в него только самое лучшее.
Всегда стремилась сделать из него воспитанного, хорошего человека. Что-то удалось. А что-то нет. Но виноватой себя не считаю.
Сын мой тем более не виноват. Не виновата его некаквсешность. По большей части он не осознаёт, что творит, ибо есть диагнозы.
И те люди, которые не принимают его, хотят от него избавиться, тоже невиноваты. Они не знают, что такое аутизм и не умеют с этим работать.
Так кто же виноват или что? Отчасти общество с его стигматизацией психиатрических диагнозов, с его страхами. Система, что внедряет какой-то эксперимент с участием инвалидов, экономя на этом средства.
И установки влияют, что если глаза умные у человека, слюна не капает, то значит, может он всегда держать себя в руках.
А он не может, ибо нездоров психически. И разум не всегда способен контролировать поведение.
Я не хочу сказать, что предвзято относятся, но не прощают многое из того, что прощают другим ментальным инвалидам, которые тяжелее.
Это наглядно показал техникум. И не только он.
Так складываются обстоятельства. Они и виноваты. Вот, пожалуй, и всё, что я хотела написать по данной теме.
Ещё раз благодарю читателя за интересный вопрос.
З.Ы. Сын пришёл с улицы. Он сегодня после занятия по валянию был копщиком и садоводником. Боролся с одуванчиками на грядке, поливал розы и другие цветы. Помогал отцу облагораживать клумбу возле подъезда. А потом ещё погладил свою одежду и полотенца. Получил от отца коробку "Птичьего молока." И довольный отправился отдыхать. ))