«Сначала я подумал — совпадение. Просто три белые футболки на трёх балконах. Но потом понял: они не мнутся. Не колышутся. И никто их не снимает»
Я не сразу понял, что что-то не так. Балконы выходят во двор, как обычно — девятиэтажка, третья секция, окна с шестого по восьмой этаж. И вот на них — три балкона подряд, абсолютно одинаковых, с одинаковыми сушилками. И на каждой — по одной белой футболке.
Я заметил это не потому, что искал. Просто шёл по двору, кинул взгляд — и в глазах как будто защёлкнулось. Все три футболки — одинаково повешены: вывернуты наизнанку, развешены по шву, без прищепок. Не мотаются. Не колышутся. Как будто приклеены.
На следующий день я снова посмотрел — и снова они там. Я даже остановился — не потому что удивился, а потому что внутри что-то будто перескочило. Лёгкое замешательство. Не ощущение 'снова', а какое-то странное 'так и должно быть?'. Никаких других вещей нет. Ни штанов, ни полотенец, ни носков. Только они. Три.
Я стал присматриваться. Погода меняется — а футболки висят. Дождь — висят. Солнце — висят. Снег мокрый шёл пару раз — висят, но сухие. Я пытался понять: может, это просто одинаковые люди. Может, соседи сговорились. Но никто из других жильцов не мог толком объяснить, кто живёт в тех квартирах.
Однажды утром я встал пораньше, в пять. Вышел на балкон. Футболки уже были. Сухие. Развешены как всегда. Вечером до этого их не было.
Я долго не решался подойти. Всё казалось — спрошу, а она только пожмёт плечами. Или начнёт смеяться. Но в какой-то момент это стало невыносимо.
Я спросил у старшей по подъезду:
— Кто на шестом, седьмом, восьмом живёт по лестнице?
Она сказала:
— А там давно никто не жалуется. Тихо у них. Спокойные.
— А вы их видели?
— Ну… как бы не припомню. Но живут. Квитанции берут.
Я подумал — может, просто совпадение. Может, это сушка такая. Кто-то выстирал, повесил, забыл. Но прошло две недели. Футболки всё там же. Даже складки — те же.
Потом я заметил, что они не двигаются, даже когда сильный ветер. Всё вокруг хлопает, пакеты летают, даже занавески с нижнего балкона выворачивает — а футболки стоят, как вкопанные. Я взял старую бинокль. Смотрю — ткань не колышется. Шов — чёткий. Края — ровные.
Однажды я сфотографировал. Увеличил. Уже в тот момент почувствовал — не надо было. Словно вторгся. Руки остались холодными, даже когда положил телефон. Было чувство, что я сделал что-то неправильное, хотя вроде бы ничего не изменил. На всех трёх футболках — на уровне груди — еле заметные пятна. Одинаковое положение. Как будто след от нашивки. Или была надпись, но её сняли.
Я начал спрашивать соседей. Один мужик с четвёртого говорит:
— Там на восьмом мужик жил. Шестидесятник. Потом уехал. Говорят, умер. А квартира — сдана.
— А на седьмом?
— Не знаю. Девка вроде. Молодая. Но я её ни разу не видел.
— А на шестом?
Он пожал плечами.
Другой сосед, пожилой, сказал:
— Они не первые.
— Кто?
— Эти футболки. Раньше были — простыни. Три. Всё то же самое.
Я спросил, когда. Он ответил:
— До ремонта. До того как фасад перекрасили. Тогда были.
Я пытался записать, когда они появляются. Вечером — нет. Утром — есть. Но иногда — наоборот. Как будто они висят не всегда, но всегда есть, когда ты смотришь. Даже если вчера не было.
Я пробовал фотографировать каждый день. Иногда — на снимке две. Иногда — четыре. Но глазами всегда три. Фотографии странно сохраняются: однажды в телефоне дублировалась, как будто сделал два кадра, хотя я не нажимал.
Раз в месяц к подъезду приезжает белая “Лада”. Первый раз я заметил её случайно — шёл с пакетами, замёрз, голову опустил. И вдруг понял, что она стоит. Ровно под теми балконами. Будто ждёт. Машина показалась знакомой, но я не смог вспомнить, где мог её видеть. Ни номеров, ни наклеек. Только стекло, как зеркало. Без номеров. Останавливается ровно напротив этих окон. Две минуты — и уезжает. Я пытался заснять — камера не включилась. Батарея была полная.
Один раз я увидел, как из машины вышел человек. Подошёл к мусорке. В руках — пакет. Я не видел лица. Но футболки на балконах в это время исчезли. На следующий день — снова висят. Чистые. Без пятен.
Неделю назад я решил попробовать зайти в одну из этих квартир. Поднялся. Постучал. Дверь не открыли. Но через глазок было видно свечение. Не белое, не синее — странный оттенок, как будто тусклый зелёный. И шёл он не со стороны телевизора, а откуда-то сбоку, ближе к полу. Я стоял, глядя в глазок, и вдруг почувствовал — хватит. Как будто телевизор. Я подождал. Ушёл.
С тех пор футболки начали меняться. Теперь — с еле заметным тёмным швом на рукаве. Та же форма. Но будто чуть другие. А может — просто я уже не уверен.
Я перестал смотреть. Но иногда ловлю себя: прохожу мимо — и взгляд сам поднимается. На автомате. Они там. Три. Белые.
И если они когда-нибудь исчезнут — вот тогда мне, наверное, станет по-настоящему страшно.