Интервью под скальпелем
- По трое проходим, простыней не касаемся, – спокойно командует медсестра в бело-синем, и наша троица с камерами вваливается в военную операционную госпиталя «Ахмат».
Неотличимые от врачей, в полной экипировке – халат, маска, перчатки, брюки, шапочка. У раненого на операционном столе тоже шапочка. Его привезли на «дежурную» операцию – проверить, как заживает рана после извлечения осколков.
Занимаю позицию в изголовье пациента. Он лежит на спине, подложив руки под голову. Дежурно звучит голос хирурга: «Ранение энного числа… повреждение внутренней поверхности бедра…». Последние быстрые приготовления: медсестра помогает врачу надеть перчатки, закручивают лампы… «Работает коагулятор? - Все работает. – Начали». Укол анестезии…
- Нормально себя чувствуете, Игорь?
- Нормально-нормально, – глухо отзывается боец.
Врач комментирует:
- Во время выполнения БЗ получил рану – сброс с дрона…
Его прерывает медсестра:
- Еще новокаин, один!
Хирург продолжает:
- …И вот, чтоб наш боец был готов к дальнейшему выполнению задач специальной военной операции…
- Надо еще этот дрон найти, падлу! – вклинивается пациент.
- Если будет больно, скажешь?
- Угу…
Работа пошла: не переставая, характерно пищит медицинская техника на соседней стойке, врачи склоняются над ногой. Шприц, скальпель, дымок… Игорь вздрагивает, темные брови слегка приподнимаются и тут же опускаются. Карие глаза наполняются напряжением.
- Игорь, нормально?
- Да-да.
Врач продолжает изучать рану:
- Все воспалено и заживает очень плохо… Игорь, не больно же?
- Да нет, вроде! – Игорь морщится. – Пахнет только чем-то горелым.
Над ногой Игоря продолжают колдовать-трудится двое пчелок-хирургов. Быстро работают! В руках мелькают хирургические ножницы, нитки. Игорь начинает резко моргать. Скулы, губы в такт резко сжимаются, напряженные, но легкий стон все-таки прорывается сквозь «защиту».
- Жировая клетчатка, а под ней фасция мышцы, – продолжают врачи углубление в Игоря. - Мышца без повреждений, – констатируют.
- Везунчик! – сквозь зубы отзывается Игорь.
Врач продолжает опрос пациента, и тот уж веселее отзывается:
- Как видите, жив-здоров! – улыбается.
- Молодец, Игорь! Мы работаем, все нормально.
— Это хорошо, – соглашается он, его голос заметно спокойнее. – Вы здесь, мы – там…
Голоса смолкают, слышу чью-то рацию, хирурги не отвлекаются. Тем временем взгляд Игоря сосредотачивается, упирается в одну точку, каменеет… Пальцы рук разжимает и сжимает в ритме,будто замедленно бьется сердце. Прячет взгляд, утыкаясь носом в ладонь, как будто сейчас закричит, но крика нет. Невольно вспоминаю фильм «Они сражались за Родину», то же самое.
Ещё миг, и врачи протирают салфетками инструменты, пищит техника.
- Игорь, все в порядке?
- Ой, да все хорошо, – отвечает, как ни в чем не бывало.
Наконец можно и поговорить:
- Да я сам местный - Кременской район, недалеко от Северодонецка, – Игорь карими своими глазами и смугловатой кожей невольно начинает напоминать мне половецкие образы – степняков, которые жили и воевали тут тысячу лет назад. А Русь пришла к ним так же на помощь, с севера.
- Давно на войне? – хирург перехватывает пальму первенства у нас, журналистов.
- С ноября того года.
Игорь заботливо поправляет единственную личную вещь на теле - армейские часы на руке.
- Как ранение получили?
- Выполняли боевую задачу, возвращались… Птичка нас срисовала в посадке. Я первый получил ранение. Потом мой напарник. Пытались добить нас – не получилось. Сами вышли.
- У тебя какой позывной? – интересуется молоденькая медсестричка. Работы становится меньше.
- Эфиоп, – улыбается. - Еще с работы повелось, на продуктовой базе. Это ж было на Украине…на оккупированной территории. Директор назвал так по деревне: деревня наша Епифановка. Нас было оттуда семь человек, ну и назвали всех, как поголовье считали: «раз, два…четыре-пять – ага, все эфиопы на месте». Так и осталось.
«На оккупированной территории»... Вот, почему Игорь так «поздно» попал на войну, лишь в 2024-м (в ЛНР полная мобилизация была в 2022-м). Он тогда еще «был на Украине», и как только прошел все проверки и получил российский паспорт, так и пошел воевать, – догадываюсь я. А сколько таких мужиков «загремели» в армию Украины или еще прячутся по подвалам в серой зоне фронта…
- Дома есть кто?
- Конечно. Мама, сестры. Племянницы три.
Сегодня ж праздник! Игорь вдруг машет рукой:
- Всех с 23-м! Берегите себя!
- И вас с 23-м, – щебечет сестричка.
- Смотрите вверх, – Игорь тыкает вверх, завершая свое поздравление, – за небом глядите, потому что ниоткуда может взяться… Вроде идешь, нету, а тут раз - и появилось.
- Не страшно после ранения было? –любопытствует сестричка.
- Нет, не страшно. Я даже не понял, что меня ранило. Сперва как удар щебенкой… Почувствовал, только когда уже потекла «кров». Первую помощь сам себе оказывал.
Подключаемся к расспросу о первых ощущениях:
- Сначала просто горячо?
- Не-не, просто удар. Остановился. Турникет достал. Разрезал одежду. Наложил. Осмотрел – не течет. Вижу - не артериальное кровотечение. ИПП-шкой быстренько замотал, турникет подтянул. Пересидели, пока они…, - взмах глазами и бровями к потолку, - ...полетели на перезарядку. После двинулись. Пришли и эвакуировались сразу.
- У вас есть мечта?
- Есть. Домой вернуться, – улыбается. – Ну, конечно, еще семью и детей.
- Сколько детей хотите? – живо интересуется молоденькая медсестра, как будто студентка на практике еще.
- У моего отца было четверо, - начинает сравнительный подсчет. - Не, ну если взять всех, у меня ж еще внебрачные сестры, тогда шестеро.
- Девочек или мальчиков хотите?
- Что-то все мальчиков хотят, а я вот – девочек.
Медсестра, улыбаясь сквозь маску, показывает большой палец - то ли позируя мне на камеру, то ли в ответ. Врач, замечая, уже не шьет рану – выразительно на нее смотрит, мол, делом надо заниматься. Боец продолжает:
- У меня просто уже три племянницы, маленькие. Привык с девками «воевать», так что… Хотя с девчонками тяжелее, наверное.
Спрашиваю прямо:
- Не больно вам?
- Нет… а че… Терпеть надо! Насколько я помню, говорили, мол, такие, как я, телосложением худые, боль лучше переносят, болевой шок не такой сильный. Так что, нормально.
Февраль 2025.
Материал опубликован при помощи образовательно-просветительского проекта «Школа военкора». Проект реализован при поддержке Президентского фонда культурных инициатив.