Невидимые миру слезы
Лев Кузьминский молод, но успел номинироваться на Большую книгу и однажды дойти до "лицейского" лонга, а в нынешнем году финалист со вторым романом, уже выпущенным Livebook Ведущие издательства разбирают лицеистов 9 сезона на старте, что лишний раз подтверждает действенность института литпремий в деле продвижения авторов. Дебютные "Привет, заморыши" Кузьминского были смешными и горькими - не похожими ни на что, читанное прежде. Признаюсь, того же невольно ждала от второй книги, которая оказалась примерно тысячной по счету историей, как непросто не таким как все, о школьном буллинге, о невидимости.
Хотя невидимость метафорическая, то ощущение собственной незаметности, которым периодически накрывает почти каждого, перерастает в "Дневнике Невидимки" в буквальное физическое качество. Девочка рождается невидимой, шокируя акушерок и педиатров, однако папа с мамой оказались более подготовленными - в роду такие аномалии уже случались, невидимкой была бабушка, уединенно жившая в деревне. Интересно и психологически достоверно решена тема интеграции героини в социум: сначала в детском саду, затем в школе, когда проходит первый шок, ее начинают воспринимать естественно - ни звездой, ни изгоем Димка (от Невидимка) не становится, просто не замечают, не зовут в игру, не дружат.
В ней нет лидерских качеств, нет той отрицательной харизмы, которая могла бы сделать королевой жестоких школьных розыгрышей, но одноклассники не чувствуют в ней и запаха жертвы, исходящего от Робкого Ромы - его травят всеми возможными способами и попытка героини вступиться оканчивается для нее плохо. В остальном, жизнь Димки с папой и престарелой кошкой Камкой скорее приятная. Мама давно создала новую семью, ее не винят, принимают в гостях мальчика от второго брака. Гармонии и уюту дома противопоставлен хаос деструктивного пространства школы. Одноклассники, Димка дает им прозвища по типу имя+качество: Красотка Катя, Дурной Даня, Малышка Маша, две Лины-Малины, Страшный Серый - туповаты и жестоки. Учителя равнодушны и затурканы жизнью, приходят сюда, как отбывать наказание, в них кидают ластиками, хамят, игнорируют, они в отместку или из страха не замечают издевательств над слабыми. Школа - это ад в миниатюре.
Все вместе производит впечатление довольно унылое, даже намечающаяся близость с Ромой и дружба с сестренкой Давида Друида, еще одного бывшего одноклассника - скорее от безнадежности. Не от того, что с человеком безумно интересно и тянет к нему, и наговориться не можете, а чтобы хоть чем-то заполнить пустоту. Месяц с небольшим "Дневника невидимки" заканчивается на позитивной ноте. Но, если честно - не самый ударный финал из возможных.