Переименование ЛДПР в «Партию Жириновского», не просто акт памяти, а политтехнологическая инновация.
Фамилия Жириновского — это узнаваемый бренд, который по-прежнему ассоциируется с «протестом в рамках системы», харизмой, резкой риторикой и «голосованием против всех» без ухода в радикализм.
Старая площадь негласно не возражает, и это сигнал: если удастся пролоббировать изменения в федеральный закон о партиях, ЛДПР получит мощный электоральный инструмент накануне выборов в Госдуму 2026 года.
А это очень нужно сегодня ЛДПР теряющей членов партии по всем регионам.
Что изменится?
– Упор на фигуру, а не идеологию
– Смена политических акцентов: не программа, а узнаваемость
– Рестарт бренда без радикального ребрендинга
Для Слуцкого это ещё и управленческое укрепление.
Даже если закон не примут, инициатива уже работает: медиа всплеск, рост узнаваемости, сигнал старому электорату и потенциальное расширение базы за счёт тех, кто ностальгирует по сильному лидеру Жириновскому.
Если проект пройдет, это создаст прецедент персонализации партий в России, где следующей в очереди может стать, например, партия Путина, не формально, но символически.
