Работа по металлу: выставка Евгения Прохоренко «Послойно» в галерее Artstory

Первая московская «персоналка» калининградского художника посвящена человеку в мегаполисе.

Евгений Прохоренко — имя для Москвы пока новое. Зато его хорошо знают в родном Калининграде как уличного художника El Kartoon. Он начал свой путь в 1997-м: расписывал стены и мосты, «заброшки» и даже трамвайные вагоны. Символы поп-культуры, вроде Мэрилина Мэнсона, соседствуют у него с античными канонами, и часто работы кажутся ажурными и эфемерными — будто сотканными из «цифрового кружева». Фирменный паттерн помогает связать прошлое и настоящее, теплую «ламповую» эпоху и бездушный цифровой мир. Полтора года назад арт-объект El Kartoon участвовал в фестивале уличного искусства «Здесь и сейчас» в Москве. Его «Новая идея» представляла собой трехмерный многослойный объект: детали складывались в изображение, когда зритель смотрел с определенной точки. И вот первая «персоналка» в столице — проект «Послойно» в галерее Artstory, где художник выступает уже под своим именем.

На открытии Евгений Прохоренко признался «Культуре», что он одиночка: у него нет продюсера, да и работать он любит сам по себе. С коллегами старается не общаться: не из снобизма, а чтобы избежать чужого влияния. Удивительная позиция для нынешней эпохи, когда все озабочены нетворкингом и личным брендом. Зато работы у художника и правда необычные. Всего на выставке показано более 30 вещей, и своей сдержанной палитрой они напоминают произведения Ансельма Кифера. Некоторые работы Прохоренко привез из Калининграда, и остается догадываться, сколько логистических трудностей пришлось преодолеть, чтобы доставить их на «большую землю». Другие вещи сделал на месте, в Москве. Что же в них непривычного? Прежде всего, «бедные» материалы — раствор, напоминающий бетон, и металл, состаренный с помощью кислоты, покрытый разноцветной ржавчиной: нужного эффекта художнику порой приходилось ждать годами. Прохоренко не избавляется от следов времени, а, напротив, всячески инициирует их и тем самым приближает будущее: зрителю не нужно ждать, пока металл покроется патиной, — мы видим уже готовый результат. Футуристичность усиливается и через элементы ар-деко, присущие некоторым работам. Вот, например, «Скорость». Ее детали — античная женская фигура, агрессивные диагонали, переплетение геометрических линий — напоминают о «ревущих двадцатых». Металл олицетворяет собой веру в технический прогресс, чистые и сильные линии напоминают сеть проспектов и улиц. А круги кажутся колесами невидимого паровоза, уносящего нас в сияющее будущее. Впрочем, на вопрос о влиянии ар-деко художник лишь улыбается и пожимает плечами. Его позиция — не навязывать зрителю свою точку зрения.

И все же он оставляет некоторые зацепки. Например, названия глав, из которых складывается серия «Послойно». Первая глава — «Контекст»: отношения человека и его среды, прежде всего города. Урбанистический подтекст характерен для многих работ Прохоренко. Он проявляется как в названиях — «Шум», «Фасад», «Интенсивность» — так и на уровне образов. Геометрические линии кажутся ажурным кружевом или красивой клеткой, из которой человеку почти невозможно вырваться. Эта глава являет собой некий «тезис». Следующая — «Движение»: в толпе мы чувствуем себя частью целого, но порой глубоко осознаем свое одиночество. Не об этом ли работа «Среди никого», изображающая персонажа, повернутого к зрителю фронтально? За его спиной — безликие тени, отвернувшиеся и равнодушные: сюжет, хорошо знакомый благодаря европейским романтикам. Впрочем, эта глава не только о противопоставлении толпе, но и о внутреннем движении: рефлексии, размышлении. Через этот «антитезис» мы приходим к «синтезу» — главе «Обретение». Становление личности — непростой путь, и художник наглядно показывает этапы, которые нужно пройти, в том числе — осознание своей отдельности, обособленности. Итогом становятся одиночные портреты, герои которых не отворачиваются от зрителя, но глядят прямо на него. Ведь когда человек обретает зрелость, ему становится легче общаться с миром.

Любимым художником Евгений Прохоренко называет Антонио Канову, и это имя совсем не ожидаешь услышать. Что общего у итальянского скульптора, обожавшего античность и воплощавшего в мраморе идеальные формы, и российского художника, который обращается не к мифическому прошлому, а к проблемам современного человека, обитателя каменных джунглей? Наверное, лишь стремление к красоте — вечной, неизбывной, проступающей даже сквозь ржавые пятна. В недружелюбной городской среде она ощущается особенно остро.

Выставка работает до 22 июня.

Фотографии предоставлены пресс-службой галереи Artstory.