Имя Леонида Гайдая навсегда вписано в золотую летопись советского кинематографа. Его комедии стали народными. Но что, если бы Трус, Балбес и Бывалый выглядели иначе? Или вместо Светличной в купальнике была другая актриса? Удивительно, но некоторые звёзды сознательно отказывались от ролей в легендарных лентах. Почему? Рассказываем о случаях, когда судьба фильмов могла быть другой.
«Пёс Барбос»: возраст против юмора
После неудачной комедии «Жених с того света» (1958) Гайдай оказался на грани профессионального забвения. Помог ему этого избежать классик советского кино Иван Пырьев, поручивший снять «идеологически выверенную» драму «Трижды воскресший». Отдохнув в Иркутске, Гайдай загорелся экранизацией газетного фельетона — так родился «Пёс Барбос и необычный кросс».
Трус (Георгий Вицин) и Балбес (Юрий Никулин) были утверждены быстро. С Бывалым возникла проблема: роль требовала актёра старше 40 лет, готового к постоянным бегам и трюкам. Предложения получили актеры — Игорь Ильинский (60 лет), Иван Любезнов (52) и Михаил Жаров (62).
Все трое вежливо отказались: возраст брал своё. «Бегать? В мои-то годы?» — будто говорили они. Так 34-летний Евгений Моргунов стал культовым Бывалым. Интересно, жалели ли мастера сцены, узнав, что шанс войти в золотую коллекцию кино упущен?
«12 стульев»: благородство Плятта
Ростислав Плятт мог сыграть Кису Воробьянинова, но история сложилась иначе. Изначально Гайдай видел в роли только Сергея Филиппова. Тот тяжело болел, готовился к операции, и на замену утвердили Плятта.
Узнав, что Филиппов рвётся на съёмки, несмотря на боль, Плятт сам позвонил коллеге: «Роль ваша». Благородный жест позволил Филиппову создать незабываемый образ, а Плятт озвучил текст от автора.
Клара Лучко могла сыграть в «Бриллиантовой руке»
После успеха «Операции «Ы» и «Кавказской пленницы» казалось, от предложения Гайдая не отказываются. Но Клара Лучко, встретив режиссёра в коридоре «Мосфильма», усомнилась.
Ей предложили роль Анны Сергеевны из «Бриллиантовой руки» — яркой красавицы в купальнике. Лучко, известная драматическими ролями, смутилась: образ показался ей слишком легкомысленным. Фотопробы она сделала, но в последний момент передумала. Так роль досталась Светлане Светличной.
Валентина Теличкина: могла стать царицей
Актриса отказалась от роли Марфы Васильевны в «Иване Васильевиче…», посчитав её неподходящей. Гайдай, однако, не держал зла: в следующей комедии «Не может быть!» Теличкина все таки сыграла эпизод. И роль невесты на долгие годы стала ее "визитной карточкой".
Никулин: цирк важнее Грозного
Юрий Никулин, бессменный Балбес, неожиданно сказал «нет» двум ролям: царю Ивану Грозному в «Иване Васильевиче…» и управдому Бунше. Причина? Занятость в цирке.
«Фильм по Булгакову всё равно запретят», — отшутился актер. Гайдай, обычно не терпевший отказов, простил друга, но больше не звал его в свои проекты.
Евстигнеев: обида из-за реплики
После отказа Никулина Гайдай искал замену для роли царя. Евгений Евстигнеев, мастер перевоплощений, идеально подходил. Но на репетиции режиссёр произнёс фразу Шурика: «Когда вы говорите, у меня ощущение, что вы бредите».
Евстигнеев решил, что это оценка его игры, и ушёл со съёмок. Так Иван Грозный «достался» Юрию Яковлеву.
А если бы Ильинский стал Бывалым, а Никулин — Грозным? Смогли бы они затмить Моргунова и Яковлева? Гайдай же, как гений импровизации, превращал отказы в новые возможности, даря зрителям тех самых героев, которых мы знаем и любим.