Рассказывать сказки на ночь, в любую свободную минуту помогать ребёнку с заданиями от логопеда, сидеть рядом с малышом, который только что перенёс операцию, и следить за его состоянием — всё это делают няни проекта «Дети в беде» благотворительного фонда «Волонтёры в помощь детям-сиротам».
Эти обязанности не прописаны в их трудовой книжке. Однако, отправляясь на госпитализацию и реабилитацию к ребёнку из детского дома, они никогда не знают, что их ждёт.
Роксана в шутку называет себя «вахтовой няней». Вот уже 13 лет она колесит между родным Новомосковском (Тульская область) и Рузским городским округом, где находится детский реабилитационный центр «Вдохновение». Ее чемодан постоянно собран — в любой момент кому-то может понадобиться ее помощь.
Роксана и раньше ухаживала за людьми, но чаще за взрослыми. А познакомившись с фондом «Волонтеры в помощь детям-сиротам», поняла, что готова оставить здесь свое сердце.
Свою работу она не романтизирует. Эмоции, тотальная вовлеченность, слезы прощаний остались в прошлом, как и бессонные ночи в критических ситуациях с подопечными. Но чувство жалости у Роксаны с годами не притупилось. Его она считает «краеугольным» в своей работе.
— Конечно, всех жалко, — говорит Роксана. — Если в нашем деле пропадает эмпатия, значит, человек выгорел, нужно менять работу. За 14 лет, в общей сложности, работы в проекте «Дети в беде» я научилась терпению. Поняла, что значит быть стрессоустойчивым человеком.
У Роксаны тоже было выгорание, но не от детей, а от постоянной кочевой жизни. Дорога из Центра в столичные больницы занимает полтора-два часа в одну сторону. И таких путешествий в месяц с больным ребенком может быть несколько.
Но все же самое сложное для няни — коммуникация с матерями в больницах. Сердобольные женщины, увидев больных малышей, оставшихся без родителей, пытаются задарить их сладостями или начинают в голос жалеть, оказывая этим «медвежью услугу».
Со многими своими подопечными Роксана поддерживает связь: переписывается в социальных сетях, радуется за тех, кто обретает семью.
Память на ее телефоне заполнена фотографиями мальчишек и девчонок из детских домов со всей России.
— Сколько их у меня было? Я перестала считать лет пять-семь назад, когда число перевалило за сотню. Сколько ни есть — все мои, — шутит Роксана.