Полтора года махал метлой, разгребая мусор в двух дворах. Работа дворника — не сахар, но привык: через день, по чуть-чуть, поддерживаешь чистоту, получаешь свои копейки и живёшь дальше.
К марту 2025-го всё пошло наперекосяк. Не-дворницкие подработки испарились, арендная плата за мою конуру взлетела, картошка — сто рублей за кило, и в голове засела мысль: впервые за пять лет устроить себе отдых осенью. Хоть на три дня, хоть в соседний город, но сбежать от этой метлы и вонючих мусорок. Решил: возьму третий двор. Больше дворов — больше денег. Так и на отпуск накоплю.
Ожидания были простыми: мести, как в первых двух дворах, получать зарплату, копить на мечту. За новый двор пообещали 6000 рублей в месяц – меньше, чем за любой другой в округе. Хрен с ним, поднапрягусь.
В первый же день новый двор встретил меня так, будто его полгода никто не убирал. Мусор в траве, мусор на дорожках, мусор в мусоре. Казалось, сами кусты роняли фантики и швырялись окурками.
Решил, что пару недель попотею, вычищу территорию до человеческого состояния, а дальше — буду поддерживать чистоту в штатном режиме. План чёткий, как щетина свежей метлы.
На третьей неделе ко мне вышла Она. Женщина из дома, с лицом, будто я лично подкидываю мусор ей во двор. Пять минут она распекала меня: тут грязно, там не убрано, а вон там вообще позор. Строил из себя дурачка и со всем соглашался. С того дня уборка превратилась в марафон самодоказывания. Драил двор, как одержимый, лишь бы заткнуть ту женщину. Но этого оказалось мало. Меня заставили фотографировать двор до и после уборки. Как будто я не дворник, а журналист, который упоролся по факт-чекингу.
По итогу: в новом дворе мусора больше + фото и аудиоотчёты. Тратил на двор времени больше, чем на два других вместе взятых. А зарплата меньше. Оказался в ловушке, где вкалывал за копейки, доказывая свою полезность людям, которым, похоже, плевать.
В новом месте мне не выдали ни подсобки, ни инструментов, ни перчаток. Хорошо, что два других двора — соседи, и я таскал инструмент и мешки оттуда. Но это ещё не всё.
Прошёл месяц, прилетели зарплаты за первые два двора. За третий? Ноль. Подумал: может, мои фотки и голосовухи так плохи, что жильцы решили меня кинуть? Спросил у нанимательницы.
– Всё нормально, про вас помнят, заплатят... — ответила мне. Продолжил мести, фотографировать, тратить часы. Прошла ещё неделя. Денег нет.
Решил посоветоваться с управдомом, который свёл меня с этим двором. Он сделал пару звонков и выдал вердикт:
– Увольняйся. Там такие себе люди, кинут и не моргнут.
Написал женщине, которая меня наняла:
– Когда мне заплатят? Больше работать не хочу.
Она ответила:
– Бухгалтер на больничном, но мы вам заплатим! Для увольнения придите и напишите заявление.
Когда пришёл, она посмотрела на меня с жалостью и спросила:
– Что у вас случилось?
– Мне не платят. Не хочу работать бесплатно. Плюс с меня требуют больше, чем в других дворах, а денег обещают меньше.
– Это да...
Пока писал заявление, женщина спросила, выходили ли ко мне жильцы, и ругались ли матом. Сказал, что одна дама высказала претензии, но матом — нет. Она уточнила, что и матом могут.
По её лицу было видно, что она знает: этот двор — проклятие. Женщина вздыхала, как человек, смирившийся с несправедливостью мира. Короче, не двор, а чёрная дыра, пожирающая дворников.
Решил взбодриться:
– Может, они с кем-то поладят? И найдут себе кого-то, кто будет тут убираться.
– Нет. Эти точно не поладят. Сами будут убирать... – Ответила быстро, без малейшей надежды в голосе.
Когда уходил, оглядел двор. Он успел замусориться за три дня: листья, песок, фантики. Стало жалко двор. И жалко того, кто придёт сюда после меня. Если, конечно, кто-то вообще придёт.
Вспомнил, как приходил на уборку в пять утра, чтобы не встречаться с жильцами. Как тихонько мёл в темноте, чтобы не услышать ни одного ядовитого комментария. А что будет с новым дворником? Придёт в семь, в восемь, нарвётся на ту самую женщину, которая распекала меня, или на кого похуже. За что ему такое? За шесть тысяч в месяц?
Кто бы знал, как там живут люди, если грубить дворнику для них в порядке вещей? Если они не будут убираться, двор окончательно зарастёт мусором. И это только ожесточит их. Мусор порождает злобу, злоба — новый мусор. Круг замкнулся.
Тем же вечером мне перевели деньги: 10 тысяч за полтора месяца работы. На миг кольнула мысль: а вдруг, если бы я продолжил молча убираться по утрам и делать дебильные фотки, то всё было бы в порядке? Получал бы по 6 тысяч в месяц и потихоньку копил бы на свой отпуск.
Но тут же другая мысль: никаких гарантий. Жильцы могли выйти в рань, а деньги могли так и не прийти. Оказался в дурацком положении. Обрубил подработку, которая, пусть и через отвращение, но приносила деньги. Мечта об отдыхе стала дальше.
Но тело сказало: "Всё правильно". Дышать стало легче.