25 августа 1942 года майор Яков Иванович Антонов, выполняя боевое задание по прикрытию штурмовки немецкого аэродрома под Моздоком, был сбит. Согласно советским документам, он числился погибшим. Однако на самом деле Антонов, атакованный командиром 77-й истребительной эскадры люфтваффе (JG 77) майором Гордоном Голлобом, сумел выпрыгнуть с парашютом и был захвачен в плен.
В плену у врага
Известный немецкий ас Гюнтер Ралль в своих мемуарах «Моя летная книжка» подробно описал пленение советского летчика, хотя, по всей видимости, ошибочно приписал себе победу над Антоновым:
*«21 сентября 1942 года во время второго вылета мне повезло — около половины пятого я сбил МиГ-3 неподалеку от нашего аэродрома. Его пилот успел выпрыгнуть с парашютом. Унтер-офицеры моего штаффеля немедленно отправились к месту его приземления, чтобы взять его в плен.
Русский приземлился на подсолнуховом поле, которых в этих краях было множество. Его быстро окружили, но схватили только после того, как он расстрелял все патроны из пистолета, к счастью, никого не ранив.
После того как ему обработали рану на лбу, полученную при прыжке, его доставили ко мне. Я как раз слушал переговоры пилотов по радио.
Он был удивительно молод, как и большинство из нас — ему едва исполнилось двадцать. Светлые волосы он откинул назад, освобождая место для компресса, прикрывавшего порез. В его карих глазах читались и гордость, и разочарование. На губах играла легкая улыбка. На груди — три ордена, один из которых я узнал: «Герой Советского Союза».*
«Недочеловек»? Нет — достойный противник
Ралль с иронией отмечал, что советский летчик совершенно не соответствовал нацистской пропаганде, изображавшей русских «варварами»:
«Так вот они какие — эти «монгольские степные орды», к которым, как утверждает пропаганда, нельзя проявлять гуманность! Передо мной стоял Воин, вызывающий уважение у любого, кто сам сражался. В тот момент я подумал, что порой враг может быть ближе тебе, чем некоторые из твоего окружения.»
Немецкий ас подчеркивал, что Антонов держался с достоинством:
«Он не пытался заискивать или втираться в доверие. От предложенной сигареты отказался, но немного расслабился, когда я закурил сам. Наш чай, налитый из бензиновой канистры, вызвал у него подозрение — он отпил только после меня.»
Неожиданная свобода и побег
Вопреки обычной практике содержания военнопленных, Антонову позволили свободно передвигаться по аэродрому у деревни Солдатская — под честное слово. Немцы даже не ставили охрану, понимая, что побег создаст им проблемы.
«Советский летчик оставался у нас несколько дней — отправить его в лагерь не было возможности. У нас не было ни желания, ни причин держать его под замком. Он получал довольствие наравне с нашими пилотами и не пытался бежать, ценя такое отношение.»
Однако позже, когда Антонова отправили на транспортном Ju-52 с ранеными в госпиталь, он исчез. Ралль предполагал, что летчик воспользовался немецкой шинелью, чтобы затеряться и бежать.
После войны
Гюнтер Ралль упомянул, что из официальных советских источников узнал: Антонов пережил войну. Однако дальнейшая судьба героя остается загадкой.
Эта история — не только пример мужества советского летчика, но и свидетельство того, что даже на войне между врагами может возникнуть взаимное уважение.