Сергей Красноперов — ныне человек без гражданства. Бывший советский срочник-дезертир, 40 лет проживший в Афганистане, он наконец вернулся в Россию, но здесь его встречают не с распростёртыми объятиями, а с подозрением. Его история — о том, как сложно быть принятым на родине, если ты решил стать «чужим».
Солдат, ставший изгоем
Кардинальные перемены в жизни мужчины случились в юности. В 1983 году 18-летнего Сергея призвали в армию и отправили в Афганистан. Конфликт с сослуживцами, побег, плен у моджахедов — и вот он уже не солдат, а дезертир, предатель, перебежчик. Так, по крайней мере, могут подумать те, кто не знает всей истории.
"Меня не прельщала война, — вспоминает Сергей. — Я не хотел никого убивать. Просто устал от унижений и выбрал бегство как единственный выход".
Сергей говорит, что оставить часть его вынудила сложившаяся обстановка. Дедовщина. За это в СССР беглеца ждал трибунал. В Афганистане — смерть или милость победителей. Ему повезло: его не казнили, а женили на местной девушке. Так началась его новая жизнь под именем Нурмомад.
Чужой везде
За четыре десятилетия Сергей построил дом, вырастил шестерых детей, семерых похоронил, пережил гражданскую войну, голод и болезни. Он принял ислам, выучил язык, но всегда мечтал вернуться домой.
"В чужой стране любимым не будешь, — говорит он. — Как бы хорошо к тебе ни относились, ты всегда останешься чужим".
Возможность уехать ему предоставлялась, но Нурмомад отказался оставить жену и детей: у него будет всё хорошо, а они голодать без него? Ну нет.
В России, куда он приехал на 3 месяца через 40 лет, чтобы увидеть 80-летнюю мать и брата, он теперь чужой. Без гражданства, с афганским прошлым, с мусульманским именем. В глазах многих он — предатель, «переметнувшийся к врагу».
"Когда я говорю, что хочу вернуться на родину, некоторые смотрят на меня с недоверием: «А зачем тебе Россия, если ты столько лет жил среди них?»"
Гражданство как испытание
Сейчас у Сергея нет паспорта ни одной страны. Афганские власти аннулировали его документы, а российские пока не спешат признавать его своим. Он приехал по временной визе, но мечтает остаться — конечно же вместе с большой семьёй.
"Я не прошу многого — только чтобы мои дети могли жить там, где родился я".
Но даже если он получит паспорт, сможет ли он стать своим? Или навсегда останется «тем самым перебежчиком», которому не доверяют?
Не герой. Две версии одной жизни
поначалу о русском, что смог выжить в Афганистане, писали взахлёб как о человеке, что из-за конфликта с сослуживцами остался в Афганистане. Но блогер Александр Коц указал на то, о чём умолчал в своём рассказе Сергей Красноперов: американским журналистам Нурмомад представил другую историю несколько лет назад.
"Он рассказывал, что участвовал в боях против СССР: ремонтировал оружие моджахедов и даже помогал сбивать советские вертолёты",
— напоминает Коц про интервью Красноперова журналисту Джерому Старки.
В России же Красноперов утверждает, что никогда не выступал против советских войск, а сбежал из-за издевательств в части.
Коц, имевший опыт общения с подобными людьми в Афганистане, отмечает, что их истории часто меняются в зависимости от обстоятельств:
"Он уже сам себя наказал, прожив столько лет на чужбине. Но это не повод делать из него жертву или героя".
Жизненный путь Красноперова остаётся спорным: был ли он жертвой обстоятельств или сознательно перешёл на сторону противника? Ответа на этот вопрос, похоже, нет даже у него самого. В сети о Нурмомаде много нелестных комментариев. Многие полагают, что от России Сергею и его семье нужны только пенсия и выплаты.
Однако его история — это ещё и зеркало, в котором отражается отношение к тем, кто когда-то уехал, а теперь хочет вернуться. Через 3 года многие поуехавшие готовы хоть сейчас собрать чемоданы и рвануть в благословенную Москву. Им стоит оглянуться на эту историю и уяснить, что Родина не всегда готова принять обратно тех, кого когда-то потеряла.