Первые мои роды были в 2018 году.
8 сентября я пошла прогуляться со своей сестрой и её подругой. В итоге к сестре приехал её парень, и я поехала с ними прокатиться. Села на заднее сиденье, а так как местность сельская, меня сильно трясло. Потом по дороге домой мне показалось, что живот опустился.
Легла спать, но ночью просыпалась от периодической боли в животе. В голову даже не пришло, что это начинаются схватки. Мама была на работе, на сутках, звонить я ей не стала, чтобы не беспокоить. Домой она вернулась около семи утра. Пока я готовилась в больницу, отошла часть пробки. Мама сходила в магазин, купила пирожное, мы попили чаю, и после этого нас повезли в роддом (сосед). По дороге ещё заехали в магазин. В общем, ехали не спеша.
По приезду в роддом я ждала своей очереди на фильтре. Когда подошла моя очередь, стала заполнять документы. Вдруг забегает мужчина и говорит, что его жена рожает. Чтобы пройти на кресло для осмотра, нужно было миновать стол, где заполняли документы. И вот эта женщина, его жена… Худенькая, уже полураздетая, пытается держать что-то между ног, а кровь течёт по ногам на пол. Она рассказала, что они были в гостях, вещей и документов с собой нет. Как оказалось, срок был шесть месяцев, ребёнок мёртв. Не самый позитивный настрой… Пока с ней проводили манипуляции, я сидела и ждала.
Меня повели на кресло. Осмотр был болезненным и неаккуратным. На вопрос о жалобах я ответила, что болит живот и есть кровянистые выделения. Врач сказала: «Ну раз болит, значит, будем рожать сегодня». Услышав это, я едва сдержала слёзы. Забрала у мамы вещи, немного поплакалась. На фильтре меня подготовили: сделали клизму, обработали ногти йодом, соски зелёнкой.
Привели в родовое отделение, прокололи пузырь, потом поставили катетер. В дородовой комнате поставили капельницу — какую и зачем, я тогда не задумывалась (оказалось, это был окситоцин). Положили меня между двумя роженицами. Справа лежала женщина тихо и спокойно, а слева другая кричала и просила кесарево сечение. Естественно, это пугало, и я тоже начала кричать, тем более что схватки стали болезненными. Ко мне подходили и просили вести себя тише. В тот день рожали 16 женщин, поэтому персонал почти не уделял нам внимания. Раскрытие проверяли, но каждый раз новый человек.
Сначала на роды повели ту, что справа, потом на кесарево — ту, что слева. Я осталась одна. Боль была сильной, а схватки продолжались с ночи. Тогда я поняла, что обратной дороги нет — придётся пройти через всё это.
В итоге мне сделали укол, и я поспала полтора часа. После сна схватки усилились. Как и многие первородящие, я кричала, что хочу в туалет. Проверили раскрытие и сказали: «Вставай, идём рожать». Повели в родовую. Я сняла тапки не там, где нужно, и на меня начали кричать, но в тот момент было уже не до этого — сознание затуманилось. Посадили на кресло, я спорила с ними, чтобы опустили спинку, потому что упиралась коленями в живот. С третьего раза меня послушали.
Роды прошли быстро. С первой потуги вышла головка, и боль словно исчезла. С третьей потуги я родила. После родов сразу подумала: «Пойду ещё рожать». Отошла быстро. Пока зашивали, дёргалась от холода ножниц, но на уколы и нити почти не обращала внимания.
Родила в 18:50. Малышка — 50 см, 3100 г. Врачи меня напугали, наверное, для подстраховки. Привели в комнату для новорождённых, их было много. Подвели к моей дочке, сказали, что у неё узкие глазки, короткие ручки… Обнаружили дисплазию тазобедренных суставов на обеих ножках (к двум месяцам всё исправили, с месяца она была в распорках).
Выписали на 4–5 сутки (точно не помню). На следующий день после родов у меня поднялась температура, и меня перевели в старую палату у продуваемого окна. Делали капельницы, дочку больше суток не приносили на кормление. В этом роддоме я рожала три раза, и тогда он был на ремонте, поэтому некоторые женщины лежали даже в коридоре. В нормальную палату на троих (с душем и туалетом) я попала только с третьего раза.
После выписки с дочкой стояли в очереди на генетические анализы (сдали в полгода). Всё в порядке. Сейчас ей 7 лет, у неё красивые зелёные глаза, и с руками всё нормально.
Все роды были совершенно разными. После вторых до последнего говорила, что больше не пойду рожать… Но вот третьей малышке уже три месяца.