Изнывал Николай от одиночества мужского. Как развелся с горгоной своей - так и про личную жизнь забыл. Так уж его развод испугал, что на женщин и смотреть не хотелось. Увидит женщину - и сразу ему она в суде видится. В кофте мохеровой и с лицом требовательным. Как имущество делит. Или про алименты песнь заводит. Кудряшками трясет возмущенно, бумагами в Колю кидается.
А буквально за каждую ложку горгона билась! Хотя и не работала практически - в декретах прохлаждалась все.
И зарекся Коля от браков в дальнейшем.
“Да ну, - решил он твердо, - больше я к теткам и близко не подойду. Меркантильные они. Манипулируют и врут все время. Честности в них не имеется, одни расчеты арифметические на уме. Нет и нет! Ни за что. Хватит мне горгоны да алиментов в тридцать три процента. Буду я отныне одинокий волк. Мускулатурой займусь и всякими хобби для мужиков. С парашютом прыгать стану каждый день и на мотоцикле кататься. Был у меня мотоцикл в юные годы - "Иж Юпитер-5" батин цвета голубого. А горгона мне хоббями этими занимать запрещала. И самое время возобновить. Заживу человеком самодостаточным!”.
Про мускулатуру с парашютами он, конечно, погорячился. Пузо осмотрел - и решил, что с пузом человек посолиднее выглядит. А куда этот "Иж" подевался - это уж и не вспомнить. Но про браки мнения не изменил.
А потом, на третий год жизни одинокой, вдруг интерес у Николая пробудился. И такой интерес, что прямо с ним справиться сложно. И уже не суды и теток в кофтах он видит, а всяких красоток с грудью и в неглиже. До того дело дошло, что на соседку - тетю Веру предпенсионного возраста заглядываться начал.
И надо было с интересом как-то справляться.
“Встретиться, - размышлял Николай, - что ли, с какой-нибудь красоткой. Провести с ней час. Страсть там. И все такое. Или не час. А, может, чуть подольше. Как уж получится. Но сразу бы заявить: не рассчитывай на большее. Я одинокий волк. Или не говорить про волка? Пусть женщина эта губу раскатает. Про замужество размечтается. А я ей потом фокус покажу - пропаду внезапно. Исчезну со всех радаров. И буду так с разными красотками фокусы устраивать. Горгонам мстить, ха-ха”.
На сайте знакомств Коля с дамой познакомился. И завязался у них диалог игривого содержания. Каждый день общение бурное. А как фотокарточку Галя показала, так и вовсе Николай встрепенулся. Представляет эту дамочку в неглиже и томится страстью все время.
И так истомился, что на свидание позвал. Причесался, штаны погладил. В зеркале взгляд мужественный порепетировал - с каким он будет Галю охмурять. Охмурять, а потом фокус показывать. И пусть красотка потом глазами хлопает - когда он в лучах золотистого рассвета на голубом "Иже" своем улетит. Хотя, сгнил "Иж". Но все равно пусть хлопает! А он улетит, поигрывая мускулами и каменным прессом. А потом еще и с парашютом откуда-нибудь сиганет - для полноты ощущений. И лететь будет, и хохотать мстительно.
В кафе они встретились. И Галя не сильно на фотокарточку свою похожая оказалась. Будто постарше она лет на десять. Но фигура у нее прекрасная. Смеется она как-то хрипло. И колготы у нее в сетку. И платье короткое. Духами от нее несет волнующе. Глаза черные и таинственные. Такие глаза погибель обещают приятную. Сидит и мундштук у нее в пальцах зажат длинный. Вся она туманом загадки опутана.
Коля как уставился на Галю, так и усы у него даже приподнялись. Пучит глаза на женщину. И опять в неглиже ее представляет. На часы поглядывает. “Скорее бы, - думает, - в нумера уж. И чего мы сидим тут? И чего языками чешем? Ох, уж эти условности! И как везло далеким нашим предкам - увидел Галю такую в шкуре из козла горного. И в пещеру ее. А тут сиди, политесы исполняй".
А Галя чешет языком и чешет. Вопросы какие-то задает. И улыбается загадочно.
- Ой, - улыбается, - я уж так наработалась. С восемнадцати годов трудилась. И теперь такой мне мужчина нужен, который прямо на себя мое непривередливое содержание возьмет. Вы, Коля, такой мужчина?
“Грудь, - Николай в это время подумал, - вроде, ничего так. Нумер третий. Или четвертый даже. Пятый?! Точно - пятый!”.
- Такой и есть, - Гале ответил, - и разве же не видно? Такой я и есть мужчина.
- А еще, - Галя обрадовалась, - имеется при мне пара-тройка ребятишек. Младшая, Дусечка, у тетки в деревни проживает. Дышит там воздухом, растет, так сказать, на вольнице деревенской. А средний, Георгий, тот трудный подросточек. Учиться мы с Георгием совершенно не хотим, а желаем тоже вольницы. Бегаем по городу с компаниями, деремся и задираемся. Старший еще имеется сын. Тот тоже как Георгий, но еще немножко похуже. Вася он. Первенец ненаглядный. Я, Николай, женщина честная. И сразу предупреждаю про ребятишек. Вы как к детишкам-то?
“Фигура ужасно хорошая, - Николай на ноги новой знакомой уставился, - песочные часы прямо. И ноги! На Метелкину похожая. Была у меня одна такая Метелкина в ПТУ еще. Вот это Галочка - прям копия. Эх, Метелкина! Ночь, деревня, "Иж" ревет, Метелкина малиной пахнет. И юбка у нее короткая. И из магнитофона такое вот что-то... Что-то про ветер. И как он пепел в лицо швырнул мне. "Я приятную дрожь ощущаю с головы до ног... Эх, Метелкина, годы золотые!”.
- Просто замечательно, - Коля улыбнулся, - страсть как люблю этих непосед.
Далее Галя тоже про своих непосед чего-то рассказывала. То ли про комнату милицейскую, то ли про родительские собрания, где Галя зачем-то краснеет. Но Коля не сильно вслушивался. То Метелкину он вспомнит, то Галю в неглиже представит, то еще чего из этой же веселой оперы.
- У меня, - Галя тем временем лопочет, - еще и маменька на шее сидит. Понимаете, Николай? Маменька у меня. С детишками мне помогает. Пенсия у нее крошечная, а характер немного склочный. А потому, ежели вы серьезный мужчина, ежели серьезные планы ко мне имеете, то и родительницу эту в бюджете учитывайте. Вам со мной она достанется. Это к Дусечке, Георгию и Васеньке. Комплектом, так сказать.
- Ах, комплект, - Николай в улыбке расплылся, - и какой же на вас комплект, милая Галина? Дайте угадаю самостоятельно. С кружавчиками красными? Или черными? Лучше бы - с черными. Так оно пороковее смотрится.
А Галя снова улыбается загадочно.
- Да-да, - говорит, - и черная метка у меня имеется. От банков она, Николай, мне положена. Задолженности у меня такие, что вам и не снилось!
А Коля руки потер.
- Вы мне, - муркнул, - тоже снитесь часто. Как увидел вашу фоточку в купальнике, так и снитесь.
А Галя тут начала какие-то цифры называть. Про банки чего-то балабонить. Про карточки заблокированные. Балабонит, а сама коленку в сеточку показывает.
“Куды ехать, - про себя решал Коля усиленно, - к ней или ко мне? Лучше, конечно, к ней бы. Так оно интереснее. У себя дома женщина завтрак, небось, приготовит. И в целом - гость нуждается в усиленном внимании. А ежели к себе тащить - так это Галя гость, получается, будет. И ты расшаркивайся”.
Размышления Колины Галя прервала.
- Раз уж - сказала, - мы так неплохо поладили, и вижу я, что вы приличный человек, то давайте-ка поедем к вам. Кинофильм поглядим. Чаю выпьем. Вы мне про себя чего-нибудь расскажете. А то весь вечер молчите. Хотя я, признаться, молчаливых мужчин обожаю. Едемте же, проказник! Надеюсь, не попадется нам по пути мой супруг бывший. Он вот-вот из мест лишений освободиться должен. И лишь бы не попался. Ревнивенький он немного. И детишек видеть хочет. И Васеньку, и Георгия, и малышку Дусеньку.
- Ты со мной, - Николай значительно выдохнул, - забудь обо всем. Эта ночь, Галина, нам покажется сном.
И поехали они в гости. И как-то сразу закрутилось у них.
Через месяц - как в ЗАГС сходили - Галя детишек привезла и маменьку свою. И с работы сразу уволилась. На диване сидит, ногти пилит и сериалы смотрит заграничные. Там мужчины все усатые и богатые, а женщины красивые и покладистые. Изредка по телефону с каким-то Андрюшей отношения выясняет. Андрюша адрес какой-то требует. И про ревность вопит.
Бабуся с клюкой на Николая смотрит с неодобрением. То грязь он с улицы тащит, то зарплата маленькая.
Дети постоянно какие-то еще по квартире бродят. Девочка небольшая мультиков требует и на шторах качается. Два подростка в прыщах чего-то под матрасы прячут и из холодильника продукты усиленно едят.
Начал Коля возмущаться - обманула, мол, Галя. Затянула его в трясину ужасную. А Галя честными глазами глядит.
“Не будьте коз…ом, Николай, - отвечает сварливо с дивана, - я вам всю-всю правду про себя в первый день сообщила. И теперь вы не выдумывайте фантазии. А лучше помогите маме с рынка картофеля припереть. И зарплата у вас завтра. Потрудитесь всю ее до дому донести. У меня на нее большие планы. Ногти сама я пилить уже устала, а Георгий окно в школе опять расколошматил. И это я про сапожки для Дусеньки еще не говорю”.
А Коля на все это действо глазами квадратными смотрит. И кажется ему, что спит он. И сон это все такой неприятный. Или квартирой он просто ошибся. И надо как-то поискать выход. Замрет, затаится в углу. И ужасается.
Но только впадет он в прострацию, так бабка посторонняя его клюкой ткнет. “На рынок, - гаркнет, - вези! Расселся! С утра картоху брать надо, пока не раскупили всю! ”.