Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Дмитрий Лоцманов Z

▫️ Кравченко Евгения Николаевна

▫️ Кравченко Евгения Николаевна. Евгении Николаевне Кравченко, в ту пору 12-летней Жене Березиной, чудом удалось покинуть блокадный Ленинград и выжить, попав на благодатную Кубань, в станицу Староминскую. Здесь тоже было голодно, но хоть иногда можно было раздобыть овощи, кружку молока и заработать в колхозе миску каши на воде. За все эти 80 с лишним лет так и не смогла позабыть месяцы страданий в блокадном Ленинграде. Даже сегодня, как наяву, переживает те холодные и голодные дни и недели. И мысли при этом только об одном: лишь бы такое не повторилось! А 15 января семье Березиных сообщили, что их отец, Николай Александрович, служивший в ополчении, умер от истощения в городской больнице. Взяв саночки, Женя с мамой отправились туда. Санитары вынесли гроб. И, не говоря ни слова, по очереди тащили санки до самого кладбища. У ограды множество еще не преданных земле тел. В городе, где люди каждый день умирали тысячами, до этого просто не доходили руки. Вскоре после смерти отца к ним дом

▫️ Кравченко Евгения Николаевна.

Евгении Николаевне Кравченко, в ту пору 12-летней Жене Березиной, чудом удалось покинуть блокадный Ленинград и выжить, попав на благодатную Кубань, в станицу Староминскую.

Здесь тоже было голодно, но хоть иногда можно было раздобыть овощи, кружку молока и заработать в колхозе миску каши на воде.

За все эти 80 с лишним лет так и не смогла позабыть месяцы страданий в блокадном Ленинграде. Даже сегодня, как наяву, переживает те холодные и голодные дни и недели. И мысли при этом только об одном: лишь бы такое не повторилось!

А 15 января семье Березиных сообщили, что их отец, Николай Александрович, служивший в ополчении, умер от истощения в городской больнице. Взяв саночки, Женя с мамой отправились туда. Санитары вынесли гроб. И, не говоря ни слова, по очереди тащили санки до самого кладбища. У ограды множество еще не преданных земле тел. В городе, где люди каждый день умирали тысячами, до этого просто не доходили руки.

Вскоре после смерти отца к ним домой забежал старший брат Евгении - Николай. Он был мастером в училище, ветеран финской войны, с которой вернулся с протезом и был комиссован.

«Училище эвакуируют, - сообщил он матери, - давай заберу с собой Женьку, вам с Марией легче будет выжить».

Так Кубань стала для Жени Березиной второй родиной. Чтоб заработать на хлеб, девочка пасла соседскую скотину. Пережила в станице и немецкую оккупацию, чудом избежала расстрела, как сестра коммуниста. А мама ее так и не смогла эвакуироваться на Кубань.

Позже Женя узнала от сестры Марии, что они попали в Сталинградскую область, где разрозненные группы фашистов разбрелись по округе. На одну из них и наткнулась мама, обходя окрестности в поисках съестного. Только на следующий день дочь нашла ее мертвой.

Весной 1943 года она вышла на работу в огородную бригаду колхоза «Большевик», где трудилась уже с осени. Учил девчат огородному делу Трофим Федорович Зубко. Здесь, в Староминской, она прожила долгую счастливую жизнь. Вышла замуж, став Кравченко, создала семью, воспитала детей. И благополучно встретила старость.

Людей, переживших блокаду Ленинграда, в районе почти не осталось. Евгения Николаевна за все послевоенные годы неоднократно награждалась юбилейными медалями в честь Великой Победы. Но самой главной наградой для нее является именная медаль «За освобождение Ленинграда».

-2