- Ольга Николаевна, я ещё не успела ничего приготовить, - спокойно ответила Наташа.
- Хорошо, допустим, а где продукты? Где колбаса? Где сыр? - вопила свекровь.
Наташа закатила глаза и тяжело вздохнула.
- Ольга Николаевна, всё в магазине, - спокойно ответила она.
Свекровь с силой захлопнула дверь холодильника.
- Это уже перебор! В раковине гора посуды, в комнатах бардак! Ты что себе позволяешь?
Наташа, не выдержав, повысила голос:
— Ольга Николаевна, я всё понимаю, но у меня тоже есть работа и дела! Я не могу всё успевать сразу!
Свекровь нахмурилась и сложила руки на груди.
— Ты живёшь в моём доме, и я имею право требовать порядка!
— Извините, но я не обязана следовать вашим требованиям! Я здесь временно, и у меня свои правила!
— Временно?! — возмутилась свекровь. — Значит можно устраивать здесь помойку?
Наташа почувствовала, как внутри закипает злость. Она не хотела ругаться, но слова свекрови задели её за живое.
— Ольга Николаевна, я уважаю вас, но не могу терпеть такое отношение! Если вам не нравится, как я веду хозяйство, то я могу съехать вместе с вашим сыном!
Свекровь замерла, а затем медленно выдохнула.
— Ладно, Наташа, я погорячилась. Но порядок в доме должен быть. Давай договоримся: ты убираешь, готовишь и стираешь, а я не вмешиваюсь в твои дела. Я сдала вам квартиру своих родителей, прояви хоть каплю уважения.
Наташа кивнула, хотя внутри всё ещё кипело. Она понимала, что свекровь не изменится, но была готова идти на компромиссы ради собственного спокойствия.
— Хорошо, Ольга Николаевна. Но давайте договоримся, что вы тоже будете уважать мои границы.
— Конечно, милая. Я просто хочу, чтобы в нашем доме было уютно и чисто.
На мгновение на кухне повисла тишина. Казалось, что женщины нашли компромисс, однако у каждой внутри всё ещё тлеет огонёк конфликта.
- И помой наконец эту посуду.
- Я поняла, - ответила Наташа, однако она не спешила подходить к раковине.
- Я жду, - не унималась свекровь.
Наташа подошла к раковине, взяла губку и начала мыть посуду. Вода стекала по её рукам, унося с собой напряжение этого дня. Она старалась сосредоточиться на своих действиях, но мысли всё равно возвращались к словам свекрови.
— Ольга Николаевна, можно задать вам вопрос? — тихо спросила она, не отрываясь от мытья.
— Спрашивай, — ответила свекровь.
— Почему вы так строго ко мне относитесь? Мы ведь не чужие люди, и я уважаю вас.
Свекровь задумалась, прежде чем ответить.
— Наташа, я просто хочу, чтобы всё было так, как я привыкла. Когда мои дети были маленькими, у нас был порядок, и я не хочу, чтобы этот дом превратился в хаос. Я вижу, что ты стараешься, но иногда твои привычки… они другие.
Наташа кивнула, чувствуя, как внутри что-то смягчается. Она понимала, что свекровь просто боится перемен, боится, что её мир начнёт рушиться.
— Я постараюсь учитывать ваши пожелания, — сказала она, продолжая мыть посуду. — Но и вы должны понимать, что я не могу всегда делать всё так, как вы хотите.
Свекровь вздохнула, но ничего не сказала. Она продолжала пить свой чай, наблюдая за невесткой. Наташа закончила мыть посуду и вытерла руки. Свекровь медленно подошла, взяла одну из тарелок и провела по ней пальцем.
- Ты даже жир не отмыла! - она бросила тарелку обратно в раковину.
Наташа замерла, чувствуя, как внутри снова поднимается волна раздражения. Она уже была готова к критике, но не ожидала такого пренебрежительного отношения.
— Ольга Николаевна, я стараюсь! Я не идеальна, но я делаю всё возможное!
— Всё возможное?! — свекровь повысила голос. — Ты даже не можешь нормально вымыть посуду! Ты просто приходишь, ешь, спишь и создаёшь хаос!
Наташа почувствовала, как её терпение лопается. Она больше не могла молчать.
— Хаос?! — крикнула она в ответ. — Это ваш дом, и вы сами его довели до такого состояния! Я здесь временно, и я не обязана подстраиваться под ваши правила!
Свекровь застыла, её лицо покраснело от гнева. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но Наташа не дала сделать этого.
- Вы пришли, устроили мне проверку, критикуете меня!
- А всё по делу Наташа! - свекровь скидала всю посуду обратно в раковину. - Перемывай давай! - женщина вернулась на своё место.
Наташа стояла в тишине, чувствуя, как её руки дрожат от напряжения. Она уже не могла сосредоточиться на мытье посуды. Всё, что она хотела — это понять, почему свекровь так упорно пытается её контролировать.
— Ольга Николаевна, я понимаю, что у вас свои представления о порядке. Но почему вы не можете просто дать мне время привыкнуть? Я ведь только начала жить здесь.
Свекровь подняла глаза и посмотрела на Наташу с каким-то странным выражением. В её взгляде мелькнула смесь раздражения и чего-то ещё, что Наташа не могла распознать.
— Привыкнуть? — переспросила свекровь, её голос звучал холодно. — К чему привыкнуть? К тому, что ты оставляешь грязную посуду в раковине? К тому, что твои вещи разбросаны по всей квартире?
Наташа почувствовала, как внутри неё поднимается волна гнева. Она больше не могла сдерживаться.
— Да, к этому! И к тому, что вы постоянно вмешиваетесь в мою жизнь! Я не обязана подстраиваться под ваши ожидания!
Свекровь встала со своего места и подошла к Наташе, её лицо было красным от злости.
— Ты не подумала, что это мой дом, и я имею право требовать уважения?
Наташа почувствовала, как её сердце сжалось от боли. Она не хотела, чтобы её слова ранили свекровь, но и терпеть такое отношение больше не могла.
— Я уважаю вас, Ольга Николаевна, — тихо сказала она, стараясь не смотреть ей в глаза. — Но я не могу жить в постоянном страхе, что вы будете меня критиковать. Я хочу, чтобы мы могли нормально общаться.
Свекровь вздохнула и снова села на стул.
- Ты давай, продолжай мыть, - скомандовала Ольга Николаевна.
Наташа взяла увесистую тарелку и посмотрела на свекровь. Цель была всего в двух метрах от неё. Возникло непреодолимое желание кинуться тарелкой в голову свекрови и она ведь кинулась, да так удачно, что попала прямо в висок надоедливой женщине. Послышался крик, потом стон.
- Ой, Ольга Николаевна, я не хотела, - Наташа схватилась руками за лицо.
- Ты с ума сошла? - свекровь попыталась подняться на ноги, но плюхнулась обратно на стул.
Под руку попалась чугунная сковорода, которая тоже опустилась на голову свекрови.
- И этого я не хотела, - прошептала Наташа.
Туда же прилетел и чайник, а потом и кастрюля из-под макарон.
- Мне так жаль, - шептала Наташа.
Ольга Николаевна уже не отвечала, она медленно сползла на пол.
- Помыла блин посуду, - рассмеялась Наташа.