Спасибо вдохновителям идеи, Ольге и заморскому слову «питчинг»!
Вот это явление, что нас бесят какие-то определённые слова, оно же очень интересное! Почему я раньше об этом не задумывалась?
Меня, например, страшно бесит слово «насается». Это диалектизм, он обозначает «бегает как угорелый, носится», у мужа в семье это привычное милое словечко. А я прямо слышать не могу, потому что оно мне кажется созвучным с противным словом «ссытся». Вот сразу представляю, как некто бежит и одновременно... Это самое.
Мой начальник терпеть не может слово «сколь». Выражение «сколь бы ни было велико значение показателя...» может ввести его в состояние бешенства. Для него отныне и вовеки веков существует только одно значение этого слова, просторечное, в значении «сколько».
Иногда неудачное употребление слова сильно раздражает, а спустя несколько десятилетий кажется естественным, будто так всегда и говорили.
«Странно исказилось слово «усугубить». Некогда оно означало – удвоить, позже – ещё и усилить, увеличить (заботу, внимание и т.п.). Но ведь стали писать: усугубить положение, ситуацию! 200-тысячным тиражом распространялись такие словесные уроды: «Никто не назвал бы её (самку кита) красавицей, усеявшие переднюю часть плавников вздутия только усугубляли картину»!
... Примерно так «вошло в язык» безграмотное «переживать» в значении «волноваться, огорчаться».Сначала словечко это было одной из примет пошлой, мещанской речи, оно могло прозвучать в едкой пародии Аркадия Райкина, вложенное в уста какой-нибудь обывательницы: «Ах, я так переживаю!». А потом началась цепная реакция. Спортивный комментатор восклицает: «Мы переживаем за наших ребят!» – и слышат его миллионы болельщиков.
Нора Галь. Слово живое и мёртвое.
Очень часто вызывает неприязнь употребление иностранных слов, до сих пор, например, на радио «Маяк» читают письма слушателей с жалобами на засорение речи.
Впрочем, сама по себе «иностранность» слова не объясняет эмоциональности такого неприятия. Если я буду, например, писать, что лонись отнесла свой рассказ в книгопечатню, что одесную моей избы, вы тоже, думаю, не очень обрадуетесь.
Но интересно, что есть области применения, где непонятные слова, в том числе иностранные, воспринимаются нами совершенно спокойно. Мы берём ипотеку, записываемся в регистратуре к офтальмологу, устанавливаем сервитут и заверяем сделку у нотариуса.
Спорим, я отгадаю сейчас, какое слово вас зацепило?
Сервитут. Потому что вы, скорее всего, с ним не сталкивались, а остальные термины давно знакомы.
Ещё пример. Заметила, что есть два термина, которые бесят буквально каждого. Это «коуч» и «клининг». Потому что они иностранные, и гораздо лучше звучат русские «наставник» и «уборка»? Не вполне. Скорее, люди ощущают, что, называя простую какую-то вещь (а что может быть проще уборки и указаний, как другому человеку жить?) сложным словом, их пытаются обмануть. Или, применяя совсем уж русское слово, автор вы... ся. Выпендривается, а что сейчас подумали вы?
Если бы я была, к примеру, механиком и писала про отслоение сайлентблоков или коррозию покрытия, вас бы это раздражало? Вряд ли. Максимум, вы бы решили, что статья слишком специальная, вам эти знания сейчас не нужны, и пошли бы читать что-то другое.
Но тут про книжки, что может быть там такого специального? И вот с этого ракурса такое странное слово «питчинг» уже смотрится раздражающе. Хотя, в принципе, это абсолютно такой же термин, как «коррозия». Чо, не могут по-русски «ржавчина» сказать?
Я, когда начала книжку про сельскохозяйственное фэнтези писать, знаете, как с этим эффектом столкнулась? На курсах есть специальный человек, называется «куратор», он просматривает тексты участников и пишет, что ему понравилось, а что не очень. И вот эта девушка мне пишет на фразу «с каждым взмахом горбуши трава валом ложилась под ноги»: «Ой, я думала, горбуша – это рыба такая, сначала не поняла, при чём тут трава». А мне с моим опытом, в котором горбуша – неотъемлемая часть привычного предметного мира, про рыбу даже в голову не пришло, понимаете!
А теперь признайтесь, вот когда я объясняла в тексте слово «куратор», тоже ведь было немножко неприятно, да? Типа я тут читателей держу за дураков и над ними стебаюсь?
Что я должна для себя уяснить как начинающий автор?
Целевая аудитория имеет определённый привычный словарный запас (чуть раньше у нас в комментариях уже было указание, что напрягает молодёжное сленговое выражение «в сердечке», помните?). Всё, что ниже и выше этого уровня, будет раздражать. Потому что незнакомое, неуместное, у нас так не принято. Исключения возможны только для профессиональных терминов, но не везде, а в тех сферах деятельности, которые мы по умолчанию считаем сложными. «Гемодиализ» можно. «Комплаенс» нельзя.
Всё остальное по умолчанию воспринимается нашим подсознанием как обман, или выпендрёж, или безграмотность.
Поэтому в ближайшие дни я обещаю написать длинную понятную статью про питчинг, и чем синопсис отличается от аннотации.
А вы, если вас бесят какие-то словечки в моих историях, смело пишите об этом в комментариях. Будем разбираться.
