Однажды Ивану Ивановичу приснился странный-престранный сон.
Будто бы стоит он на Красной площади и смотрит парад Победы. Но парад какой-то не такой. Очень странный парад, похожий на какую-то пародию.
По Красной площади ехали танки, но какие-то совсем не такие. Какие-то чужие. На американские абрамсы похожие. Может быть, это новая Армата? - подумал Иван Иванович. Он присмотрелся - нет, это была не Армата. Это действительно были абрамсы. И флажки на них были соответствующие - на одних американские, на других натовские.
Вслед за колонной абрамсов через Красную площадь ехали установки залпового огня. И тоже американские. Хаймарсы или вроде того. За ними ехала ствольная артиллерия. И опять какая-то чужая, натовская. Французские колёсные танки и огромные немецкие панцергаубицы.
- Что, блин, такое происходит? - спросил Иван Иванович куда-то в пространство.
И диктор, как бы отвечая на его вопрос, объявил:
- Овэр зэ Рэд Сквэа хэз гоин...
На английском, - понял Иван Иванович. Он учил английский в школе, но это было очень давно, многое позабылось и разобрать, что именно "хэз гоин овэр зэ Рэд Сквэа" Иван Иванович до конца не смог, но понял главное - диктор говорил на английском, а это значило...
- Что происходит-то? Почему? - принялся он спрашивать у стоявших рядом.
Невысокий коренастый мужичок, стоявший справа, в широкополой шляпе и куртке нараспашку, он стоял с фотоаппаратам и по всей видимости фотографировал парад, широко улыбнулся какой-то очень знакомой улыбкой и сказал:
- Спик инглиш, плиз! Ай донт андерстэнд. Спик инглиш!
При этом он говорил с сильным акцентом и Иван Иванович вдруг понял, что это Виктор Сухоруков.
- Виктор! Это же вы! - обратился он к мужику в шляпе, - Ну, Брат! Брат Два! Витя!
- Не брат ты мне! - засмеялся он, - Я американец, понял? В Америке вся сила мира!
- Но как же так... - растерялся Иван Иванович.
- Не понимаю я по-вашему... - махнул рукой американец Витя и ушёл.
Может, это просто кино? - подумал Иван Иванович, - Съёмки? Новый фильм снимают? Брат Три. Или что-то вроде. А Сухоруков просто играет роль...
В этот момент он снова посмотрел на площадь, парад уже закончился и президент США с огромного экрана, закрывающего собой Мавзолей, зачитывал поздравления. Он тоже говорил по-английски и Иван Иванович смог разобрать далеко не всё. Президент США говорил что-то про победу американского народа над фашизмом и про огромные жертвы, которые понесла его нация ради мира во всём мире. И поздравлял россиян с тем, что они смогли преодолеть все разногласия, покончить с тёмным имперским прошлым и влиться в дружную семью народов.
Президент США показался Иван Ивановичу каким-то очень знакомым, и в конце выступления приложив руку к сердцу сказал по-русски с сильным английским акцентом:
- Боже, храни Америку, панимаешь!
С этими его словами вдруг пошёл снег.
Снег? - удивился Иван Иванович, - В мае?
Тут же заиграла ритмичная музыка и запели Иванушки:
Тополиный пух, жара, июнь!..
Так это же просто тополиный пух! - понял Иван Иванович, - но почему в мае?
А на площади, где только что прошёл парад, уже начиналась дискотека. Все принялись танцевать, откуда-то появились матросы, они принялись отплясывать "яблочко", но выглядели как-то не так, словно тоже были американскими. Один из них схватил какую-то девушку и принялся целовать, а оказавшийся рядом Виктор Сухоруков стал их фотографировать. Двое из матросов были темнокожими и кто-то рядом сказал:
- В Китае живут китайцы, в Африке негры - меня так в школе учили.
Иван Иванович посмотрел, кто это говорил - это был Данила Бодров. Живой. Виктор Сухоруков подбежал к Даниле, схватил за руку и потащил за собой на площадь, где все танцевали.
Иван Иванович обратил внимание, что огромный экран, который перекрывал Мавзолей, уже убрали. Мавзолей стал снова виден целиком. Но он почему-то был не красным, а белым, и на нём было написано не ЛЕНИН, а другая фамилия, но тоже из пяти букв. И последние две буквы остались старые, заменили только первые три - они заметно выделялись, были новее и ярко блестели.
В Мавзолей стояла длинная очередь, а Соловьёв через громкоговоритель приглашал всех желающих "прикладываться к мощам последнего богатыря" - так он говорил, обещал скидки в честь праздника и сообщал о розыгрыше нового отечественного электровнедорожника Москвич от Илона Маска.
Вдруг грянул салют и тут Иван Иванович проснулся.
Он опять заснул перед телевизором, по которому шла реклама. В рекламном ролике приглашали служить по контракту. Иван Иванович принялся искать пульт, чтобы выключить, но в этот момент реклама закончилась и продолжился фильм. Показывали Брат-2. Героя Сухорукова американские полицейские уже выводили из ресторана, в котором тот пострелял бандеровцев, а он кричал, что ему нравится в Америке и он останется там жить...
Иван Иванович нашёл пульт и всё-таки выключил телевизор. Этот фильм он смотрел много раз и решил, что досматривать уже не обязательно.
- Приснится же, - он сел на кровати, - такая фигня...
На календаре было 8-е мая, объявленное днём победы США во Второй мировой.
Входит в цикл "Странные сны Ивана Ивановича"