Ты просыпаешься утром и видишь над собой светлое, голубое небо. За окном шелестит трава, солнце заливает деревянный пол дома. Слышно кудахтанье кур, шатающихся по двору. Лёгкий запах свежей росы. А где-то там, за тысячи километров – рёв самолетов, взрывы бомб. Пахнет танковой солярой и кровью. Ты не видишь эту войну вживую, не слышишь стрельбу. Но знаешь – она идёт. Пустая лавка, на которой лежал отец, и мрачные лица женщин в селе напоминают об этом.
Каково это – быть ребенком, когда идёт война?
«Война началась – мне было двенадцать лет»
Деревня Большие Пачи находится в самой глубине Кировской области, окончательно она вымерла около двадцати лет назад. Оттуда родом Тамара Андреевна, там она прожила и протрудилась всю Великую Отечественную войну.
«Чисто по-русски я говорить не умею, неучёная потошто...» – с ярким вятским говором предупреждает Тамара Андреевна. В её речи много диалектизмов – «тятька», «боронить», «теребить».
Сколько вас было в семье?
– Пятнадцать. Пять потом в живых осталось, остальные умерли.
Работать в деревне начинали с самого детства. Тамаре Андреевне повезло – она закончила четыре класса в местной школе.
– Дальше учиться не стали?
У нас деревне только до четырех классов учили. Уже пятый класс учили в селе. А туда ходить не в чем было.
– Что значит «не в чем»?
– Не в чем. На ноги неча надеть. Шерсть-то была, много шерсти было, дак мы всё пряли, всё вязали, всё на фронт, солдатам. А валенки некому катать. Всех отправили на фронт. Война началась. Мне тогда было двенадцать лет.
Из деревни на войну забрали всех мужчин, в том числе и отца Тамары Андреевны. Тыловая сельская работа легла на плечи женщин и детей.
– Вы помните день, когда началась война?
Да, помню. 22 июня. Уже хлеб вырос новый. Мы с мамой были на мельнице. Рожь поспела, пошли молоть.
– Как изменилась жизнь?
– Хлеба не хватало. Всегда голодные были. Начали ребятишки умирать маленькие... У мамы умер маленький, месячный. Она сделала гробик маленький, мне сказала «покрышечку бери». Она ушла, я отстала от неё. А я зашла, там гора у нас, там ягод сколь... Я положила покрышечку и давай ягоды брать да исть... До темноты там пробыла, надо уже хоронить ребёнка-то, а меня нету с покрышкой. Без покрышки как хоронить? Я пришла, мама спрашивает: «где была?». Говорю: «Ягоды ела». Она мне так выломила... Так и жили.
– Чем вы занимались в деревне в это время?
– Я ходила с мамой лён теребила. Мама всё говорила: «давайте будет солдат кормить и одевать». Пряли шерсть, вязали варежки, перчатки, носки, посылали всё на фронт солдатам, чтобы они не мёрзли.
– Тяжело, наверное, было работать ребёнком?
– Тяжело, конечно. Я всё маме помогала стряпать. Она говорит: «Да спи ты хоть подольше». А я помогала. Я маму очень любила.
Глаза Тамары Андреевны наполняются слезами. Она еле успевает вытирать их из глубоких борозд морщин. Всю юность с 12 лет Тамара Андреевна отдала тылу. С началом войны в деревне перестало хватать еды.
– Помню, была учительница у нас – Полина Тимофеевна. Я подняла руку, говорю: «У нас сегодня мама гороховницу приготовила. Отпусти меня пораньше, а то съедят». Она мне: «Ты ела сегодня, Тамара?». Я ей: «Не знаю, забыла». Она мне принесла кусочек хлеба: «На, кушай». А я говорю: «Я не буду, это я маме унесу». Мама была голодная. А у нас маленькая, мамину грудь сосала, а молока и нет. Я в слёзы, а Полина Тимофеевна мне: «Не переживай, я завтра ещё принесу». Вот как мы в войну-то жили.
– До вас ведь война не дошла?
– Нет, не дошла. Мы и самолётов-то не видели. Только знай и работали в полях. Ко мне уже в 13 лет лошадь прикрепили – надо было боронить. Лошадь была умная, я не знала, что могут быть такие умные лошади. Я на неё сяду в три часа утра – поеду в поле, там до обеда бороним. Ни глаз, ни рожи – все в пыли. В три часа лошадей покормили и опять поехали до темноты на работу. После лошадей мыли от пыли, на следующий день снова в три утра на работу.
Так прошли все суровые четыре года войны. Хоть юную девушку не настигли бои, жизнь её всё равно была тяжёлой. Работать приходилось за всех взрослых мужчин, ушедших на фронт. Всё наработанное отправляли туда же.
– Как вы узнали, что закончилась война?
– У нас в деревне был радиоузел – по нему передали объявление. Всей деревней собрались слушать. Тогда и узнали. Мы с мамой обрадовались – муки намелем и хлеба наедимся. Мало кто с войны вернулся. У одной мужа убили, у другой три брата на фронт ушли – все погибли. Так и стояли. Которые ревут, которые радуются. У кого живы – радуются. У кого умерли – ревут.
Война не забрала её отца, она не получила ранений. Но детство так и осталось в этих бесконечных полях, овечьей шерсти, тяжелой работе и четырех страшных, голодных годах.
Материал подготовлен студенткой 3-го курса Алиной Спивак в рамках совместного проекта ТюмГУ и медиахолдинга «Тюменская область сегодня» «Медиамастерская».