На следующее утро Макиш приехал за товаром ни свет, ни заря. Я только глаза продрать и одеться успела, так и выскочила во двор. – Здорово, – говорю,– Макиш. Что так невесел, голову повесил? А он и на самом деле хмурый да на весь свет обиженный. Не улыбается даже, хотя всю дорог зубы скалил. На мой вопрос он только плечами пожал и начал с телеги моей в свой возок мешки перегружать. – Макиш, – остановила я его, – говори, что случилось. Я ведь так не отстану. – А чего говорить-то теперь, – буркнул мой приятель, – все вчера вечером ясно стало. Старика значит выбрала, да, Васька?! На богатство его позарилась?! – Дурень! – я с размаху выдала олуху подзатыльник, – мало тебя дядька Никамор воспитывал. Ты с чего же взял-то, что я замуж собираюсь? За тебя ли, за дядьку Никамора ли, или за самого князя? – Дак, – вздохнул Макиш, – сама же ты говорила, что в столице устроиться хочешь. А где бабе-то устраиваться, как не замужем. – Лавку я открыть хочу, – рявкнула я, – наелась
Публикация доступна с подпиской
Читать в процессе