В День Победы многие зрители постарше включают федеральные телеканалы в надежде посмотреть старые добрые советские фильмы. Однако, в сетке вещания их нет - сплошь новоделы. Людям они не по душе. Почему? Причина не только в перевирании истории, но шаблонном сюжете, где особисты всегда плохие, а священник всегда учит жизни.
Кинокритики и военные эксперты попытались разобраться, почему новые фильмы вызывают такую волну критики.
«Верните классику!»
Недовольство зрителей достигло пика после публикации праздничной телепрограммы на 9 мая. Классические советские фильмы представлены минимально. Опять показывают «Диверсант. Идеальный штурм» с ожившим Галкиным.
И это только верхушка айсберга. Снова акцент на новоделах, а не на советской классике, которой ждут люди. Нет "Иди и смотри", нет "Горячий снег".
А что есть?
- "Они сражались за нас: животные на войне" (2023, Россия)
- "Курская битва. Хронология подвига" (2023, Россия)
- "Тихая застава" (2011, Россия);
- "Солдатик" (2019, Россия);
- "Дед Морозов. Оружие возмездия" (2022, Россия);
- "Топор" (2020, Россия);
- "Топор. 1943" (2021, Россия);
- "Топор. 1944" (2022, Россия).
В таких фильмах сценарий типичный: командир, красавица-медсестра, священник, который против советской власти, но любит народ, и отрицательные персонажи в лице политрука и особиста. Все персонажи условны, диалоги шаблонные, эмоции — постановочные.
Дополняют картину вычищенные до блеска мундиры, неестественная компьютерная графика и сюжетные линии, где советские и немецкие солдаты то и дело обмениваются жестами примирения.
Герой России Сергей Липовой считает, что подобные ляпы можно было бы избежать, если бы режиссёры обращались за консультацией к профессиональным военным, как это практиковалось в СССР. Он указывает, что отсутствие экспертной поддержки и слепое копирование западных клише лишает фильмы правдоподобия.
"Цель режиссёра сейчас не историческая достоверность, а кассовые сборы. Поэтому сюжет строится вокруг взрывов, романтики и эффектной картинки. Об идеологии забыли", — говорит Липовой.
Есть исключения?
Кинокритик Алексей Двоеглазов уверен: не всё так плохо. В качестве примера он приводит фильм «Красный призрак», где главный герой — мифический солдат, поднимающий дух бойцов. Да, это художественный образ, но он работает на эмоциональном уровне.
Двоеглазов подчёркивает: современные режиссёры, в отличие от поколений, переживших ВОВ, не имеют личного опыта, поэтому их взгляд — результат интерпретации и влияния эпохи постмодерна.
Его мнение поддерживает критик Василий Степанов. В качестве удачного примера он называет «В августе 44-го» Михаила Пташука, где сюжет выстроен на реальных действиях разведгруппы СМЕРШ. Картина заняла высокое место в рейтингах и нашла отклик у зрителей.
Степанов напоминает: восприятие советского и современного кино должно быть разным. Времена изменились, изменилась и зрительская аудитория.
Также считает и кадровый офицер Тимур Сыртланов. Он подчёркивает: молодёжь интересуют не архивы, а динамика и визуальный драйв. Современные фильмы — это попытка найти подход к новой аудитории. И хотя старшему поколению может быть трудно принять такие перемены, полное отторжение — это путь к изоляции поколений.
Итог
Современное военное кино балансирует между попытками угодить кассовым ожиданиям, интересами молодёжи и сохранением исторической правды. Критика заслуженна, но в ней должно быть место для анализа, а не только для негодования. История требует уважения — но и новые формы её подачи могут быть полезны, если сделаны со смыслом и талантом, заключают эксперты.
А вы как считаете?