Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Писательский дзен

Зеркало текста

О том, как в каждом герое мы находим себя — и что с этим делать Когда я только начинала писать, я думала, что героя можно придумать.
Сложить из архетипов, биографии, привычек, конфликтов. Уверена, ты тоже так думал хотя бы раз. Но чем больше я пишу, тем чётче вижу:
каждый герой — это я.
Каждая героиня — тоже я.
Даже если она глупа или жестока. Даже если он струсил и предал. Даже если они идут против всего, во что я верю. Внутри них — что-то моё.
Иначе я не смогла бы их услышать. Мы часто слышим: «Писательство — самая сильная психопрактика и лучшая психотерапия. Ты изливаешь душу, исцеляешь себя, проживаешь заново». Кажется, это не всегда исцеление. Иногда — ранение. Потому что, чтобы написать по-настоящему честного героя, приходится признать в нём свои черты.
Иногда — самые светлые.
Иногда — самые тёмные. Как же больно узнавать в абсолютной мрази своих монстров! К примеру, один из недавних антигероев: одержимый иллюзией абсолютной власти над миром, презирающий слабость, обожаю
Оглавление

О том, как в каждом герое мы находим себя — и что с этим делать

Глава 1. Все герои — мои отражения

Когда я только начинала писать, я думала, что героя можно придумать.
Сложить из архетипов, биографии, привычек, конфликтов.

Уверена, ты тоже так думал хотя бы раз.

Но чем больше я пишу, тем чётче вижу:

каждый герой — это я.

Каждая героиня — тоже я.

Даже если она глупа или жестока. Даже если он струсил и предал. Даже если они идут против всего, во что я верю.

Внутри них — что-то моё.

Иначе я не смогла бы их услышать.

Глава 2. Это не терапия. Это правда

Мы часто слышим:

«Писательство — самая сильная психопрактика и лучшая психотерапия. Ты изливаешь душу, исцеляешь себя, проживаешь заново».

Кажется, это не всегда исцеление. Иногда — ранение. Потому что, чтобы написать по-настоящему честного героя, приходится признать в нём свои черты.

Иногда — самые светлые.
Иногда — самые тёмные.

Глава 3. Когда я писала злодея

Как же больно узнавать в абсолютной мрази своих монстров! К примеру, один из недавних антигероев: одержимый иллюзией абсолютной власти над миром, презирающий слабость, обожающий разрушения и смерть.

Нет, я прекрасно понимала, зачем он мне такой нужен в книге. Но при этом я вижу в нем свое отражение. И каким-то необъяснимым способом в этом нет стыда. В этом освобождение. Удивительное примирение с миром и с собой.

Потому что да,
это тоже я.

Говорят, если не отрицать свою тень, а принять ее, то она перестает управлять тобой. Она передает тебе свою силу.

Красивая магия?

Глава 4. Хватит ли смелости?

Вот о чём я думаю сейчас.

Хватит ли мне смелости:

  • дать героине мою слабость, и не делать её милой;
  • дать злодею мою боль, и не извиняться за неё;
  • дать ребёнку свою тоску, и не прикрывать её метафорами;
  • написать про себя правду, даже если все на свете догадаются, что это я.

Ведь писать честно — это не значит писать автобиографично.

Это значит
не скрываться в персонажах, а входить в них полностью. Даже если страшно.

Глава последняя. Это не только риск, но и путь

Чем больше я пишу, тем меньше у меня желания кого-то украшать.
Я не хочу создавать «положительных» и «отрицательных» героев.
Я хочу
настоящих.

А это значит — я должна быть настоящей сама.
Даже если будет стремно. Даже если внутри что-то ёкает.
Пока что я на пути к такой правде.

💬 А у тебя есть персонажи, которых ты боишься писать?

А те, в которых ты узнаешь себя — и удивляешься?

Давай поговорим. Это важно не только для писателя. Может, это самое важное для человека.