"Моя мать продала нашу квартиру ради молодого афериста, а я теперь с ребенком и мужем скитаюсь по съемным углам," – сказала клиентка, и у меня защемило сердце. Я за годы практики повидала немало историй о том, как люди после пятидесяти становятся легкой добычей для манипуляторов, но каждый раз это вызывает такую же боль, как впервые. Особенно когда жертвами становятся не только они сами, но и их близкие. Делюсь своим вольным рассказом этой истории, сохраняя смысл и вывод. Я люблю писать рассказы, а о таких историях молчать не хочется.
***
— И кстати, я продаю эту квартиру, так что ищите себе другое жилье, — известила Алена Игоревна таким тоном, как будто сообщала о том, что на улице весна.
Светлана, сидящая на кухне за чашкой утреннего кофе, поперхнулась глотком и недоверчиво посмотрела в сторону материнской спальни, где та накладывала тщательный макияж перед выходом на работу.
— Что ты сказала? — на всякий случай переспросила дочь.
— А что я сказала? — Алена Игоревна выглянула в дверной проем, воздев брови в искреннем удивлении. — Это моя квартира, и я могу делать с ней что хочу!
Женщина снова скрылась в комнате.
— Но… — растерялась дочь. — Ты же говорила, что это наше семейное гнездо… Ты обещала, что эта квартира достанется нам, когда ты…
— Ах, вот что! — усмехнулась мать. — То есть вы ждете, когда я уже вас покину окончательно, и вы сможете получить наследство?
Ничего подобного Светлана не ждала, но в последнее время мать все чаще и чаще находила какие-нибудь поводы для обид, и оправдываться было бесполезно.
— А тебе не приходило в голову, что я еще пожить хочу? Получать удовольствие от жизни, завести отношения, может, выйти замуж… — между тем продолжала та.
— Ты выходишь замуж? — поймала мать на слове Светлана.
— Представь себе!
Женщина вышла из комнаты, благоухая духами и шурша шелком новой блузки. Безупречный макияж и тщательно уложенная прическа делали ее похожей на киноактрису перед фотосессией. Глядя на нее, никто бы не подумал, что Алене Игоревне месяц назад исполнилось пятьдесят.
— Но ты нас ни с кем не знакомила… — глупо промямлила Светлана. — Мы ничего такого не ожидали…
— Я взрослая женщина, не обязана держать перед вами отчет! — Мать прошествовала в прихожую, не глядя на дочь.
— Но, мама… — растерянная и расстроенная Светлана никак не могла подобрать слов и бестолково мялась на пороге кухни. — А как же мы, я, Саша и Алешенька? Я еще не вышла на работу, и у нас не так хорошо с деньгами…
— Вы снимите квартиру, остальное меня не касается, — холодно объявила Алена Игоревна.
Она подхватила за ремешок лакированную сумочку и вышла за порог. Светлана осталась стоять с чашкой в руке.
Вечером, когда семья собралась за ужином, кое-что наконец прояснилось, хотя Светлане от этого легче не стало.
— Как я и говорила утром, я продаю эту квартиру. Это моя собственность, так что могу ее продать, когда только пожелаю.
— Но зачем? — недоумевала дочь. – Ты же всегда хотела, чтобы она досталась нам, чтобы тут рос твой внук. Ты сама нас позвала. Мы не брали ипотеку, потому что считали, что будем жить здесь…
— Я передумала! — отрезала мать.
Но, бросив взгляд на испуганную дочь и благоразумно молчащего зятя, смилостивилась:
— Я не обязана перед вами отчитываться, но так и быть, объясню. Я выхожу замуж, и мне нужно жилье для меня и моего будущего мужа.
— Мам, тут три комнаты! — попробовала воззвать к здравому смыслу дочь. — Всем хватит места. И вам будет комфортно, и нам никуда не надо будет переезжать.
— И квартира останется в семье, — решился вставить слово рассудительный зять.
— Сереже не нравится этот район, — отвергла предложение мать, — он хочет квартиру ближе к работе, в центре.
— А где он работает? — проявила любопытство дочь.
— В автомобильном салоне, — коротко ответила Алена Игоревна.
— Но владельцы таких площадок хорошо зарабатывают, тем более если точка в центре города. Трудно поверить, что у вашего Сергея до сих пор нет квартиры… — озадачился зять.
— Сергей — продавец-консультант, — не смутилась новоявленная невеста. — У него, конечно, есть съемное жилье, но мы хотим после свадьбы жить в собственной квартире, а не мыкаться по углам.
— Продавец? — Дочь нахмурилась, в душе шевельнулся червячок подозрения. — А сколько ему лет, мама? — решилась спросить она и затаила дыхание в ожидании ответа.
Последние три месяца мать явно подавала знаки, приходила поздно, одевалась на работу, как на торжественный прием, следила за маникюром и прической. Но Светлана, занятая маленьким сыном и заботами о муже, не особо обращала на них внимание. И вот, во что это вылилось…
— Сергею тридцать пять. Он очень серьезный молодой человек с хорошими перспективами и полезными амбициями.
Рассказывая о будущем муже, женщина горделиво вскинула голову и заулыбалась.
— Он собирается открыть свой собственный бизнес по продаже автомобилей, и ему в жены нужна мудрая и понимающая женщина, которая бы его во всем поддерживала и помогала…
— И ты хочешь продать квартиру, чтобы… — начала дочь.
— Я продам эту квартиру, чтобы купить нам жилплощадь в центре. Не три комнаты, конечно, но что-нибудь приличное. Остальные деньги будут вложены в бизнес. Как только мы поженимся…
— И когда вы планируете пожениться? — вставил зять.
Алена Игоревна слегка смутилась.
— Я обещала Сереже новую квартиру в качестве свадебного подарка. Так что, как только мы въедем в новое жилье, так и будем планировать свадьбу.
— Мам, но ты же понимаешь, что это ерунда какая-то? — не выдержала Светлана и встала из-за стола. Она заходила по просторной кухне из угла в угол. — Это же обычный развод на деньги! Твой Сергей просто воспользуется тобой и…
— Хватит! — хлопнула ладонью по столу мать. — Я не желаю слышать подобных высказываний в адрес Сергея! Ты даже его не знаешь, а уже уверена, что он обманщик! А он мне говорил! Предупреждал, что вы не поймете наших отношений!
Женщина потрясала руками в возмущении.
— Сергей видел наперед, как вы отреагируете! Говорил, что я должна быть сильной и стоять на своем, а я еще ему возражала, мол, у меня хорошие дети, они поймут!
Алена Игоревна горестно помотала головой, но тут же взяла себя в руки и повторила:
— Это моя квартира, и я буду с ней делать все, что я захочу. А вам я советую поскорее найти жилье и переехать!
Уже три месяца Светлана с мужем и маленьким сыном жила на съемной квартире. Молодые люди решили копить на ипотеку, и ей пришлось выйти на работу раньше, чем она планировала. Родовое гнездо было продано, новенькая студия в центре — куплена и записана на имя жениха. О свадьбе, впрочем, так ничего и не было слышно.
Дочь и зятя с женихом по-прежнему не знакомили, в гости не приглашали. Да Светлана и сама не рвалась, повлиять на убеждения матери она все равно не смогла бы.
О том, что Алена Игоревна жива-здорова и прекрасно выглядит, дочь изредка узнавала от общих знакомых, лично контактировать с матерью после произошедшего женщине не особо хотелось.
Телефонный звонок прозвучал в один из дней, когда Светлана была особенно занята по работе.
— Кто это? — не поняла она, когда в трубке раздался женский голос.
— Это я, Елена Анатольевна, соседка ваша бывшая, — отозвалась трубка.
— Ох, простите, теть Лена, я тут на работе совсем замоталась и вас не узнала, — повинилась Светлана, выходя с трубкой из кабинета, полного сотрудников.
— Что-то случилось? — спросила она, оставшись одна в тишине коридора.
— Ты мать свою давно видела? Общалась с ней? — вздохнув, начала соседка.
— Ну.. Мы сейчас не особо общаемся, но мне говорили, что у нее все в порядке, — ответила женщина.
— Я видела ее сегодня, перекинулись парой слов… — трубка замолчала. — Выглядит она, конечно, прекрасно, что и говорить, но в голове у нее, мне кажется, что-то не то…
— В каком смысле не то? Вы думаете, она заболела? Или что?
— Да вот уж и не знаю, как это назвать, — снова вздохнула женщина. — Но только здоровый человек такого не сделает… Она же кредитов набрала на свое имя, столько, что и не выплатить! Это ее хахаль подговорил, не иначе. И машину ему купила, и ремонт в квартире затеяла такой, что дальше некуда. Только вот, говорят, съехал он от нее третьего дня. Забрал машину и был таков. А она звонит всем, спрашивает, не знают ли, куда Сережа подевался. Так вот, ты бы проведала ее…
Выслушав рассказ соседки, взволнованная Светлана нажала отбой и тут же набрала номер матери.
— А, вспомнила наконец о том, что у тебя мать есть? — вместо приветствия проговорила Алена Игоревна. — И полгода не прошло…
— Мам, ты что делаешь? — тревожно спросила дочь.
— А что я делаю? — безмятежно отозвалась та. — Живу в свое удовольствие, за ремонтом слежу, готовлю вкусные ужины любимому мужу…
— Мужу? — переспросила дочь.
— Ну… — замялась мать. — Пока жениху. Но совсем скоро мы отправимся в ЗАГС… Не волнуйся, вы тоже получите приглашение на вечеринку.
— Я не об этом говорю, мам. До меня дошли слухи, что ты набрала кредитов, — перешла к основному вопросу дочь.
— Ну и что? — все так же спокойно отреагировала мать. — Сережа хорошо зарабатывает, а в будущем у него будет бизнес, так что мы вполне способны себя обеспечить.
— Но кредиты на твое имя? — уточнила дочь. – И какие там суммы?
— Ну да, на мое, — подтвердила женщина. — Но это не имеет значения, мы же скоро поженимся!
— Но зачем ты их вообще брала? Вам было мало денег от продажи квартиры?!
Светлана начинала злиться. Безмятежный тон матери выводил ее из себя, та как будто не понимала очевидного, красавец-жених тянет ее в долговую яму, обещая совместную безбедную жизнь и любовь до конца дней.
— Новой квартире нужен ремонт, то, что тут есть, нас не устраивает. А еще Сереже нужна хорошая машина. Не будет же владелец бизнеса ездить на деловые встречи на троллейбусе? Ну и начать сам бизнес, знаешь ли, требует немалых денег. Одной проданной трешкой со всем этим никак не разберешься.
— Что ты делаешь, мама?! — осипшим голосом проговорила дочь. — Остановись, пожалуйста, прошу тебя! Пока не поздно…
— Ну вот! Все, как и говорил Сергей! — с пол-оборота завелась мать. Возмущение пополам с обидой делало ее голос визгливым и жалобным одновременно. — Он меня предупреждал, что ты будешь завидовать нашему счастью! Он мне говорил, что ты попытаешься запугать меня и не дать вложить деньги в наше будущее!
Не слушая, что еще скажет мать, Светлана нажал отбой.
Через два дня звонок соседки раздался снова.
— Твоя мать к нам в подъезд приходила, рыдала так, что сердце кровью обливалось, — сообщила Елена Анатольевна. — Говорит, Сережу ее арестовали за мошенничество. И не одну ее он так облапошил, а еще нескольких дам в возрасте. И машину, и деньги — всё забрал, и был таков. И теперь ей нечем платить по кредитам... Я ей предложила к нам переехать, да она отказывается — говорит, тебя видеть стыдно...
***
Знаете, что самое обидное в этих историях? Когда человек попадает в руки мошенников, страдает не только его кошелек, но и самооценка. Эти хищники не просто вытягивают деньги, а ломают личность. А ведь в основе подобного мошенничества — естественное желание одинокого человека быть любимым, значимым, нужным. Дело даже не в "любви к молодым мужчинам" — людьми старшего возраста манипулируют и ровесники, и даже те, кто моложе. Главный крючок — внимание и признание, которых часто так не хватает.
Мы с семьей Светланы много работали над этой ситуацией. Потребовалось почти полгода, чтобы мать согласилась на встречу с дочерью. И еще больше времени, чтобы она приняла случившееся не как доказательство своей глупости, а как трагедию, жертвой которой она стала. Сейчас они живут вместе, выплачивают общими усилиями кредиты. И я точно знаю, что в семье Светланы больше никогда не прозвучит обвинительное "А я же говорила!" — ведь настоящая поддержка начинается с принятия другого человека и его ошибок.