Некрасова включили в число советских классиков, так как он был типичным борцом с режимом. Это типаж нынешних наших иноагентов: всем недовольны, что бы в России ни происходило, однако при этом имеют крайне сомнительный моральный облик и не упускают случая подлизаться к той самой «злочинной владе», которую ненавидят. Конкретные эпизоды биографии Некрасова мы с вами обсуждали в 2020 году (ссылка). Своё жизненное кредо Некрасов формулировал так: «Да, я подлец, но и вы подлецы».
Теперь о стихотворении «Железная дорога», которое, к сожалению, включено в школьную программу. Читатели спрашивают, что там не так. Если коротко — там как в фильме «Левиафан» или в тому подобной чернухе про Россию, которая выставляет нас в максимально неприглядном свете. К фактам особо не придраться, так как снятое теоретически могло произойти, однако розжиг узнаваем и очевиден.
1. Сюжет такой: одна из главных строек 19-го века, Николаевская железная дорога, выставляется как одно большое преступление, страшное и кровавое. Вот как будто Некрасову кто-то дал задание: «русские построили железную дорогу и радуются, поэтому напиши стих, чтобы объяснить, что на самом деле это не достижение, а провал». Напомню, 10 лет назад мы с вами читали десятки подобных пасквилей на тему «чем плох Крымский мост».
Может, не надо было Николаю I железную дорогу строить, раз при строительстве были жертвы? Но ведь это не прихоть монарха — по железной дороге зерно возят, да и войска тоже. Если бы императоры не покрыли Россию сетью железных дорог, жертв в итоге было бы гораздо больше.
2. Некрасов выставляет графа Клейнмихеля как бесполезного душегуба, который заставил народ строить железную дорогу, а все лавры забрал себе. Это несправедливо: грамотное управление архиважно. Напомню, что после 1917 года, когда вместо графа Клейнмихеля за строительство железной дороги взялись коммунисты, они за два года уложили в сырую землю 35 тысяч человек, а железную дорогу построить так и не смогли (ссылка).
3. При масштабном строительстве обычно бывают злоупотребления, некоторые подрядчики мухлюют с оплатой. Проконтролировать каждую выплату невозможно, особенно если учесть, что для ответственных за стройку главное — не удовлетворить каждого строителя, избежав даже малейших конфликтов, а вовремя завершить проект. Однако эту естественную неразбериху Некрасов подаёт как злой умысел целого сословия: наивный читатель должен сделать вывод, что типичный русский купец — это толстый мошенник с красным лицом, который обманывает рабочих.
В реальной жизни ситуация ровно противоположная. Опыт показывает, что борцы за народное счастье, вроде Некрасова, нечисты на руку практически поголовно, «работа такая». Купцы, напротив, в среднем отличаются высоким уровнем порядочности. Если ранжировать все профессии по уровню честности, то купцы будут если не на первом месте, то уж точно в верхних 10% списка.