После истории с батарейкой крот Прохор стал настоящей знаменитостью. Но ему не давал покоя один вопрос:
— Почему все мои открытия случаются после того, как я основательно промокну под дождем?
Действительно, стоило ему начать копать новый тоннель или поставить важный эксперимент — тучи сходились как по заказу, и Прохор в панике бросал всё, чтобы не утонуть.
Проблема была серьёзной: чернильные записи размывало, карты тоннелей превращались в кашу, а однажды его коллекция блестящих камушков уплыла в ручей прямо сквозь стену!
— Надо предсказывать дождь! — решил Прохор.
Прохор решил использовать научный подход и начал наблюдения: сначала он использовал «метод шишек» (если шишка закрывается — будет дождь). Однако все шишки в лесу уже давно съели белки; потом пытался научиться «методу лягушек» (Квак клялся, что чувствует влагу лапками). Здесь Прохора тоже ждал провал: Прохору не хватало лягушачьих перепонок. Не удался и «метод паутины» - крот запутался в нитях и так и не понял, потускнела ли паутина перед дождем.
Отчаявшись, Прохор полез в самое опасное место — на поверхность, прямо к людскому дому. И там, среди мусора, он нашёл...— Жестяную банку с дырками! — прошептал он, как будто обнаружил алмаз.
Вернувшись, он соорудил научный прибор: банка, подвешенная на корнях над его норой крышкой вниз; датчик: длинный сухой стебель травинки, подпирающий крышку снизу, и индикатор: горсть сухих горошин внутри.
Когда травинка размокала от влаги, крышка опускалась, и горошины с грохотом сыпались в медный тазик внизу.
Устройство сработало идеально, За десять минут до дождя Прохор услышал тревожный перезвон горошин, успел упаковать все бумаги в вощёные листья и даже предупредил соседей (правда, землеройки от испуга зарылись ещё глубже).
Вскоре весь лес пользовался изобретением: барсук Терентий поставил сигнализацию над библиотекой, муравьи сделали 100 мини-версий для своих складов, и даже филин Ух приспособил банку — теперь горох будил его перед рассветом, чтобы он не проспал.
А Прохор... Прохор наконец-то смог спокойно работать. Правда, теперь его раздражал собственный успех:
— Опять все отвлекают! То горох собирать просят, то банки чинить... Где же настоящая наука?!
И он закопался ещё глубже, чтобы изобрести что-то по-настоящему грандиозное.
Иногда самые простые решения — самые гениальные. А слава учёного — это не только почёт, но и гороховый град по утрам.