На наших глазах уходит в вечность поколение победителей фашизма. В Донском уже не осталось тех, кто с оружием в руках отстаивал право внуков и правнуков на жизнь. Но потомки бережно хранят фотографии, награды, воспоминания предков.
В 1941 году Владимиру Владимировичу Таницкому было всего 17 лет. На фронт он ушел в январе 1943 года и воевал, пока не заскрипел под ногами щебень разбитых домов на улицах Берлина. Он дошел, победил и вернулся – чтобы его правнук через много лет смог сказать: «Я горжусь тобой!»
Долгая жизнь ветерана
На плечах 14-летнего Ильи Лукьянчикова китель прадеда кажется большим. Но у него все еще впереди, и донской школьник верит, что однажды тот окажется ему впору.
– Мой прадедушка родился на Украине, в селе Каменка Славутского района Хмельницкой области, – сказал школьник. – Еще до войны его мама – моя прапрабабушка – перевезла всю семью в Сибирь. Отца убили бандиты в 1932 году. Прадедушка уходил на фронт в январе 1943 года, когда ему было 19 лет, из Казахстана.
Свой боевой путь Владимир Таницкий начал в Смоленской области у станции Починок. Вспоминая о том бое, ветеран никогда не мог сдержать сильных эмоций.
Когда немцы сбежали, бойцы Красной армии нашли состав из множества вагонов. Открыли – а там женщины и дети, которых немцы собирались угнать в Германию, в рабство.
Боевой путь Владимира Таницкого пролег через Оршу, Могилев, Минск и Брест. Далее лежала Польша. И весной его, потомка переселенцев оттуда, зачислили в Польскую пехотную дивизию имени Тадеуша Косцюшко. Был дважды ранен, контужен, попадал в госпитали, но после излечения снова возвращался в строй. Участвовал в освобождении Варшавы, вспоминал, как орудие вместе с лошадьми провалилось под лед. Едва вытащили – заряжали снаряды и стреляли по врагу.
В логове врага
– Был случай, когда, уже в Германии, прадедушка с товарищами зашел в село, – рассказал Илья Лукьянчиков. – Там у одного из домов часовой стоял. Они ему плащ на голову накинули, взяли в плен. А в доме обнаружили двух спящих нетрезвых немцев, один из которых оказался офицером. Их тоже захватили, за что бойцам вынесли благодарность.
Сражение за Берлин оказалось очень тяжелым. Надеявшаяся на чудо верхушка рейха старалась любой ценой купить хоть несколько часов жизни. 30 апреля бойцы были уже у Бранденбургских ворот. От Рейхстага стреляли, потому Владимир Таницкий приказал поставить орудие в пролом стены и зарядить бронебойным.
– В это время по радио Жуков на русском языке с переводом предлагал немцам сдаться, дал им полчаса на размышления, – продолжил Илья. – И уже через 10 минут они начали выходить с поднятыми руками, складывать оружие. Автоматчики побежали к Рейхстагу, а артиллеристы не могли оставить орудие, салютовали из автоматов и пистолетов у стены, кричали: «Ура!»
Потом полк расформировали: у кого не было ранений, отправились сражаться на японский фронт. Владимира Таницкого демобилизовали, и встал вопрос, куда отправиться. Никого из родных не осталось. Когда лежал в госпитале в Дрездене, подружился с дончанином Федором Макарцевым. Он пригласил к себе. Так Владимир Владимирович Таницкий попал на шахты Подмосковного угольного бассейна. Здесь познакомился с Татьяной Ивановной, своей супругой, растил детей, внуков. Ремонтировал штреки на 35-й, 36-й шахтах. На пенсию уходил с северозадонского конденсаторного завода, где работал с 1976 года.
Владимир Владимирович Таницкий прожил долгую жизнь: его не стало совсем недавно, в декабре 2020 года. Он дожил до правнуков, которые свято хранят его память.
«Я благодарен судьбе за все, что она мне уготовила. Мне не о чем жалеть. Я жизнь прожил не зря! И пусть нас, ветеранов, осталось мало, мы еще поживем!» – говорил ветеран, и эти его слова бережно сохранили потомки. Да, его уже нет с нами, но он по-прежнему жив – благодаря тем, ради кого сражался.
Элина Крашевич