Началоhttps://dzen.ru/a/Z1WYSH6G9nNOJ4_y
Она почувствовала, как кто-то провел по ее голове ладонью, потом по щеке, шее, опустил пальцы ниже. Девушка чувствовала одежду на теле, но легкую, словно ночная рубашка. Пальцы поползли по коже от лица к ложбинке на груди, задели край рубашки и очень медленно начали тянуть ткань ниже, начиная обнажать ее грудь. Легкие прикосновения пальцев были, как угли, но не обжигали, а наоборот, приносили приятное и непривычное тепло, дрожали мелко-мелко... словно кто-то и боялся того, что сейчас делал, и не мог себя сдержать... сама же кровать периодически почему-то покачивалась, и пальцы касались кожи то жестче, то легче, в такт покачиванием.
Эмильетта внезапно открыла глаза и увидела перед собой карие глаза Орельяна. Он так и замер, забыв отдернуть свою ладонь от ее груди. От неожиданности и очередного качания его рука дернулась. Теперь не только пальцы, но и вся ладонь лежала у нее на груди, почти обнаженной: однако мужчина не успел дотянуть ткань до, так сказать, неприличной и критической точки: девушка все еще была прикрыта рубашкой…
"Неужели Орельян хотел увидеть меня обнаженной?"- вспыхнула Эмильетта. Возникла очень недвусмысленная ситуация, его рука все еще лежала у нее на груди, и ее девушка чувствовала остро и странно. А их взгляды не отрывались друг от друга некоторое время.
Мужчина, наконец, очнулся, даже немного покраснел, и резко отдернул руку. Отклонился от Эмильетты, сел прямо на узкой кровати, где она лежала.
Но тогда стало еще жарче, ведь грудь оказалась почти ничем неприкрыта! Застыдившаяся девушка порывисто схватилась за вырез рубашки и потянула ее вверх, быстро села, опершись о стену, и прикрылась обеими руками, съежив воротник в ладонях.
- Что ты делаешь?! - воскликнула она возмущенно. - Что происходит?
Но вниманием герцога, этого наглого, как оказалось, типа, завладела другая картина: теперь он заинтересованно рассматривал ноги Эмильетты.
Она глянула на ноги и вся стала красная, как маков цвет. Ведь когда она потянула рубаху, прикрывая грудь, доверху и резко села, то рубашка задралась и стало видно ее ноги аж до колен. И наглый Орельян теперь не смотрел на грудь, а уставился на ноги, жадно ощупывая их восхищенным взглядом.
Эмильетте пришлось отпустить воротник рубашки и мгновенно натянуть на себя лежавшее рядом одеяло. Неужели это он ее раскрыл?
- Ты ... Ты ... Бесстыдник! - прошипела она, заворачиваясь в одеяло почти целиком: лишь голова торчала. - Почему ты здесь? Почему я здесь? В такой одежде? Кто меня переодел?
- Не пугайся! И извини! Я ... я не сдержался! Ты была такая ... такая..! - он с сожалением взглянул на девушку, наверное, вспоминая ее, когда она лежала перед его глазами почти обнаженная. - Мы в прыгуне! - перевел разговор в другое русло. - Направляемся туда же, куда и направлялись. У каждого из нас свой номер, в соответствии с билетом. Или, может, лучше назвать это каютой? - он огляделся вокруг, рассматривая обстановку.
Сквозь круглое небольшое окошко Эмильетта увидела белый густой туман, наверное, это были тучи, проплывавшие мимо. Под окном стояли стол и стул, сбоку небольшой шкафчик для одежды, а напротив окна - кровать, где сейчас сидела девушка, и Орельян, который даже не подумал встать, когда она очнулась. Периодически комнату слегка покачивало, угадывался определенный ритм, и это подтверждало слова Орельяна, что они сейчас находятся в прыгуне.
- Но ведь было нападение! Магический выстрел! Взрыв! - внезапно вспомнила девушка. - Нападавший целился прямо в тебя! А я успевала только…
Девушка неожиданно вспомнила о том, что в ее руки попало смертоносное, наверное, магическое заклинание! Да и упала она больно на лестницу от взрывной волны! И вуаль! Ожоги тогда хорошо ощущались! Должна была быть шишка на голове, ожоги на лице... и руки! Шар попал в ее руки!
Девушка растопырила перед собой ладони и ничего не увидела. Привычные руки, как всегда. Подняла вопросительный взгляд на Орельяна.
- Да! Все это было, ты не ошиблась, - кивнул мужчина и посерьезнел. - Ты потеряла сознание тогда на лестнице. Большой выброс защитной магии. Она поглотила часть заклинания, а часть отбила! Однако ты почти иссякла. Полицейские до сих пор ломают головы, как так могло быть. Ведь на тебе находился антимагический транспортный браслет!
- Но мои руки! - показала девушка Орельяну лишенные ран руки со здоровой кожей. - Я помню, что они были окровавлены. Падая на лестнице, я почувствовала, что вуаль горит у меня на лице, руки все в ранах и крови. Как будто и платье загорелось…
- Все это было! - кивнул серьезно Орельян. - Ты спасла мне жизнь, Эмильетта. Я принес тебя сюда, в твою каюту, и срочно вызвал лучших магов-целителей столицы. Кроме того, полицейские задержали отправление прыгуна, разбирались с нападением, но так ничего и не выяснили. Впрочем, как всегда, - он вздохнул. - А тебя быстро исцелили. Как оказалось, раны не были критичными, что маги и отметили. Очень удивлялись. От такого удара смертоносного заклинания ты должна была просто сгореть! То есть ... я должен был сгореть! Ты ... ты спасла меня! - взгляд Орельяна был полон и удивлением, и восхищением, и еще чем-то, чему Эмильетта не нашла названия.
- Но я не владею магией! Это какая-то ошибка! - пробормотала девушка. - Я долго была без сознания?
- Всего несколько часов, - проговорил герцог. - Ты просто спала после целительских процедур. Я пришел посмотреть, как ты…
- Я так и лежала, не укрытая одеялом? - подозрительно спросила Эмильетта. - Кто меня переодел? - а саму бросило в жар: неужели Орельян ее еще и переодевал?
Она мгновенно покраснела и подумала, что покрыта сейчас, наверное, красными пятнами, гадкая и неприятная, именно такая, какой Орельян не мог ее переносить. Вот сейчас отвернется и уйдет прочь.
Но мужчина вдруг произнес:
- Ты спасла мне жизнь, Эмильетта. Я твой должник. И я подумал, что мы можем ... пересмотреть наш договор. Ты на этот год можешь стать моей женой по-настоящему... я сниму запрет не попадаться мне на глаза. Ты довольно ... э-э - э... привлекательна, - он взглянул на вырез рубашки, и Эмильетта под его взглядом снова порывисто завернулась в одеяло, потому что пока разглядывала свои руки оно сползла с плеч.
От этих слов мужчины девушку словно в лицо кто-то ударил.
- На год? - тихо спросила она, пытаясь унять злость и разочарование. - Женой? По-настоящему?
Ее возмущению не было предела! И это он, получается, пришел сейчас проверить, какая же его фиктивная жена под рубашкой? Подходит ли? Можно ли все-таки приблизить ее к себе? Ведь нищенка! Немытая! Отвратительная! А потом, после того, как Эмильетта спасла его жизнь, пересмотрел свои принципы? Сделает исключение и спустится к ней со своего пьедестала, чтобы осчастливить бедную фиктивную жену... И таким образом отблагодарит за спасение?
- Прочь отсюда! - прошипела Эмильетта гневно. - У нас договор! Ты не должен со мной встречаться!..
Орельян почернел от таких слов Эмильетты. Пронизывал ее взглядом, в котором блестели искры неведомого чувства, потому что молчал и ничего не говорил. Лишь мельком взглянул на входную дверь, а потом снова перевел взгляд на девушку. Горячий гнев, от которого пылало внутри в груди, хотел вылиться на этого кошмарного мужчину в виде крика, обидных слов и даже слез, но острому раздражению Эмильетты не суждено было появиться на свет, потому что в дверь вдруг ворвалась уже знакомая девушке служащая транспортной компании.
- Ага! - закричала она с победными нотками в голосе. - Вы здесь! Я вас ищу по всем каютам! Идите сейчас же и что-то сделайте с вашим спутником! Из шестой каюты! А то я за себе не ручаюсь! - лицо женщины горело праведным гневом, она глянула на Эмильетту и внезапно сменила голос на тоненький, тихий, нежный, почти сюсюкающий. - А ты как, девочка? Уже опомнилась? Ничего не болит? - и не дожидаясь ответа, повернулась снова к Орельяну. - Он опять не выполняет транспортные предписания! Почему он в коридоре стоит на голове? Это что, такая мода сейчас? А если этот несносный тип упадет и сломает себе шею? Транспортная компания не будет выплачивать компенсаций! Так и знайте! Сделайте что-нибудь! Он меня не слушается!
- Госпожа Кос-Мее, он выполняет ежедневные упражнения, предписанные ему врачом! Мой спутник Фабьян ежедневно уже в течение десяти лет занимается такими процедурами. И поездка не заставит его прервать упражнения, - пояснил герцог.
- Тогда почему же не в своей каюте это делает? - прищурила глаза женщина. - Все барышни повылазили со своих мест и бродят по коридору, разглядывая его.., - женщина запнулась на мгновение, а потом покраснела и гневно продолжила. - Его неприличная одежда, которую назвать даже трусами было бы неправильно всех шокирует! Они смотрят на эьл ... полное отсутствие одежды!
- Не преувеличивайте, - взял ее за локоть Орельян и провел к выходу. -Одежда все-таки есть…
Они вышли в коридор.
Эмильетта осталась в каюте одна. Сердитая на Орельяна и заинтересованная тем, что же там делает господин Фабьян в коридоре. Она мгновенно вскочила на ноги и подбежала к шкафчику. Выходить в халате в коридор считала недопустимым. А чемоданы, которые для них собрали слуги Орельяна, перенесли еще на станции из кареты в прыгун станционные носильщики.
В шкафу в рядочек висело несколько платьев, стояли снизу на полке две пары башмачков, а на верхней полке девушка заметила шляпки и вуали.
Ага! Все-таки вуали предусмотрены! Девушка раздраженно схватила одну из вуалей, швырнула на кровать. Туда же полетело скромное закрытое темно-синее платье. Быстро переодевшись в эту одежду и обув удобные черные ботиночки на низкой квадратной подошве, Эмильетта скрутила волосы в пучок на затылке, скрепила заколками, которые оказались в дорожной косметичке, стоявшей там же, в шкафу, возле шляпок. Неизвестно, кто собирал чемодан, но он подумал обо всем, что могло понадобиться девушке в путешествии. Лихорадочно напялила на голову вуаль, прикрыв лицо, и выскочила в коридор.
Прыгун внутри оказался длинным и по-особому построенным. Посередине простирался широкий коридор, по обе стороны которого находилась двери в специальные каюты. Они, очевидно, все были небольшие, такие же, как и у Эмильетты, имели минимум удобств. Девушка также вспомнила, что сбоку в ее комнате находилась дверь, которая, очевидно, вела в ванную. Очень удобно и комфортно оказалось путешествовать таким образом! Но тесно. Места, все-таки, было мало. Да и качался прыгун постоянно, делая свои гигантские шаги. Хорошо, что Эмильетта не страдала от морской болезни, а то, конечно, такую поездку было бы трудно переносить.
А вот в коридоре был пассажирский аншлаг! Правду говорила госпожа Кос-Мэя, несколько женщин разных возрастов скопились возле кого-то, потрясенно ахая и что-то расспрашивая. Наверное, это был Фабьян, но за толпой его поклонниц самого мужчину нельзя было разглядеть.
Сбоку стояли Орельян со злой, как черт, служащей, и о чем-то спорили.
Девушка подошла ближе и увидела удивительную картину. Аж икнула от неожиданности. И теперь поняла, почему госпожа Кос-Мэя возмущалась.
Фабьян, почти полностью обнаженный, стоял, как и рассказывала женщина, на голове!
То есть, он выполнял, пожалуй, одно из физических упражнений, которое ему приписал врач. Голова и руки мужчины, согнутые в локтях, создавали словно опору, упираясь в пол. Пальцы рук и ладони, крепко сцепленные, касались затылка, и такой замок служил как будто подкладкой для головы, удобной, но ненадежной конструкцией. Спина была ровной, как струна. А завершали всю эту впечатляющую стойку вытянутые ноги мужчины с выпрямленными стопами.
Физическая мощь Фабьяна действительно поражала! Потому что он не только стоял на голове, но и периодически разводил ноги в стороны, а потом снова их соединял, вызывая восторженные возгласы барышень. И все было бы замечательно, если бы Фабьян не был одет в узкое спортивное трико, которое очень выгодно подчеркивало его мужскую... гм... особенность. Барышни только туда и смотрели.
И Эмильетта тоже уставилась на Фабьяна, как на какую-то диковинку. Ведь она его постоянно видела в мешковатой, на первый взгляд, одежде. Он даже казался в какой-то степени тучным. А это были, как оказалось, рельефные мышцы мужчины, прикрытые одеждой. Сейчас же он предстал перед всеми во всей своей физической красоте: кубики на животе, переплетенные узлы мышц на плечах и руках, крепкие ноги с каменными на вид икрами - все говорило о физической силе. И мужской также. Которую не очень стеснительно прикрывало черное трико.
Фабьян, очевидно, как раз закончил свое упражнение, медленно, по-особому согнув колени, опустился на пол и встал на ноги. Лицо мужчины покраснело, потому что кровь прилила к голове, но, наверное, в этом и заключалось упражнение. Он начал поглаживать свои бороду и усы.
- Ах, как это было красиво! - воскликнула одна из барышень, высокая и чопорная, похожая на цаплю. - Вы такой сильный!
- Да что там! - отмахнулся Фабьян, беря в руки полотенце, которое положил рядом на полу. - Просто тренируюсь. Выполняю упражнения для здоровья!
-А можно потрогать ваши... э-э-э.., - другая пассажирка, низенькая и слегка полноватая, подошла ближе, кровожадно разглядывая трико Фабьяна. - Потрогать ваши мускулы!
- Почему же нет? - вытер полотенцем с лица пит Фабьян. - Пожалуйста!
Он согнул руку и напряг мускулы. Все пассажирки по очереди начали касаться его действительно большого и каменного плеча. Ахали и охали, а мужчина лишь добродушно улыбался, периодически бросая взгляды на служащую Кос-Мею и Орельяна.
Они подошли ближе, и госпожа Кос-Мея грозно произнесла:
- Если это повторится еще раз - я выпишу вам штраф! За нарушение общественного порядка и.., - она не могла придумать, чем бы еще пригрозить мужу. - И за создание угрожающей ситуации в транспортном средстве!
- Какая угрожающая ситуация? - удивился Фабьян . - Я просто выполнял физические упражнения.
- Скопление большого количества пассажиров в одном месте на првгуне может нарушить его равновесие, и наш Качашик может перевернуться и даже... упасть! Всем занять свои пассажирские места! Я могу всем выписать штрафы! - обратилась женщина к пассажиркам рядом.
Возможно, госпожа Кос-Мэя преувеличила, или вообще придумала это на ходу, однако барышни перепугались.
Мгновенно возле Фабьяна не осталось ни одной, все ушли в свои каюты. Хотя, как заметила Эмильетта, с большой неохотой. До последнего бросали взгляд на затянутый в трико зад Фабьяна.
- Фабьян, может, и в самом деле, делай это в своей комнате? - спросил Орельян.
- Там мало места! И комната как раз над одной из ног прыгуна, подбрасывает меня знатно! Удержать равновесие очень трудно, - пояснил Фабьян. - Поэтому, госпожа Кос-Мее, я согласен заплатить штраф, но буду делать свои упражнения в коридоре! Именно здесь! - он нахмурился и пошел по коридору к своей комнате.
А Эмильетта вдруг увидела, каким взглядом провожает мужчину госпожи Кос-Мэя, и у нее появилось ощущение, даже подозрение, что служащая, когда ругала Фабьяна за нарушение порядка, руководствовалась не только предписаниями о соблюдении общественного порядка, но и имела свои личные мотивы. Ведь смотрела эта женщина на Фабьяна, когда никто не видел, восхищенно и с очень странным выражением лица: как будто хотела его... э-э-э... съесть. Так хищник смотрит на добычу, которую хочет поймать, но она находится в недоступном месте. С желанием и жаждой ... неужели госпожа Кос-Мея ревновала Фабьяна к пассажиркам-зевакам?
Эмильетта тоже собиралась вернуться в свою каюту, ведь все “веселье” уже закончилось, и госпожа Кос-Мэя с негодованием прошла к широкой двери в голове прыгуна и громко хлопнула ей за своей спиной.
Женщина была зла, как черт! Неприятности с этим невыносимым мужчиной, Фабьяном, начались еще в начале их путешествия! То с магомеханом были документы не в порядке, то он побежал по трапу, как заяц, совсем не слушая ее советов и выкриков, то ссорился уже в салоне. Правда, их ссору тогда прервал досадный инцидент с покушением на герцога Орельяна. Неизвестно, во что выросла бы тогда ссора, потому что так и хотелось дать пощечину этому высокомерному ослу! Он ведь, наглый и мерзкий тип, назвал ее наседкой! Так и сказал: "И чего вы бегаете за мной, как наседка за цыпленком? Я сам могу позаботиться о себе!”. Она, Кос-Мэя Шерли, никогда ни за кем не бегала! Еще этого не хватало! Женщина была гордая, резкая и профессионально подкованная! Ее все мужчины всегда боялись! И боятся! Ну... Кроме этого типа... Она просто следовала инструкциям! Ведь без них никак! Знаем мы таких! Сначала по трапу без сопровождения мчатся, а потом в окна выпадают! Было когда-то такое!
А тут! Уже во время движения устроил цирк! Даже не цирк, а фривольное, крайне неприличное представление! Следует будет обязательно поговорить с капитаном Грегориасом! Попросить, чтобы тот приказал ему, этому наглецу, прекратить демонстрировать свои выкрутасы! Слово "демонстрировать" внезапно напомнило госпоже Кос-Мее крепко сбитый торс мужчины и то, на что зрительницы демонстрации смотрели с интересом и восхищением. Госпожа Кос-Мея в своем служебном кабинета села на диванчик, чтобы успокоиться. Женщина немного расслабилась, а взбудораженное воображение принялось рисовать привлекательные картинки о том, как несносный пассажир выполнял упражнения и как красиво и элегантно обтягивало его трико.
Женщина вздохнула, сделала себе чаю, поудобнее уселась на диване и принялась рассматривать серый туман в окошке, сквозь который иногда пробивались клочки великолепных пейзажей, когда ветер разгонял туман. Ведь помечтать же можно иногда? Конечно, только тогда, когда никто не видит и не знает! Особенно тот наглый и неприятный тип Фабьян! Который так и лезет в ее мысли!Госпожа Кос-Мея давно уже узнала его имя. Просто так. Чтобы знать…
Эмильетта же после того, как Фабьян ушел, тоже направилась в свою комнату. Однако вдруг приоткрылась дверь, которая была рядом с ее комнатой, и оттуда появилась высокая фигура магомехана, который не помещался в дверной косяк, поэтому его ноги были, очевидно, специально сокращены, чтобы в проходе он не ударялся о верх дверного косяка.
- Барышня Яретта просит вас зайти к ней! - проскрипел механический голос железного монстра. Он отступил из прохода и направился мимо Эмильетты к соседней комнате. Там и исчез.
Эмильетта заглянула в приоткрытую дверь. Сестра сидела на диване у окна и с нетерпением смотрела на входную дверь.
- Эми! Как ты?! - вскрикнула она, протянув к девушке руки в ожидании объятий. Ее глаза заблестели счастьем и радостью. - Мне ничего не рассказывают. На герцога Орельяна было покушение? А попали в тебя? Я ничего не знаю, расскажи! Потому что сижу здесь, одна, как перст, и словно на иголках, от волнения! А Хардьен отказывается перенести меня в твою комнату, объясняет, что ты еще спишь! А сейчас вот мы разговаривали, и он вдруг говорит, что ты в коридоре!
- Все хорошо, солнышко, я полностью здорова, - проговорила Эмильетта, бросившись обнимать сестренку. - Герцог Орельян сказал, что маги-целители постарались на славу. Магический шар попал в меня, но уже все позади! У меня даже ожогов нет, - откинула с лица вуаль девушка, садясь рядом.
И Эмильетта быстро рассказала сестре, что произошло на магической лестнице. Та слушала и лишь охала от испуга. Не рассказала, правда, об их неприятных разговорах и на лестнице, и о недавнем, когда мужчина предложил ей быть “по-настоящему” женой на год. И о его стыдливых взглядах и прикосновениях тоже умолчала. Как-то было неудобно говорить о том, что и приятно волновало, и возмущало одновременно.
- Это странно, что на герцога совершено покушение, - произнесла сестра задумчиво, когда Эмильетта закончила. - Кто-то все просчитал. Во-первых, злоумышленник знал, что на нас наденут антимагические браслеты, - проговорила девушка, рассматривая свой браслет на запястье. - А значит, был уверен, что герцог не почувствует появления портала. Он ведь появился внезапно, ты говоришь. Вы с герцогом прошли буквально с десяток шагов по лестнице, а вокруг не было ни одного пассажира или служащего. Прыгун должен был вот-вот отправляться. Мы были последними пассажирами. И кто-то открыл портал как раз вовремя, чтобы ударить герцогу в спину. Знал о браслетах и, очевидно, либо наблюдал за герцогом, стоя где-то поодаль, в толпе на станции, либо имел там сообщника, подавшего магу-убийце сигнал.
- Точно! - воскликнула потрясенно Эмильетта. - Я и не подумала, что у герцога же заблокирована магия. Именно поэтому, наверное, он и носит в кармане револьвер для таких случаев.
- Где ты видела обычных людей, которые носят в карманах револьверы? - подняла Яретта на сестру взгляд. - Как носовой платок или табакерку. Нет, Эми, логично предположить, что герцог знал, что ему может грозить опасность, поэтому и взял револьвер.
- Ты хочешь сказать..? - расширила от ужаса глаза Эмильетта.
- Да, я думаю, что он знал, что на него могут напасть, поэтому и взял оружие.
- Ну, он мог просто взять ее в дорогу, ведь ехать далеко, мало ли что может случиться, - не поверила Эмильетта.
- Эми, ты всегда называешь меня наивной и говоришь, что я летаю в облаках, но здесь, моя дорогая сестренка, и такой фантазерке, как я, понятно, что логичной является первая моя версия. Вокруг герцога слишком много тайн. Я тут немного поговорила с Хардьеном и он рассказал много интересного, - девушка улыбнулась. - Этот железный монстр оказался приятным в общении. Правда, голос такой скрипучий, что дрожь пробирает. Зато все рассказывает подробно и почти в ролях. Во-первых, он рассказал мне, кто такая Манарела, с которой герцог Орельян прощался на станции…
Эмильетта вспомнила неприятную женщину, которая вешалась Орельяну на шею, и нахмурилась. Даже говорить о ней ей было неприятно. Но и интересно было узнать, кто же она такая для Орельяна. Неужели невеста?
- Вы, я вижу, с Хрустом хорошо поладили, - улыбнулась она сестре, отгоняя неприятные воспоминания и делая вид, что ей совсем неинтересно слушать о той кривляке со станции.
- Хардьен сказал, что герцог встречается с Манарелой уже почти год. Они сначала просто вместе проводили время, посещали балы, вечеринки, приемы у Его Величества, а потом как будто стали встречаться официально и даже провозгласили о своей помолвке…
Яретта рассказывала, а у Эмильетты скреблась в груди острыми когтями ревность. Да, это была именно она, уж несомненно. Все-таки Орельян ей нравился. Они были мало знакомы, и он вел себя недопустимо все время, но бывали периоды в их общении, которые открывали его с неожиданной стороны, и девушка не могла до сих пор понять, какой он: напыщенный и злой, добрый и сострадательный? А Манарелла ей не нравилась именно потому, что появилась рядом с мужчиной, который ей импонировал.
- Но свадьбу все время откладывали, брак никак не оформляли, - продолжала Яретта, - и, как заметил Хардьен, все по инициативе Манареллы. То она болела, то ездила к родственникам, то еще какая-то незадача... Хардьен сказал, что он давно заметил это, как будто женщина специально тянула время. Брачная церемония все откладывалась и откладывалась... А после того, как Орельян решил ехать в Форт Жарминьи, и, кстати, честно рассказал ей об этом и предложил выйти за него замуж, она отказалась... И тут, на тебе, снова появилась, пришла попрощаться. Еще и о любви все время болтала... хотя знала, что ты теперь жена герцога Орельяна! - гневно сверкнула глазами Яретта.
- Гм. Фиктивная жена, - поправила ее сестра.
- Ну и что? Нет разницы! Вы официально женаты! Почему она лезет к женатому мужчине?! - возмущалась Яретта.
Эмильетте неприятно было вспоминать Манареллу, поэтому она спросила, переводя разговор в более спокойную плоскость:
- Хруст так много знает об Орельяне, - сказала она рассеянно.
- Да! Он же обитает в его имении, все слышит и видит. И не называй его, пожалуйста, Хрустом! Он же человек! На станции все это прояснилось. Хоть он и был недоволен. Долго не хотел об этом говорить. Но ведь ты знаешь, что я и мертвого разговорю, когда мне надо…
- О, да! Знаю! Ты такая же разговорчивая, какой была мама! - улыбнулась Эмильетта. - А Хру... Хардьен рассказал тебе, что с ним случилось? Почему он... э-э-э ... такой?
- Да! - серьезно кивнула Яретта. - Рассказал.
- И почему же? - Эми было очень интересно узнать об этом, она пододвинулась поближе к сестре.
- Дело в том, что он на самом деле умер, - сказала Яретта...
- Как это - умер? - удивилась Эмильетта. - Не поняла!
- Герцог Орельян вырвал его из лап смерти, - тихо начала рассказывать Яретта. - Он не захотел рассказывать мне о том, почему так произошло. И я понимаю его. Мы еще недостаточно долго знакомы, чтобы раскрывать душу друг перед другом. Но я обязательно обо всем узнаю, обещаю. Хардьен рассказывал, что был человеком, молодым человеком, который, по его словам, “думал, что мир крутится лишь вокруг него”. А потом произошла трагедия (какая именно, я так и не поняла), и он погиб. Почти. Смерть держала уже его в своих руках. Но рядом находился в то время герцог Орельян, бросившийся на помощь. Он наложил на Хардьена магическую заморозку. Срочно отвез к знакомому магу, занимавшемуся изготовлением магомеханов, и тот, как ни странно, удачно перенес сущность Хардьена в одного из них. Сначала самого простого, который был под рукой. А уже потом для него сконструировали лучшее из всех возможных на данный момент механических тел. Ты же видела, что он может…
Яретта замолчала, задумалась. Тихо сидела и Эми, размышляя над тем, как трудно, наверное, человеку быть магомеханом и не потерять человеческую сущность, не превратиться в бесчувственную железяку. Ведь Хардьен действительно был гораздо человечнее, чем настоящие люди. Помогал больным, поддерживал их, работал когда-то в больнице, потому что она вспомнила, что об этом вспоминала управительница Розалинда. Хотя и был иногда резким, грубым, непредсказуемым, но это так проявлялось его отчаяние и боль, это понятно.
Он защитил ее, Эмильетту, и даже проучил подонка Проспера, а сейчас заботится о ее родной сестре. Правда, у него довольно специфические иногда бывают слова и поступки, но все равно он добрый и справедливый.
С другой стороны, Эми поразил в этой всей истории и Орельян! Он не оставил друга в беде, а помог ему. Девушке почему-то казалось, что мужчины, когда Хардьен был еще человеком, были добрыми друзьями.
- А нельзя ли вернуть человеческое тело Хардьену? - вдруг вырвалось у Эмильетты, у которой слезы выступили на глазах, когда она подумала о страданиях магомехана, которые он никому не показывает.
Да и как покажешь? Он железный. Железные люди не плачут. У них нет слез и настоящего лица, и глаз. У них нет кожи, чтобы почувствовать прикосновением холодный снег или шершавый мох, нет носа, чтобы понюхать цветок и впитать в себя его запах, нет... много чего нет... но чувства остались!
- Как ты это себе представляешь? - пожала плечами печальная Яретта. - Убить кого-то и забрать тело? Все люди трясутся за свои жизни, покупают временные жетоны, даже преданцев заводят, чтобы омолодиться!
- Есть же такие, которые умерли внезапно по какой-то причине, - возразила Эмильетта. - Здесь и магия не спасет, если кто-то, например, получил смертельную рану. Перенос человеческой сущности в тело магомехана - это нереальное дело! Думаю, Хардьену просто повезло, что рядом находился Орельян и он знал такого сильного мага, который смог перенести сущность Хардьена в магомехана. Я слышала, что такие заклинания умеют делать лишь единицы. Да и стоит это, наверное, немалые деньги ... но этот же маг мог бы сделать и наоборот. Наверное... Перенести сущность из магомехана в тело человека! Хотя... Это нереально. Да и денег у него нет. И наследство Орельяна сейчас в руках его опекуна, герцога Родасьена...
- Но у Хардьена есть деньги! - возразила Яретта. - Он сказал, что человеком был очень богатым, но сейчас его это не интересует. Для чего? Однако действительно странно, это логическая мысль, о новом теле. Однако он этого не делает... Как-то при случае я спрошу у него. Но Хардьену трудно обо всем этом говорить, Я чувствую, поэтому не буду очень навязчивой...
Девушки еще немного поговорили о Хардьене, посочувствовали ему, обсудили возможных врагов герцога Орельяна, и Эмильетта пошла к себе …
Шли дни. Прыгун переступал своими длинными и крепкими ходулями-ногами и неустанно приближался к Каналу, проходя здоровенным странным пауком над лесами, полями, деревнями, реками, холмами и пустынями, горами и озерами... Но эта неспешность ощущалась лишь в салоне этого странного транспорта, ибо извне прыгун преодолевал большие расстояния, двигаясь действительно быстро и ловко. Пассажиры постепенно перезнакомились друг с другом, ведь в салоне было и тесно, и, честно говоря, скучно.
Стало доброй и увлекательной традицией (особенно для представительниц женского пола) каждый день выходить в коридор, чтобы понаблюдать за бесстыдными, по мнению госпожи Кос-Меи, упражнениями Фабьяна.
Орельян после последнего разговора с Эмильеттой, почти с ней не разговаривал, отсиживаясь в своей каюте, а девушка проводила все время с сестрой, уходя в свою каюту лишь переночевать. Третьим неизменным и преимущественно молчаливым собеседником в компании девушек стал Хруст. Эмильетта приучила себя называть этого железного мужчину Хардьеном, хотя скрип его несмазанных деталей иногда раздражал ее и наводил на мысль, что магомехан специально не смазывает их, чтобы подразнить всех вокруг. Ведь девушка как-то однажды предложила ему попросить машинного масла у капитана Грегориаса. И он резко и даже с обидой отказался.
Капитан иногда покидал свою лобовую кабину, из которой управлял транспортом, и озабоченно проходил по коридору, на ходу расспрашивая у пассажиров, как у них дела. Всегда куда-то спешил, был занят, но неизменно вежливо кланялся и улыбался, останавливаясь на мгновение возле каждого из пассажиров при встрече. Эмильетта подумала, что капитан похож на свой транспорт - быстрый и медленный одновременно.
Госпожа Кос-Мея ежедневно ссорилась с Фабьяном, это даже переросло в них в демонстративный спектакль, проходивший на повышенных тонах. Но ни разу она так и не попросила капитана Грегориаса запретить эти "спектакли". И пассажиры часто приходили уже потом не только посмотреть на “выкрутасы” Фабьяна, но и послушать их со служащей словесные перепалки…
На пятый день путешествия к Эмильетте, которая как раз собиралась идти к сестре, чтобы вместе позавтракать, в дверь кто-то постучал. Она открыла дверь, выглянула, но в коридоре никого не было. А под дверью лежал конверт.
Девушка тут же открыла его и достала письмо, которое было адресовано именно ей. Прочитала содержимое и нахмурилась...
"Согласно условиям, указанным в брачном контракте и в соответствии с законами королевства Фарбон, которые требуют соблюдать пристально и неукоснительно все требования и договоренности, прописанные в любых договорных документах королевства Фарбон, я требую соблюдения пункта номер два приложения один брачного договора и официально приглашаю вас, герцогиня Эмильетта Санье Жофред,на свидание, которое состоится в каюте номер двенадцать завтра, в десять часов утра, в виде совместного супружеского завтрака.
В случае несоблюдения вами условий брачного контракта, я вынужден буду удержать с вас один час вашей жизни, который компенсирует мне отсутствие свидания.
Ваш муж, герцог Орельян Санье Жофред".
Эмильетта бегала по комнате злая, как тысяча муравьев! Герцог! Он! Негодяй! Он требует свидания! А ведь сам говорил, что пункт о свидании - это простая формальность! Девушка и забыла о нем давно. Думала, и в самом деле, герцог оставил ее в покое, когда она так грубо отказала ему стать его женой “по-настоящему”. Но нет! Очевидно, он выбрал другую тактику, чтобы издеваться над ней! А может, хочет этим свиданием так "поблагодарить" ее за спасение своей жизни? Ей не нужны никакие благодарности! Просто пусть оставит ее в покое!
За окном давно наступила ночь, а Эмильетта лежала в постели и не могла уснуть. Все прокручивала содержание письма в своей голове и обдумывала каждое написанное слово. Нервное возмущение и эмоциональный всплеск сменились у нее на холодную ненависть и рациональное обдумывание своего поведения.
"Как же поступить?"- рассуждала она.
То, что Орельян едет в двенадцатой каюте, она знала уже давно. Хардьен обо всем рассказал. Рассказал и о том, что герцог преимущественно целыми днями читает книги, так же, как и Фабьян, делает физические упражнения (но не демонстрируя это напоказ) и упражняется в магических заклинаниях. И о том, что к нему подбивала клинья молодая барышня из двадцать третьего номера, но он сразу же ее отшил, заметив, что он женатый мужчина. И о том, что последние дни он ходит необычно задумчивый и мрачный…
"Наверное, обдумывал, как бы мне побольнее сделать, - думала Эмильетта. - Пожалуй, будет снова смотреть свысока, указывать на мое уродство, а сам будет рассматривать, как диковинную заморскую зверушку!”. Девушка вспомнила, как Орельян сказал ей, что она привлекательна, и предлагал стать любовницей на год. Да, именно любовницей, ибо ни о какой супружеской жизни и речи не было!
Вернется после года службы в столицу и женится на своей Манарелле! На той кривляке! Она же его "будет ждать"! И "любит"!
Еще долго Эмильетта вертелась в постели, но ее все-таки сморил сон, а может, и ритмичные движения и укачивание Качашика, который не останавливался ни на миг, все шел и шел своим привычным путем, неустанно приближаясь к пункту назначения: портальной станции у Защитного Канала.
Тревожный сон не удержал девушку в своих сетях надолго, и уже когда в окно первыми лучами засияло солнце, девушка была на ногах. Оделась быстро, накинула привычно вуаль, которую постоянно носила. Хоть и не встречалась с Орельяном, но решила придерживаться “вуальной” маскировки и в дальнейшем. И побежала к сестре. Разбудила Яретту, села возле нее на кровать и взволнованно рассказала ей о письме-приглашении, которое получила вечером. Не хотела вчера тревожить перед сном сестру, но сейчас нуждалась в совете, что же ей делать.
- Герцог Орельян приглашает тебя на свидание? - спросила задумчиво сестра. - Так это же хорошо, - она взглянула на Эмильетту серьезно. - Ты что, думаешь, я не видела, как ты на него смотрела тогда, на станции? Эми, он тебе нравится! Это шанс для вас обоих. Вы можете наладить отношения, встречаясь на таких свиданиях каждую неделю!
- Не говори глупостей! - резко вскочила на ноги Эмильетта. Подошла к окну. Небо было чистое, синее, солнце слепило глаза до слез. Или это были другие слезы? Девушка не знала. - Он ненавидит меня. Ну, может быть, после того, как я спасла ему жизнь, он мне и благодарен, но…
Эмильетта все-таки рассказала сестре о непристойном предложении герцога. Но Яретта не возмутилась, а опять начала гнуть свое:
- Вот, видишь! Он считает тебя привлекательной! Ведь так и есть! Ты очень красивая! Просто постоянная работа, недосыпание, плохое питание и бедная одежда делали тебя измученной, нервной и некрасивой, а вот сейчас... ты изменилась, Эми. Даже Орельян это заметил. Ты должна пойти на это свидание, но как королева! - сделала вывод сестра. - То есть, как герцогиня! А не как фиктивная жена! Ты должна еще больше понравиться своему мужу!
- Яра, я пришла спросить совета, а ты даешь совсем не те, на которые я рассчитывала, - вздохнула Эмильетта. - Зачем все это? Ведь через год все кончится! Он ненавидит меня, но предлагая стать женой по-настоящему, делает выгодно лишь для себя: будет любовница под боком на год. Да и типа "отблагодарит" таким образом меня за спасенную жизнь. Я не собираюсь ему нравиться!
- Ты спросила - я сказала! - возмутилась Яретта. - Никто тебя не тянет в постель! Думаю, Орельян не будет тебя ни в чем принуждать! Я вижу, что герцог не такой злой и плохой, каким хочет казаться! Такое впечатление, что он играет роль развращенного и напыщенного вельможи, а на самом деле совсем другой. Ты же слышала, как он относится к Хардьену! И спас ему жизнь! И от Проспера тебя защитил! Хардьен рассказал мне эту забавную историю! - улыбнулась сестра.
- Ах, не принуждает?! - воскликнула Эми. - А это что? "В случае несоблюдения вами условий договора, я вынужден буду удержать с вас один час вашей жизни, который компенсирует мне отсутствие свидания!",- прочитала она по бумажке, которую потом внезапно смяла и швырнула в угол комнаты. - Он шантажирует меня! Так ли поступают добрые люди? А магия?! Он одним касанием может заставить меня подчиниться ему! Это неправильно!
- Но ведь в брачном договоре так и написано - одно свидание в неделю! - возразила Яретта. - А сегодня седьмой день. Уже прошла неделя с того дня, когда вы поженились.
- Не я подписывала тот брачный контракт! - прошипела Эмильетта.
- Но ты оказалась на месте его жены! Стала действительно законной и официальной! Поэтому ... впрочем, как хочешь. Мой совет: иди на это свидание. Оденься, как герцогиня Эмильетта Санье Жофред, и покажи Орельяну, что ты настоящая леди!
Эмильетта вздохнула, отвернулась от окна, где мимо проплывали, покачиваясь, высокие скалы каких-то гор, и кивнула:
- Хорошо, я пойду, потому что не хочу терять один час жизни. Это же какое количество часов он насобирает себе за год! Каждую неделю по часу - минус..,- девушка быстро подсчитала. - В году пятьдесят два часа, а значит... Три дня и два часа! Кошмар! Каждый день важен! Я по трехдневнику тебе собираю на жизнь, а он!.. Слишком дорого они мне даются, эти часы! Только поэтому пойду! - и она сердито вышла из комнаты сестры.
В ее шкафу нашлось одно платье немножко лучше, чем те, которые она носила в последнее время. Из дорогой ткани, скромное, с небольшим декольте, но оно выгодно подчеркнуло привлекательную фигурку девушки. Раздраженно вздыхая и сердясь, Эмильетта надела платье, сделала прическу, и надев неизменную вуаль, точно в десять постучала в дверь каюты герцога Орельяна Санье Жофред, своего официального мужа...
Читать дальше https://dzen.ru/a/aBuh3cXXdBIs6K7U