Фёдор Хитрук был не просто режиссёром — он был великим сценаристом в мире мультипликации: точным, ироничным, философским. Для нас его мультфильмы кажутся не просто ностальгией. Это короткие притчи, рассказанные языком мягкого абсурда. Они объясняют детям устройство мира, а взрослым напоминают, как не потерять себя. И всё это — через простые реплики, рисунок и паузу. В этом и есть сила сценариста Хитрука, о которой сегодня в статье.
Как фронтовик с мягкой интонацией изменил советскую мультипликацию
Фёдор Хитрук долго не мог попасть на «Союзмультфильм» — в конце сороковых просто не было вакансий для новых художников-мультипликаторов. Но он пришёл в анимацию не из романтической мечты, а с фронта — со знанием, что сказка не обязана быть приторной.
«Ну да, я — ветеран Великой Отечественной войны, снял „Каникулы Бонифация“. Это очень понятно. После войны людям были нужны простые и весёлые истории», — вспоминал Хитрук.
Свой режиссёрский дебют он совершил поздно — в 43 года, короткометражкой «История одного преступления» (1962), после чего советская мультипликация уже не была прежней. До Хитрука она находилась под влиянием Диснея с его глянцевыми формами, романтикой и обязательной дидактикой. После него в мультфильмах появились ирония, выразительные паузы, тонкие психологические детали и внутренний конфликт. Хитрук оказался автором с удивительно широким диапазоном — как вспоминал режиссёр Эдуард Назаров, «он делал полярно противоположные фильмы — от нежной сказки „Топтыжка“ до сатиры „Человек в рамке“».
Сценарий «Истории одного преступления» был неожиданным и резким: скромный бухгалтер совершает преступление. Но Хитруку было интересно не само событие, а то, что к нему привело. Его герой — обычный человек, которого довели до отчаяния соседи, радио и бесконечный строительный перфоратор.
И он совершает преступление – выключает всё. Пять минут фильма — и перед нами точная притча о советском быте. Работа считается поворотной в советской анимации.
«Винни-Пух» как сценарное высказывание
— Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро!
Если пересматривать советского «Винни-Пуха» внимательно, становится ясно: это не адаптация. Это философская комедия. Винни Хитрука — не просто плюшевый друг, а настоящий логик-сюрреалист. Его мысли — как детские «почему», доведённые до предела.
В сцене с пчёлами медведь поднимается на шарике и размышляет вслух: «Зачем ты жужжишь, если ты не пчела?.. А если ты пчела, зачем тебе мёд?..» И вдруг — озарение: «Это неправильные пчёлы. И мёд у них неправильный». Каждая фраза — почти анекдот. Но за ней — суть: страх, абсурд, попытка понять мир. Как в Чехове — смешно, пока не узнаешь себя.
Озвучка Евгения Леонова родилась не с первого дубля. Хитрук не хотел натянутого мультяшного голоса. Тогда его запись ускорили в несколько раз — и появился Пух. Голос растерянного человека, который просто ищет мёд. И немного смысла.
Позже советский «Винни-Пух» стал настоящей классикой отечественной анимации — его цитируют до сих пор, а сам фильм принёс автору Государственную премию СССР в 1976 году. Признание он получил не только на родине: режиссёр диснеевской версии, Вольфганг Райтерманн, откровенно говорил, что больше по душе ему пришелся советский медвежонок.
«Каникулы!..» или цирк как притча о любви
— Покажешь фокус?
— Но я же на каникулах… — улыбается Бонифаций и делает трюк.
«Каникулы Бонифация» — мультфильм, который заставит смеяться даже без звука. Лев, уставший от цирка, приезжает к бабушке. Хочет отдыхать, купаться, лежать на шезлонге. Но дети не отпускают его. И он начинает показывать фокусы, потому что иначе не может.
В цирке он был вынужден играть роль: рычать, взрывать песок когтями, пугать зрителей, хотя сам боялся их не меньше. Он уставал. А на каникулах в Африке, пытаясь утешить расплакавшуюся девочку, он впервые показывает номер, в котором нет ни страха, ни злости. Только мягкость, доброта, внимание — и свобода быть собой. Этот жест становится началом цепной реакции: к девочке тянутся другие дети, и вот уже перед ним не толпа малышей, которым он нужен — не как зрелище, а как доброе создание.
Сценарий здесь строится не на действии, а на внутренней трансформации. Бонифаций — герой, который говорит мало, но каждое его движение рассказывает о выборе. Улыбка. Поворот головы. Тихое согласие. Это больше, чем текст.
Закадровый голос — почти наблюдение: «И тогда Бонифаций понял…». Сама история полноценна и не требует объяснений.
Мультфильм как язык взрослого диалога
Помимо ярких детских историй Фёдор Хитрук обращается к сложной и взрослой тематике — в его работах появляется ирония над реальностью и глубокий подтекст, понятный взрослым зрителям. В ленте «Фильм, фильм, фильм» (1968) режиссёр сатирически показывает изнанку кинопроизводства: бюрократию, творческие метания и абсурдные ситуации, скрытые от зрительских глаз. Философская короткометражка «Остров» (1973) становится притчей о природе одиночества, эгоизма и человеческих страхов и приносит Хитруку «Золотую пальмовую ветвь» Каннского фестиваля. Через год в Каннах специальным призом отмечают его тонкую, метафоричную работу «Дарю тебе звезду» (1974) — рассказ о бессмысленной погоне за иллюзорными идеалами и о том, что счастье всегда ближе, чем кажется.
Будучи мастером, в 1993 году Хитрук вместе с Норштейном, Назаровым и Хржановским основал студию «ШАР». Это была не просто школа рисования, а настоящая школа мышления, где учили видеть, писать и мыслить.
За всю жизнь он снял меньше десятка короткометражек. Но каждая — как письмо, которое не устареет. Сегодня, когда мы слышим:
— Это неправильные пчёлы…
Мы улыбаемся. Потому что за этой фразой — целый сценарий нашей доброй памяти. И человек, который знал, как написать её так, чтобы её запомнили.