Тропа начинается у самого края холста, как будто зрителю предлагается не только наблюдать, но и пройтись по этому прибрежному пути — в туман, вглубь леса, туда, где граница между мирами кажется особенно тонкой. Этот путь едва различим, словно затерян в густой, некошеной траве. Трава по обе стороны тропинки полна дикой жизни. Здесь цветёт то, что растёт без присмотра: луговые травы, высокие стебли с мелкими лепестками, белые, розовые, алые цветы — они не броские, но именно в этом их сила. Между ними заметны тонкие паутинки и влажные капли, которые, скорее всего, оставил утренний туман. Особое внимание привлекают те цветы, что ближе всего к зрителю — несколько крупных белых и малиновых бутонов справа. Они выделяются на фоне остальной растительности, и кажется, будто они специально оставлены здесь, чтобы обозначить начало пути. Дальше, по мере удаления тропы вглубь картины, цвета начинают гаснуть. Природа всё ещё присутствует, но она уже не такая яркая. Впереди — лес, тёмный и густой, б