Эх, ребятки, вот сижу я, дед Матвей, в своей хате, самовар попыхивает, а в голове — каша от новостей! Слыхали, что в Тобольске бородатый таксист, Саид-Ахмед Израилов, к ветерану с пистолетом полез, а суд ему всего год и десять месяцев дал? Я, как про это услыхал, за голову схватился — это ж что творится, а? Человек Родину защищал, а этот, видать, решил себя царём дорог показать, да еще хвастался, что за 50 тысяч откупится.
Прогулка, что обернулась кошмаром
Дело было в ноябре 2024-го, в Тобольске. Парень, ветеран, что с передовой вернулся, с сестрой своей в кафе посидел, песни попел, чайку попил. Решили они до дома пешком прогуляться, благо недалеко. А тут, как чёрт из табакерки, подкатывает черный «Ниссан» — такси, а за рулем бородач, Саид-Ахмед Израилов, 46 лет, из Грозного родом. Улыбается, мол, давайте, ребята, подвезу с ветерком, чего ноги топтать? Ну, они и согласились, сели: ветеран спереди, сестра сзади. Кто ж знал, что этот «ветерок» в триллер превратится?
В салоне, как водится, разговорились. Парень, видать, упомянул, что с фронта, Родину защищал. И тут Саида будто подменили. Глаза горят, борода топорщится, как у кота перед дракой. Выхватил он пистолет — здоровый, блестящий, будто из боевика стащил — и к виску парня приставил. «Что мешает мне тебя убить? Я таких, как ты, в Сирии по контракту мочил!» — орет, а сам слюной брызжет. Сестра на заднем сиденье, бедняжка, от страха онемела, но телефон достала и давай снимать. Руки трясутся, а она снимает, молодец, не растерялась. Видео потом в соцсети попало, и начался переполох.
Пистолет у виска и простатит в придачу
А теперь, ребятки, держитесь за стулья, потому что цирк только начинается. Саид, видать, решил, что он не просто таксист, а герой боевика. Пистолет к виску жмет, орет про Сирию, про контракты, а потом — вы не поверите — начинает рассказывать, как он простатит током лечил! Мол, прибор специальный купил, втыкает куда надо, разряды пускает, и всё, здоров как бык. И это он всё на полном серьезе, с пистолетом в руке! Ветеран, говорят, аж опешил: то ли бояться, то ли ржать. Сестра на видео, поди, еле дышала, а Саид знай себе трещит про свои болячки, будто на приеме у уролога.
Но вот что интересно: на курок он не нажал. И знаете почему? «Салон марать не хочу!» — заявил он, будто машина у него — дворец, а не старый «Ниссан» с пятнами кофе на сиденьях. Ветеран, видать, слова подобрал, начал его успокаивать, мол, брат, давай без глупостей. Саид пистолет убрал, но напоследок еще разок пригрозил: «Только пикни в полицию, я за 50 тысяч откуплюсь, у меня связи!» И ведь, шельмец, не врал, как оказалось.
Допрос: наглость без границ
Полиция Саида, конечно, повязала. Видео-то в соцсетях разлетелось, как семечки на базаре. На допросе он, бородач наш, вёл себя, будто царь горы. Сидит, ухмыляется, бороду теребит, будто в театре на премьере. «Угроза? Да какая угроза? Я просто пошутил, пистолет игрушечный, ха-ха!» — заявил он, а сам глазами зыркает, ищет, к кому бы подкатить. Полицейские, говорят, аж побагровели: шутки, значит? А то, что парень с передовой чуть в обморок не хлопнулся, это, видать, тоже шутка?
А еще, говорят, Саид на допросе начал про свои «подвиги» в Сирии рассказывать. Мол, он там по контракту воевал, ордена чуть ли не мешками домой таскал. Правда, когда попросили документы показать, он сразу в кусты — мол, потерял, украли, собака съела. Ветеран, что в кафе с ним сидел, потом друзьям говорил: «Я на фронте под обстрелами был, а тут таксист с пистолетом — ну чисто комедия, если б не страшно». А сестра его, бедняжка, после той поездки неделю спать не могла, всё пистолет этот перед глазами маячил.
Суд: год и десять месяцев за пистолет?
В Тобольском суде, где дело разбирали, народу набилось — как на ярмарке. Журналисты, соседи, друзья ветерана, даже пара местных бабок с семечками припёрлись. Саид в клетке сидит, в свитере мятом, бороду теребит, а глаза бегают, будто выход ищет. Адвокат его, лощеный, с часами за полмиллиона, талдычит: «Мой подзащитный не хотел убивать, это просто угроза, максимум два года!» Прокурор, мужик суровый, как мой покойный тесть, в ответ гремит: «Покушение на убийство, от шести до пятнадцати лет!» А судья, женщина лет пятидесяти, в очках с золотой оправой, сидит, бумаги листает, будто роман читает.
И вот зачитывают приговор. Я, дед Матвей, как услыхал, чуть самовар не опрокинул! Год и десять месяцев колонии, да еще 80 тысяч рублей штрафа за моральный вред. Год и десять! За то, что пистолет к виску приставил, ветерана унизил, да еще хвастался, что откупится! Саид, говорят, в клетке аж просиял, бороду погладил, будто ему орден вручили. Адвокат его хлопает по плечу, мол, нормально отделались. А ветеран с сестрой сидят, лица белые, как мел. Сестра, говорят, шептала: «Это что, теперь он через год выйдет и опять таксовать пойдет?»
Откуп за 50 тысяч: пророчество сбылось?
А знаете, что меня, старика, больше всего добило? Саид ведь в машине хвастался, что за 50 тысяч откупится. И, поди ж ты, почти угадал! Ну, 80 тысяч штрафа, плюс адвокату, поди, еще сотню заплатил, но ведь не 15 лет, как могли дать! В зале суда, говорят, гул стоял, как на базаре. Друзья ветерана орали: «Где справедливость?» Одна женщина, подруга сестры, чуть сумкой судью не запустила, еле успокоили. А Саид только ухмылялся, будто знал, что его связи вытянут.
Говорят, он на суде еще пытался ветерана «пристыдить». Мол, ты, парень, на фронте был, а из-за меня в полицию побежал, не по-мужски это. Ветеран, говорят, только зубы сжал, а сестра его вскочила и крикнула: «Ты бы лучше за простатит свой переживал, а не за нашу честь!» Зал хохотал, а Саид, видать, покраснел, хоть под бородой не разглядишь.
Эхо скандала и другие бородачи
А потом, ребятки, я еще истории услыхал, от которых совсем в недоумении. В Казани, говорят, две девчонки из такси выпрыгивали, потому что бородатый водитель их в лес увезти хотел. Полиция, видать, трубку не брала, пока девчонки сами не спаслись. А когда того бородача поймали, менты заявили: «Дело не заведем, дружбу народов бережем». В Токсово, под Питером, другой таксист, узбек, вдову офицера домогаться начал, мол, плати натурой или убью. И что? Власти на вдову наехали, мол, сама виновата, нечего юбки короткие носить.