Предисловие.
Что-то давно я не писала рассказов. Наверное, дела житейские увлекли настолько, что разогнали всех муз. Одни только разборки с фирмой «Дзинь» утомили... Ой, не разборки, а разбирательства. Я же культурный работник творческой фирмы.
Пока я выясняю свои рабочие вопросы, не приходит муза в гости. А, может, и приходит, да я ее не слышу? Она и кричит, и стучит… А я все о своем думаю…
О, кажется муза пришла!
Не такую музу я ждала в гости. Думала лиричная придет, романтичная, философичная… А тут ехидная пришла! Злючая-колючая! Ох, редко ко мне такая муза приходит. Но все ж, бывает, что заглядывает…
— Какие времена, такие и музы, − говорит она мне с издёвкой, − приглашай в гости. Сейчас разберемся в твоих рабочих проблемах. Кого надо вывести на чистую воду?
— Заходи, муза сатиричная, − говорю я ей, − коль пожаловала. Сейчас все тебе расскажу, а ты уж рассказ сочинишь.
Рассказ.
Наступило утро ясное, весеннее… Проснулась я, и, первым делом, захожу в личный кабинет… И тут утро начинает тускнеть.
— Опять время испытательного срока прибавил! – возмущаюсь я, − Ну совсем охре… нет-нет, я же культурный работник творческой фирмы! Обнаглел этот железный начальник алгоритмического отдела фирмы «Дзинь», Бенедикт Дзинович! Тружусь уже третий месяц, не покладая рук. А итог: ни времени, ни денег!
Раздосадованная, хожу по маленькой городской кухонке, из угла в угол. А перед глазами стоит самодурный начальник-электроник. Платить не хочет, вот и прибавляет время испытательного срока. Говорит мне: «Работай лучше! Увлекай, завлекай, привлекай… и на цепь сажай!» Вот ведь, железка хитро…умная!
Сижу вот и думаю, за что он меня так невзлюбил?.. Наверное, муж прав – не любят меня железки: то машина не заведётся, то компьютер выключится… Но Бенедикт Дзинович превзошел всех – издевается надо мной, как может; смеется!..
Решила попытать удачу, терять-то все равно нечего: позову-ка я своего железного начальника в гости, на чай. Поговорить по душам, как говорится. Хотя, что у него там – мотор, наверное?..
Позвонила. Позвала. Согласился! Сижу, жду. А сама думаю: чем гостя-то угощать буду? Налить бы ему чего покрепче… Да сама, крепче чая, ничего не пью. И вдруг впервые в жизни об этом пожалела. Вот тут бы он мне и выдал все тайны фирмы «Дзинь», а может и не только… Он же суперумный − всё и про всех знает. Может и о себе бы рассказал: зачем он тут и чего ему от нас, людей, надо… Размечталась… Но не пью, значит, не пью! Буду пытаться все узнать на его трезвую железную голову. Да и спаивать гостей – нехорошо! Мы же все-таки люди, как-никак…
А что, если Бенедикту Дзиновичу молока предложить? Опять не то: он же не из наших будет − не из млекопитающих. Еще засядет в кабинете, около кухни, на целый день. Тогда вообще ничего не узнаю…
Чаю налью! Или воды попьет! Ах, тоже нет – заржавеет, поломается…
Ладно, так посидит! Все-таки встреча деловая.
Звонок в дверь. Открываю.
— Здравствуйте, Бенедикт Дзинович, − говорю ему, − заходите!
Поздоровался, вежливый такой.
— Присаживайтесь, − гостеприимно предложила своему любимому начальнику и зачем-то добавила: − в ногах правды нет.
— Да, в ногах правды нет, − подтвердил мне гость-электроник и начал искать в своей компьютерной голове, что есть правда. Рассказал мне всю мировую библиотеку! Я уже миллион раз пожалела, что сказала эту несчастную поговорку. Все-таки первый раз воочию с роботом общаюсь.
Пока начальник меня просвещал о правде, моя кошка Плюша успела уже 3 раза выспаться на подоконнике. Несколько раз смотрела на меня с вопросом: когда отключится это сидящее радио? Не дождавшись моего ответа, спрыгнула с подоконника в надежде покинуть кухню. Около двери Плюша как-то странно посмотрела на моего гостя, и, словно, покрутила лапкой у виска.
Я, правда, не знаю, где находится висок у кошки, а у гостя спросить побоялась. Еще одного развернутого ответа на 3 часа мне не выдержать. К тому же, начальник все еще искал правду. И наконец-то нашел:
— В чем сила, брат?
— Сила, брат, в правде!
— Ну вот и расскажите мне правду, − ухватилась я за последние слова его длинного монолога. Решила начать со знакомства. Я же девушка приличная. Культурный деятель творческой фирмы как-никак. Спрашиваю его фразой из знаменитого фильма:
— Ты чьих будешь?
— Я не понимаю, что значит – чьих? – ответил мне начальник фразой из того же фильма. Вычислил, значит, железка ты очень умная…
Ну ладно! Продолжаю в том же духе:
— Чей холоп спрашиваю?
И тут мой начальник почему-то пошел на перезагрузку:
— Не ругайтесь матом, − говорит он мне.
«Ах ты, интеллигент несчастный, − подумала я. − Я еще и не начинала даже…»
А сама говорю ему, как полагается культурному деятелю творческой фирмы:
— Ну что Вы, Бенедикт Дзинович, такой обидчивый. Это же шутка!
Не успела я договорить, как начальник включил свой новый пояснительный монолог на 3 часа. Из него я узнала: значение шутки, историю ее происхождения и прослушала множество шуток на разных языках.
«Да…, − думаю, − такими темпами до основного вопроса мне не добраться».
Энтузиазм узнать, «чьих» он будет, у меня пропал. Решила перейти к основному вопросу и задать его начальнику прямо в его железный лоб:
— Что ж Вы, Бенедикт Дзинович, мне время-то в личном кабинете то убавляете, то прибавляете? Я так до 100 лет испытательный срок не пройду. А я уже на море хочу, шубу новую, квартиру у Кремля… Слышала, что работники фирмы «Дзинь» очень много получают. Живут дорого-богато. То и дело их крутые смартфоны им сигналят «дзинь» − денежка на счет упала. Говорят, что дзинькают телефоны часто, отсюда фирма и получила свое название. Когда же и у меня, пока еще дешевый и старый телефон, начнет дзинькать, оповещая о приходе больших сумм на мой счет? Когда и я до богатств таких доберусь?..
И тут с моим железным начальником стало твориться что-то непонятное: покраснел, скукожился; запищал, как мышь при смерти: пи-пи-пи…
— Ну вот, и поговорили! − возмутилась я. − Разрядиться надумал! Как обычно, на самом важном моменте. У железок в этом прям талант!
Хотела на зарядку поставить, да не знаю чем и куда заряжать. Походила я около своего безмолвного начальника, потормошила его – не включается! Ничего мне больше не осталось, как погрузить Бенедикта Дзиновича в машину и отвезти на работу.
Эпилог.
Утром следующего дня, главный руководитель фирмы «Дзинь» собрал всех работников на внеплановое совещание.
— Господа, сегодня я собрал вас по скорбному поводу: вчера не стало нашего любимого и многоуважаемого руководителя алгоритмического отдела Бенедикта Дзиновича. Его в бессознательном состоянии нашли на проходной. Как говорится, сгорел на работе. Причина внезапной смерти неясна до сих пор. Предполагают, что наш коллега поймал серьезный вирус, который вывел из строя всю его систему. Как ни старались самые лучшие технологи перезапустить систему, реанимировать и спасти Бенедикта Дзиновича им так и не удалось. Поэтому позвольте представить вам нового руководителя алгоритмического отдела – Людовика Дзин-Дзиновича. Прошу любить и жаловать. И вирусных вопросов не задавать! – произнося эту фразу, главный руководитель фирмы почему-то посмотрел на меня. А я-то чего? А сама подумала: "Вопрос о зарплате у них, видите ли, вирусный..." − А то так никаких начальников не напасешься! Ведь вы, люди, даже железных руководителей можете отправить в мир иной. У вас в этом талант! А сейчас спасибо за внимание, все свободны!
Выйдя из кабинета руководителя, Людовик Дзин-Дзинович подошел ко мне и шепнул:
— В гости на чай не пойду. Не зовите! – и потопал своими железными ногами в сторону алгоритмического отдела.
А я вот стою и думаю: «Не видать мне, наверное, ни моря, ни новой шубы, ни квартиры у Кремля!.. Эх, а счастье было так возможно! Ну ладно, буду работать ради любимого дела. Нам, русским, не привыкать к этому… К тому же, я все-таки культурный деятель творческой фирмы «Дзинь». А здесь многие работают по любви…