Начало рассказа:
Я держала в руках торт, который испекла сама, и букет роз для его мамы. Мы с Андреем встречались почти год, и вот, наконец, он пригласил меня к себе домой, познакомиться с родителями.
— Они простые, добрые люди, — уверял он. — Мама будет в восторге, а отец… ну, он строгий, но справедливый. Тебе он точно понравится.
Я нервничала, но была уверена: всё пройдёт хорошо. Мы приехали на такси, Андрей вышел первым, чтобы помочь мне выйти.
— Ты иди, я пока расплачусь, — сказал он.
Я подошла к двери, позвонила. Через несколько секунд она открылась.
И я остолбенела.
Передо мной стоял... мой отец. Тот самый, которого мы похоронили шестнадцать лет назад. Он постарел, но я бы узнала его в любом обличье. Та же родинка под глазом. Та же морщина на лбу. И тот же взгляд — строгий, пронизывающий, родной.
— Оля? — удивлённо сказал он. — Это ты?
Оля? — повторил мужчина. — Это действительно ты?
Я не могла пошевелиться. Сердце замерло, ладони вспотели, дыхание сбилось.
— Папа? — прошептала я. — Но... ты умер. Мы... мы хоронили тебя. Я… видела гроб. Видела, как тебя опускали в землю.
Мужчина побледнел. Он смотрел на меня с ужасом и… какой-то тоской.
— Оля… подожди, зайди, пожалуйста, внутрь…
Он отступил в сторону. Механически я переступила порог. Мой жених, Андрей, подбежал, весело говоря:
— Ну что, нашла вход? Мам, пап, знакомьтесь — это моя Оля.
Он остановился, заметив моё лицо. Я стояла, как статуя, бледная, с дрожащими губами.
— Андрей… это твой… отец? — спросила я, не узнавая собственный голос.
— Конечно. А что?.. Всё нормально?
Я не ответила. В голове звенело. Мужчина, стоящий передо мной, был точной копией моего отца. Лицо, жесты, даже тембр голоса. Но ведь мой отец умер… или?
Прошлое
Мне было девять, когда нам сообщили о его смерти. Мама была в слезах, я не понимала тогда, что произошло. Сказали — авария. Грузовик, трасса, моментальная смерть. Тело в закрытом гробу. Мама запретила мне прощаться, сказав, что я слишком мала. Похороны прошли быстро. Мы переехали, сменили фамилию. Мама замкнулась, больше никогда не говорила о нём.
Настоящее
Я села на диван. Андрей ушёл звать маму, а я осталась наедине с человеком, которого звала когда-то «папа».
— Кто вы? — прошептала я.
Он тяжело вздохнул.
— Меня зовут Виктор. Да, раньше я был твоим отцом. Но… я не умер.
— ЧТО?!
— Меня заставили исчезнуть. Твоя мать… она узнала то, что разрушило её доверие. И она не простила.
— Что? О чём вы говорите?
— Это долгая история, — он закрыл лицо руками. — Я не знаю, как начать. Просто знай: я не бросал тебя. Я искал вас. Но она всё сделала, чтобы ты поверила, что я мёртв.
В этот момент вошла женщина.
— Витя, кто к нам… — она остановилась. — Оля?
Женщина была красивой, ухоженной, с умными глазами.
— Ты… — она замерла, поняв. — Ты — дочь Виктора?
— Вы знали? — прошептала я.
Она медленно села.
— Я знала, что у него была семья… до нас. Но он сказал, что она ушла. Что ребёнок пропал. Мы пытались найти… но всё было стерто.
Я резко встала.
— Он бросил нас. А теперь я узнаю, что он жив, что он ВАШ муж… и что мой парень — его сын?!
Андрей вошёл.
— Подождите. Что вы сказали?
— Андрей… — мужчина встал. — Мы должны поговорить. Серьёзно. Очень серьёзно.
Правда
Оказалось, что Андрей мне не родной брат. Его мать вышла замуж за Виктора спустя годы. Он не знал, что Виктор когда-то был женат и у него была дочь. Андрей приёмный сын этой женщины, он появился позже. Родства у нас не было. Но это был не конец шока.
Виктор рассказал мне всё:
— Я был в долгах. Угрожали тебе, твоей маме. Тогда я согласился «исчезнуть». Поставили сцену аварии. Твоя мать знала. Она решила — лучше мёртвый отец, чем живой и опасный. Я хотел вернуться. Но она… она скрылась с тобой. Сменили имена. Всё. Я искал… искал, но не нашёл.
Он плакал. Настоящий взрослый мужчина. Мой отец.
— Ты прости меня, доченька. Если сможешь…
Я сидела, опустив голову. Всё внутри кричало. Годы лжи, одиночества, боли.
Но я подняла взгляд.
— Я не знаю, смогу ли простить. Но я… я рада, что ты жив.
Он подошёл, обнял меня. Впервые за двадцать лет я снова почувствовала папины объятия.
Финал
Свадьба с Андреем всё-таки состоялась. Его мама стала для меня поддержкой, а отец — медленно, шаг за шагом — возвращался в мою жизнь.
Однажды я подошла к его дому, взяла старое фото из детства, где он держит меня на руках.
— Пап, можно, я повешу его здесь?
Он кивнул, глотая слёзы.
— Конечно, доченька. Теперь мы снова семья.