Виктор Николаевич Баранец, уважаемый журналист Российской Федерации, неоднократно встречался и общался с Дмитрием Тимофеевичем Язовым. О последнем маршале Советского Союза обозреватель "Комсомольской правды" писал часто и отзывался о нем с большой теплотой. Последнее интервью, приуроченное к девяносто пятой годовщине Дмитрия Тимофеевича, было взято у маршала осенью 2019 года, незадолго до его ухода из жизни. Виктор Баранец отметил, что интервью получилось чрезвычайно искренним:
"Я хочу хотя бы раз дать интервью, не чувствуя давления звания. Поскольку военный человек, по определению, должен быть патриотом и не вмешиваться в политические споры. Тем более, что я бывший министр обороны, и многое знаю", - передал журналист его слова.
В дополнение к рассказу о некоторых фактах из биографии и самым ярким воспоминаниям о войне, маршал выразил свое мнение о ряде высокопоставленных руководителей страны и дал оценку проводимой политике. Его характеристики не всегда были положительными, часто они были довольно резкими и, по мнению Баранца, "чрезвычайно критичными".
После обработки материала для публикации журналист принес текст интервью на утверждение. Язов оставил его у себя на несколько дней, а затем вернул в сильно сокращенном виде, вычеркнув некоторые абзацы. На просьбы и уговоры Баранца не убирать острые моменты он ответил просто:
"Опубликуйте после моей кончины… Сейчас я промолчу о некоторых моментах и людях. Возникнут споры, обиды. А я не в том состоянии, чтобы участвовать в дискуссиях".
Виктор Николаевич сдержал свое обещание и опубликовал полный текст через некоторое время после смерти Дмитрия Тимофеевича в феврале 2020 года. О чем же они говорили во время этого последнего интервью? Мы рассмотрим четыре основных момента.
№4 Самые яркие воспоминания остались от войны
Дмитрий Язов добровольно ушел на войну в ноябре 1941 года, приписав себе год, чтобы его взяли в Красную армию. После окончания военного училища в августе 1942 года он попал на Волховский фронт.
Он запомнил, как в первый же день его прибытия в боевую часть в качестве новоиспеченного офицера перед строем расстреляли младшего лейтенанта за трусость. Он сбежал с позиций во время атаки немцев, бросив свой взвод. Солдаты выстояли без него, а он попал под трибунал.
Он рассказал о своем первом бое, в котором был ранен. Однако после возвращения из госпиталя вместо положенного отпуска ему пришлось принять роту и снова идти в бой.
Язов защищал Ленинград, во время прорыва блокады был ранен во второй раз. Он воевал в Прибалтике, участвовал в блокаде Курляндской группировки. Он был награжден орденом Красной Звезды. Самым счастливым днем в своей жизни он считает День Победы.
№3 Мнение о Жукове и Сталине
Язов начал уважать маршала Жукова еще на фронте. По его мнению, Жуков всегда справлялся с поставленными задачами. В окопах говорили, что там, где появляется Жуков, всегда победа. После войны уважение только возросло. Язов крайне негативно относится к книгам писателей-фронтовиков, критикующих Жукова, появившимся в постперестроечное время, считая, что они просто не имеют права рассуждать о стратегических вопросах "со своей незначительной позиции".
"Нельзя говорить о такой гигантской фигуре, как Жуков: "Мясник… Большие потери"… А что, бывают войны без человеческих потерь? "Жуков воевал бездарно". Если Жуков воевал против Гитлера так бездарно, то почему Жуков над Рейхстагом, а не Гитлер над Кремлем водрузил победный флаг?" - спрашивает Язов.
Что касается Сталина, то для него, как для фронтовика, понятия Родина и Сталин неразделимы. Язов считает, что второго такого стратега, дипломата и политика в мире просто не существовало. Да, у него были ошибки, но даже за самые жестокие из них Дмитрий Тимофеевич не перестал его уважать. Он оправдывает даже репрессии, считая, что другого выхода просто не было. По поводу диаметрально противоположных мнений о вожде, появляющихся в мемуарах высших военачальников, Язов заметил:
"Вероятно, я тоже не могу быть объективным. Потому что я вижу его заслуги перед страной и народом больше, чем просчеты… Сталин действовал по законам политической борьбы. На кону стояла жизнь государства. И его нужно было спасать от врагов. Термин "враги народа" появился в результате политической горячки. В то непростое время было очень сложно отделить политическую гниль от здоровых корней общества…", - сказал маршал журналисту.
№2 О Горбачеве и Ельцине
Маршал Язов отозвался о Горбачеве в негативном ключе. Он был против его необдуманных решений. Он не понимал смысла горбачевской "перестройки", и, на его взгляд, она больше походила на предательство. Язов был против слишком быстрых темпов вывода советских войск из Европы. Он считал преступным идти на поводу у американцев и ликвидировать прекрасные ракеты, да еще и в таком широком ассортименте.
Язов считал создание государства из союзных государств полнейшей глупостью. Невозможно иметь общесоюзную армию, каждый президент захочет свою. То же самое произойдет с пограничными войсками, потом появятся свои законы, которые будут трактоваться выше союзных. В итоге так и произошло, страна развалилась. Общее резюме о первом и последнем президенте СССР:
"Это недостаточно зрелый человек, чтобы руководить таким государством. Наше государство очень сложное, столько национальностей, такая большая армия была, такая большая территория. Ну, не дано было человеку руководить таким государством", - дал жесткую характеристику маршал.
Дмитрий Тимофеевич относился к Ельцину еще хуже, считая его карьеристом, который думает не о стране, а о том, как самому пробиться к власти и удержать ее. По мнению Язова, он не имел ни малейшего представления о стране, которой взялся руководить. Чтобы удержаться наверху, он творил чудеса. Как только кресло начинало шататься, он сразу трезвел и шел на все, не боялся даже крови.
№1 Самый стыдный поступок
На вопрос журналиста о том, какой поступок в своей жизни маршал считает самым постыдным, Язов снова вспомнил войну:
"Мы вырвались из окружения в свой тыл, и я увидел там бойцов, у которых щеки расперло шире касок. И я крикнул им: "Откуда такие рожи раскормленные?!" Один из них, старый рядовой, шатаясь, подошел ко мне, юному офицеру, и сказал: "Сынок, у нас опухшие от голода лица. Мы полторы недели сражались в окружении". Я извинился, но мне до сих пор стыдно за те слова…" - признался ветеран.
А вот в ГКЧП Язов принял участие вполне осознанно. Он осознал угрозу распада страны, которую защищал на фронте. За ее сохранение проголосовали на референдуме почти три четверти избирателей. Поэтому он считает, что перед народом его совесть чиста.
День, когда его арестовали за участие в путче и обвинили в измене Родине, он считает самым худшим днем в своей жизни. Тем не менее, если бы август 1991 года повторился, он поступил бы точно так же, только еще решительнее.