Философский русский рэп

Философский русский рэп

Моя великая (и поэтому, наверное, неосуществимая) мечта – это синтезировать русский рэп и русскую философию. Мне кажется, рэпу ещё предстоит пройти путь интеллектуального признания, который прошёл рок. Сегодня интеллектуал может слушать Пинк Флойд или разного рода мат-рок и не слушать Бетховена или Рахманинова – и всё равно общество будет считать, что у этого человека есть вкус. При этом вряд ли сегодня можно назвать какого-то рэпера как своего любимого исполнителя и считаться при этом знатоком современной культуры.

Мне возразят: но ведь был баттл Оксимирона (иноагента) и Гнойного, за которым следила больша‌я часть отечественной интеллигенции – Оксимирон и стал фигурой, примирившей интеллектуальную культуру и рэп. На что я отвечу: Оксимирон – это плохая кандидатура для роли интеллектуального рэп-миротворца, он морально устарел, оставшись в глубине 2010-х. Я бы даже заострил мой тезис так: интеллигенция в очередной раз совершила неправильный моральный выбор, отдав предпочтение Оксимирону, а не Славе КПСС. Здесь очевиден конфликт интеллигенции и пролетариата, потому что пролетариат (и деклассированные элементы в виде школьников), который был основной аудиторией баттлов, болел именно за Славу. Оксимирон заставил следить за баттлами аудиторию, на которую этот вид творчества не был рассчитан, привнеся тем самым множество инородных (гетерогенных в терминах Батая) элементов в соответствующую среду. Но изнутри этой среды было очевидно, что фаворитом являлся Слава, потому что он органичен этой культуре. Оксимирон же сделал ставку на книги – литературность – и проиграл.

Отсюда я делаю следующий вывод: необходимо искать философское содержание в нефилософском (по крайней мере, на первый взгляд) рэпе. Есть совершенно дурацкое понятие «умного рэпа», ярким представителем которого и является и Оксимирон. «Умным» этот рэп делает постоянный неймдроппинг известных фамилий писателей и философов. Читать их при этом, конечно, автору совсем не обязательно. Примером же философского, а не «умного» рэпа будет как раз Слава КПСС. Достаточно посмотреть на его трек «Я убью себя», который открывает следующими строками: «Я убью себя, когда выпадет снег / Андрей Замай мне сказал, что единого нет». Здесь очевидна отсылка на «Парменид» Платона. Славе при этом совершенно не требуется упоминать имя самого Платона.

В рэпе есть определённый план имманенции – его собственное содержание, которое присуще исключительно рэпу и не выходит за его пределы. Оксимирон не вписывается в этот план имманенции, протаскивая контрабандой своё университетское образование. Слава КПСС же абсолютно органичен русскому рэпу – это и позволяет ему делать философские отсылки так, чтобы они не были заигрыванием с интеллигенцией.

Также я утверждаю, что «умный» рэп и философский рэп – это два непересекающихся множества. «Умный» рэп - это, например, ATL и Луперкаль, которые совершают ту же ошибку Оксимирона. На грани «умного» и философского рэпа находится группа «макулатура», которая с завидной частотой занимается интеллектуальным неймдроппингом, при этом удерживаясь в рэперском плане имманенции. Другой пример философского рэпа – это покойный Паша Техник, которого точно нельзя отнести к «умному» рэпу, что не мешает ему раскрывать определённую антропологическую истину о человеке нашего времени в своём творчестве. К этой же категории относится Крип-а-Крип, который сейчас переживает свой личный Ренессанс.

Есть и другая сторона дела – рэп, которые не является ни «умным», ни философским. Это – попса. Отчётливо видно это на примере старой школы. Баста – это попса, чистый симулякр, означающее без означаемого. При этом Гуф – это философский рэп, из которого мы с ясностью можем выявлять философские содержания.

Культурная задача интеллектуала в наши тёмные двадцатые заключается в том, чтобы отличать зёрна от плевел. Нам необходимо учиться на ошибках прошлого и не дать обмануть себя снова: ведь если кто-то упоминает в треке Франциска Ассизского или Отто Вайнингера, это ещё не значит, что данный автор способен на какое-либо философское высказывание.