Ленинград за 872 дня стал городом, в котором каждый день люди боролись за жизнь. Бок о бок с военными и врачами работали фармацевты и провизоры. Аптеки под не заканчивающимися артобстрелами были островками надежды, куда люди приходили не только за лекарством, но, и чтобы просто погреться. Подвиг аптечных работников – это про мужество, изобретательность и человечность. Подробнее – в статье медицинского института РУДН.
О блокаде
Блокада Ленинграда длилась 872 дня – с 8 сентября 1941 года по 27 января 1944-го. Единственный путь сообщения с городом – Ладожское озеро, которое постоянно подвергалось артобстрелам противника. Пропускная способность этой транспортной артерии не соответствовала потребностям города.
В городе вскоре начался голод. Среди населения, особенно у детей, фиксировали массовые случаи заболевания алиментарной дистрофией –тяжёлой формы белково-энергетической недостаточности. Если в ноябре 1941-го число заболевших составляло 20% от общего числа больных, то в 1942-м – уже более 80%.
С марта 1942 года в несколько раз увеличилось количество заболевших цингой, различного рода авитаминозами, туберкулезом, а также психическими и инфекционными болезнями – сыпным тифом, дизентерией и инфекционным гепатитом.
По разным оценкам за годы блокады погибло от 300 тысяч до 1,5 млн человек. На Нюрнбергском процессе фигурировало число 632 тысяч человек. Из них только 3% погибли от бомбёжек и артобстрелов, остальные 97% умерли от голода.
Из 101 аптеки до войны во время блокады работало 58
Ни на день не прекращали работу аптека Пеля на 7 линии Васильевского острова; аптека на улице Гороховой, 24; аптека №6 на Невском проспекте, 22 и многие другие.
Так описывал работавшую во время блокады аптеку Пеля Вадим Шефнер, советский писатель и журналист в повести «Сестра печали»:
«Я заглянул в стеклянную дверь – в аптеке стояла тьма из-за заколоченных окон, но кто-то в шубе с серым платком на голове стоял за прилавком возле горящей керосиновой лампы».
Когда 1 декабря 1942 года основные фармпредприятия Ленинграда были законсервированы, в помещениях Центрального аптечного склада установили бинторезный агрегат, таблеточную машину и 3 перколятора – процеживателя цилиндрической или конусообразной формы. На складе начали производить некоторые лекарства и перевязочные материалы. Так, в 1942-м из 25 тонн мха-сфагнума, который поставил трест «Ленсельхозторф» сотрудники склада изготовили 300 тысяч перевязочных пакетов.
Аптеки тогда освещалась коптилками, керосиновыми лампами. Электричества не было, окна заколочены. В аптеке всегда было темно.
Аптекари вручную делали лекарства, оказывали первую помощь пострадавшим и спасали от голода и усталости
В аптеках делались растворы, мази, фасовались порошки. Рутинная, но требующая внимательности работа. За смену на аптекарских весах один аптечный работник расфасовывал до 600 порошков.
Отсутствие аптечного оборудования и оснащения, большой объем работ, дефицит времени вынуждали провизоров и фармацевтов идти на некоторые нарушения установленных в мирное время правил изготовления ЛС. Так, порошки обычно не развешивались, а рассыпались и упаковывались в газетную бумагу. Жидкие лекарственные формы для внутреннего и наружного употребления фасовались в бутылки из-под пищевых продуктов, а для их укупорки применялись деревянные пробки. Растворы, в том числе, и для инъекций, фильтровались через несколько слоев марли или ватный тампон. Для изготовления дистиллированной воды служащие аптеки сами ходили за водой, зимой собирали снег, топили его, растворы стерилизовали на примусах в баках. Даже при ограниченном штате одной аптекой ежесуточно готовилось до 70–100 л стерильных растворов. Вместо вазелина и жиров в качестве мазевой основы применяли солидол. Позже, с учетом этого опыта на Госхимфармзаводе № 1 после клинических испытаний началивыпуск некоторых мазей, в частности, серной и Вилькинсона, на солидоле.
С первыми днями блокады на базе многих аптек развернули санитарные посты. Сотрудники аптечных учреждений наравне с бойцами местной противовоздушной обороны и медиками оказывали первую помощь пострадавшим от бомбардировок и артиллерийских обстрелов. Спасали вытащенных из-под завалов, раненных на улицах города. Помогали аптечные работники и обессиленным от голода и авитаминоза людям – в аптеке можно было получить немного настойки из мяты и валерианы. Чтобы поддержать ослабленных детей, аптекари давали им по чайной ложечке разведенной глюкозы, воды с растворенной в ней аскорбинкой, а иногда и мизерное количество гематогена.
Аптекари работали на износ
Тушили зажигательные бомбы, кололи лед, заготавливали дрова. Работали круглыми сутками, без отдыха. Многие не выдерживали и погибали, как и большая часть жителей города, от истощения – у аптечных работников не было дополнительных пайков.
Особенно трудно приходилось сотрудникам аптек при эвакуационных госпиталях. Помимо привычной работы они готовили инфузионные растворы, которые приходилось изготавливать при отсутствии централизованного водоснабжения, электричества и при крайнем дефиците фармацевтических средств, вспомогательных веществ и материалов, аптечной посуды, укупорочных средств и т.д. Для стерильных растворов аптекари ходили на Неву, из проруби которой брали воду. Кроме того,аптекари участвовали в ремонте и заточке хирургических инструментов, налаживали техническое обслуживание и ремонт медицинской техники, без которой невозможно было проводить операции.
Жёсткая экономия
Особенно важно было рационально и экономно расходовать медицинские изделия. Сотрудники эвакуационных госпиталей стирали перевязочные средства, восстанавливали гипс, использовали народные средства медицины. Михаил Чинчарадзе и Валентина Горохова, врачи ленинградского эвакуационного госпиталя разработали и внедрили в практику способ восстановления бинтов и марли гипсовых повязок. Они предложили замачивать их в 5% растворе соды, расслаивать, стирать и затем стерилизовать. К работе по стирке привлекли сотрудников аптек. За вторую половину 1942 года в эвакуационном госпитале фронтового эвакуационного пункта № 50 врачи и аптекари выстирали порядка 200 тысяч штук бинтов, 5680 метров марли, 42 килограмма тампонов, 282 килограмма серой ваты, более 31 тысячи перевязочных пакетов из сфагнума.
Материал подготовила Елена Грибкова, доцент кафедры управления и экономики фармации РУДН.