Россияне не доверяют официальным данным по инфляции. Такой вывод содержится в исследовании самого Центробанка. В работе сообщается, что, в отличие от многих других стран, наши сограждане почти не реагируют на информацию о прошлой инфляции. «Это может свидетельствовать о низком доверии населения к официальной статистике или о недостаточной информированности населения о деятельности регулятора».
По всему получается, что если бы россияне глубже вникали в специфику ЦБ, в тонкости его деятельности, то больше бы доверяли данным по индексу потребительских цен.
Может, оно и так.
Однако на бытовом уровне недоверие наших сограждан к официальным данным вполне объяснимо. Так, потребительская инфляция в 2024 году составила 9,52%. На эту величину были проиндексированы страховые пенсии и повышены зарплаты, но не повсеместно, а только в тех компаниях, где работодатель сумел найти средства в фонде оплаты труда.
Инфляцию мы оцениваем по торговым полкам в магазинах. Только на плодоовощную продукцию в минувшем году цены выросли на 22,09%. Почувствуйте разницу: где 9,5 и где 22%.
При этом картошка подорожала на 92%, сливочное масло прибавило 36,2%, мороженая рыба 17,5, молокопродукты 15,2%...
Мы называем не какие-то деликатесы типа красной икры, без которой можно обойтись и за новогодним столом, а продукты повседневного спроса, которые каждый день вымывают из наших кошельков денежки.
И как доверять официальным данным, утверждающим, будто подорожание составило немногим более 9%? Не верь глазам своим?
В первом полугодии 2024 года траты семейного бюджета на еду в среднем составляли от 32 до 35,9%. Каждый третий рубль, даже чуть больше, уходил на покупку картошки (сегодня, кстати, средняя цена составляет 85 рублей за килограмм), хлеба, молока, мясопродуктов.
Но еще из семейного бюджета нужно отложить средства на оплату коммуналки, на лекарства, на то и на се – и на радости жизни остается всего ничего.
Уже давно не секрет, что потребительская инфляция - это как средняя температура по больнице. Методика проста: обсчитывается корзина товаров за год и сравнивается по цене с корзиной товаров за предыдущий год. Так получается прирост в процентах. Но суть в том, что в этой корзине не 22 продукта питания, а более 500 позиций, включающих стоимость мебели, авиабилетов, телевизоров, прочее. Комоды или трюмо мы покупаем не так часто, как хлеб (в минувшем году подорожавший на 13,2%) и оттого, что мебель, допустим, подешевела на 5%, нам ни холодно и ни жарко.
Но если что-то из этой «корзины» подешевело, это сразу же отражается ни общем индексе потребительских цен.
О том, как вернуть доверие сограждан к официальным данным по инфляции, спрашиваем директора Центра конъюнктурных исследований НИУ ВШЭ Георгия Остапковича.
- Это вопрос диалектический, - считает он. – Ни в одной стране мира граждане не доверяют данным официальной инфляции. Спросите любого американца. 9 из 10 ответят, что реальный рост цен в стране в разы выше, чем объявлено в отчете.
Мировое сообщество на это не обращает внимания, так происходит в мире экономики и в мире статистики.
Существует единая методология расчета инфляции, которой придерживаются российские специалисты. Но следует сказать, что у людей она абсолютно разная, у каждого человека своя. Вот сегодня инфляция 10,3%. Но у кого-то она может быть и 30, и 40%, если у него, допустим, главным продуктом питания остается борщевой набор. А у кого-то инфляция 4-5%, если он предпочитает диетические каши, которые подорожали незначительно.
Люди в основной массе ощущают инфляцию более высокой. Это очевидный факт.
- Россия – одна из немногих стран, где мониторят и учитывают инфляционные ожидания населения. В прошлом году они фиксировались на уровне 15-16%. Почему бы правительству не индексировать пенсии по этому показателю? Тогда и недоверия бы к официальным сообщениям никакого не было.
- Ожидания, как правило, в 1,5-2 раза выше реальных показателей. На генном уровне мы ждем, что цены обязательно будут расти, мы даем негативный прогноз.
Однако инфляция считается по факту. 10 или 15% принципиально ничего не меняют. Как известно, дьявол кроется в деталях. Валовый внутренний продукт считают за минусом инфляции. Сейчас она, к примеру, 10% и по итогам 2024 года мы имеем очень высокие темпы роста ВВП - 4,2%. А если с ВВП снять 15%, этот рост будет уже значительно ниже.
Пускай официальная оценка инфляции в определенной степени субъективна, но она ведется по строгим международным стандартам.
Автор: Владимир Чуприн