— Пап, а тебе понравились гномы? — спросила его Оксаночка.
Тот даже не сразу понял вопрос.
— Ну, гномы, которые пели весёлую песенку, помнишь? — Оксаночка постаралась вовлечь его в разговор.
— Я вот смотрю, что на улице холодно, а у тебя шапка на макушке, и лоб весь открыт! — вдруг раздражённо проговорил Макс.
Они уже почти подошли к калитке дома.
— Но мне не холодно, пап… — малышка непонимающе смотрела на него.
Улыбка сбежала с её лица.
— Как это не холодно, когда очень даже холодно! — вскричал Макс, словно только и ждал малейшего противоречия. — Немедленно приведи себя в порядок!
И залепил дочке звонкую затрещину, так что та пролетела пару шагов и упала в снег.
— Ты что делаешь?! — не помня себя, набросилась на него Лена и дала ему пощёчину.
— Ах ты, тварь… — глаза Макса побелели от злости. — Я сейчас научу тебя уважать мужа!
— Не надо, папочка! — девочка с плачем кинулась к отцу. — Не бей маму! Пожалуйста!
Но Макс, похоже, её не слышал. Охваченный яростью он, как котёнка, схватил Лену за шиворот и уже замахнулся для удара. Она инстинктивно сжалась в комок, но тут произошло непредвиденное. Чьи-то сильные руки перехватили руку Макса и легко заломили её, так что тот согнулся в три погибели. Оказавшись на свободе, Лена растерянно обернулась и увидела невесть откуда взявшегося Антона. Он крепко держал Макса и приговаривал:
— Это не ты её научишь, а я поучу тебя уму-разуму!
— Пусти, гад, больно… — сдавленно ругнулся Макс.
— Если ты, сволочь, хоть пальцем тронешь её или Оксаночку, мало тебе не покажется, понял? — Антон надавил на руку Макса.
— Пусти… — завыл тот.
— Я спрашиваю, понял? — Антон снова тряхнул Макса.
— Понял…
— Вали отсюда… — он отпустил Макса. — Собирай свои монатки и катись!
— А это не тебе решать! — сварливо выкрикнул тот, отбежав на приличное расстояние и потирая руку.
— Именно мне! — Антон снова угрожающе двинулся на Макса.
— Любовничка нашла… — прошипел тот, обернувшись к Лене, которая во все глаза смотрела на происходящее. — Защитничка!
— Правда, Макс, уезжай… — наконец, ожила она. — Так будет лучше для всех. На развод я подам сама.
— Уеду, не сомневайся! — его голос сорвался на фальцет. — И больше не вернусь!
Он поспешил в дом.
— Сейчас он соберёт свои вещи и уйдёт… — тихо сказала Лена. — У него всё равно билет на сегодняшний ночной самолёт…
— А зачем тогда прилетал? — усмехнулся Антон. — Чтобы вас с дочкой повоспитывать?
Тут он спохватился и направился к Оксаночке.
— Не бойся, малышка! — Антон подхватил всхлипывавшую девочку на руки. — Досталось тебе, но больше этого не повторится!
Оксаночка, оказавшись в руках Антона, испуганно зажмурила глаза.
— Совсем тебя запугали… — огорчённо проговорил он. — А ты меня не помнишь? Посмотри-ка внимательнее…
Голос Антона звучал мягко и ласково, и девочка решилась приоткрыть один глаз. Она отрицательно замотала головой.
— Ну, конечно, не помнишь… — улыбнулся Антон. — Ты тогда была совсем маленькой…
— А теперь я уже большая! — сказала Оксаночка.
— Большая, ещё какая большая! — засмеялся Антон и слегка подбросил её, чему она очень обрадовалась.
В этот момент показался Макс с вещами. Приблизившись, он зло сощурился и ехидно процедил:
— Так уж и быть, защитничек, освобождаю тебе место… Оно ещё тёпленькое!
Антон с девочкой на руках сохранял невозмутимость. Оксаночка, вновь оказавшись рядом с отцом, инстинктивно прижалась к Антону.
— Сделай так, чтобы мы тебя больше никогда не видели, — только и сказал он на прощание Максу.
— Пойдёмте в дом! — спохватилась Лена, когда Макс скрылся из вида.
Там всё было перевёрнуто вверх дном.
— Это он нарочно сделал, — тихо проговорила Лена. — Вещей-то у него немного, их и искать не надо было… Решил насолить мне напоследок.
— Не расстраивайся! — улыбнулся Антон, опуская девочку на пол. — Мы тут в два счёта всё уберём! Ещё и праздник успеем встретить. Да, Оксаночка?
При этих словах малышка повеселела. Ведь и, правда, скоро Новый год!
— А ёлка-то какая! — воскликнул Антон, подводя её к нарядной пушистой красавице. — Ты сама наряжала?
— Мы с мамой! — гордо заявила Оксаночка. — Нам её из школы принесли. А снежинки я сама вырезала, вот!
И кивнула на окно, всё в разноцветных снежинках.
— Ух ты, как здорово! — восхитился Антон. — А я тебе потом покажу, какие ещё можно вырезать фигурки из бумаги… Хочешь?
— Хочу! — обрадовалась девочка.
Лена смотрела на них и чувствовала, как в душе разливается тепло. Словно была там ледяная стужа, а потом вдруг налетел живой горячий ветер, и стужа эта стала стремительно скукоживаться.
— Давайте на стол собирать! — весело воскликнула она. — Праздник же на дворе!
***
Они дружно ликвидировали беспорядок, Антон выдвинул обеденный стол, а Лена с Оксаночкой взялись за праздничный ужин.
— Я ведь шёл к вам не с пустыми руками! — улыбнулся Антон. — А сумку с угощением у калитки оставил, когда…
Он замолчал, потому что не хотелось вспоминать о той безобразной сцене и портить всем настроение.
— Я сейчас принесу, — поспешно проговорил Антон, набрасывая куртку. — Если только её не утащили…
А через пару минут явился с объёмистым баулом.
— Вот, всё на месте! — торжествующе сообщил он и принялся выкладывать на стол заморские угощения. — Это из Италии, попробуйте…
Оксаночка, да и Лена тоже, во все глаза смотрели на всевозможные коробки и банки, которых они никогда не видели.
— А сейчас — подарки! — объявил Антон. — Это тебе, Леночка…
И вручил ей изящную сумку из тонкой кожи с замысловатым плетением.
— Говорят, ручная работа… — чуть смущаясь, сказал он. — Может, понравится…
— Антон, это великолепно! — восхищённо воскликнула Лена, принимая подарок. — Спасибо тебе огромное, но, право, не стоило…
— Очень даже стоило! — безапелляционно заявил тот. — А это тебе, принцесса!
И протянул Оксаночке маленькие унты. Они были сделаны из мягкой белой кожи и оторочены мехом.
— Что это? — та завороженно смотрела на подарок, не решаясь взять его в руки. У неё ещё никогда не было ничего подобного. — Это мне?
— Тебе, тебе, принцесса! — засмеялся Антон. — Померяй! Надеюсь, с размером я угадал. Взял побольше, на вырост.
Оксаночка натянула эти чудо-сапожки и не захотела снимать.
— Ну слушай, ты прямо как Дед Мороз… — смущённо проговорила Лена. — Что надо сказать? — обратилась она к дочери.
— Спасибо! — звонко выкрикнула та, притопывая в новых унтах.
— Подожди, Антон… — Лена убежала в свою комнату.
Она и не предполагала, что он будет встречать с ними Новый год, да и, вообще, не надеялась, что приедет, но на всякий случай купила скромный мужской парфюмерный набор.
— Это, конечно, не сравнится с твоими подарками… — Лена протянула ему набор. — Но прими от нас с Оксанкой… С Новым годом, Антон, с новым счастьем!
— Спасибо, девочки… — ему было явно приятно, что о нём не забыли.
— А теперь — все за стол! — весело объявила Лена. — Я ужасно голодная!
Угощение получилось богатым и вкусным.
— Но домашнее лучше! — приговаривал Антон.
Он ел и нахваливал блюда, которые Лена заблаговременно приготовила к новогоднему столу. После праздничного ужина Антон затеял игры, а потом вместе с Оксаночкой вырезал из бумаги всевозможные фигурки. В детстве он всерьёз увлекался этим делом, и вот навыки пригодились. А ещё ему нравилось оригами.
— Я научу тебя не только вырезать, но и складывать фигурки из бумаги… Хочешь? — спросил он Оксаночку.
Та сонно кивнула. От всевозможных впечатлений сегодняшнего дня — радостных и не очень — она заснула прямо за столом, и Антон отнёс её в детскую, не дожидаясь боя курантов.
— Вот какой получился праздник… — тихо проговорила Лена, когда они с Антоном остались вдвоём. — И всё благодаря тебе… Спасибо! Антон молча смотрел на неё и не мог отвести глаз. Затем подошёл и стиснул в объятиях.
— Любимая… — едва слышно прошептал он, но Лена услышала и подняла на него глаза, полные слёз.
— Почему ты плачешь? — спросил он, пробуя на вкус солёные дорожки, которые потекли у неё по щекам.
— От счастья… — улыбнулась она. — Я и не думала, что такое бывает…
Антон стал целовать её глаза, щёки, губы… Он прижимал её всё теснее, словно хотел в ней раствориться. Ощутив его возбуждение, она и сама внезапно почувствовала необычайный прилив страсти. Быть для кого-то дорогой, любимой, желанной — как это, оказывается, прекрасно!
Она и не заметила, как они с Антоном очутились в её комнате. Только что приветливо переливалась огоньками новогодняя ёлка в гостиной — и вот уже Лена, раскинув руки, лежит на постели и смотрит, как Антон поспешно освобождает себя от одежды. Ах да, он просто подхватил её на руки и перенёс сюда! Антон… Как же он красив, как изумительно сложен, какой приятный аромат источает его тело… Лена издала непроизвольный стон.
— Любимая… — глаза Антона оказались совсем рядом.
Они потемнели от страсти и лихорадочно блестели в полумраке. Он принялся покрывать поцелуями её шею и грудь, спускаясь всё ниже… Вновь застонав, она выгнулась дугой ему навстречу.
— Девочка моя… — резко выдохнул он и слился с ней в опьяняющем танце любви.
Они будто попали в бешеный водоворот. Вспышки следовали одна за другой, а эти два путника, измученные долгой жаждой, наконец-то, смогли припасть к живительному источнику…
Уже потом, много позже, когда Лена, счастливо улыбаясь, отдыхала на груди Антон, он сказал:
— Видишь, как хорошо… А ты боялась… Столько лет боялась неизвестно чего…
Она согласно закивала в темноте, и он понял её. Они с Антоном, действительно, во всём подходили друг другу, словно две половинки, которые вдруг встретились по счастливой случайности.
— Только… — начал он и замолчал.
— Что? — она подняла голову.
— Получается, что я и, правда, занял это место ещё тёпленьким… — чуть смущаясь, наконец, проговорил он.
— Глупости! — она коснулась его губ ладонью, и он поцеловал её. — Мы с Максом уже давно не живём как муж с женой, если ты это имеешь в виду… Я же говорила тебе, он любит другую женщину, мою бывшую подругу. А в те редкие дни, когда приезжал, мы общались, словно соседи-квартиранты, и то ради дочери…
Лена услышала в темноте, как Антон облегчённо вздохнул, и улыбнулась.
— Бой курантов-то мы пропустили… — заметил он.
— Ну и что? — засмеялась Лена. — Всё равно это лучший Новый год в моей жизни!
— И в моей… — он прижал её к себе.
Они помолчали.
— А ты была в «Олимпийском»? — вдруг с хитринкой в голосе спросил Антон. — На моём заплыве?
— Была! — призналась она и счастливо засмеялась.
Кажется, теперь она смеялась чуть ли не каждую минуту.
— Мне показалось, что я тебя видел на трибуне, но ты так быстро убежала… Почему не подошла?
— Испугалась, — честно сказала Лена.
— Чего? — Антон обнял её.
— Что меня заметишь… Решила, что ты уже и думать обо мне забыл, а я вдруг явилась…
— Глупенькая… — он поцеловал её в висок. — Я каждый день вспоминал о тебе, отправил столько сообщений, но не получил ответа… Хоть бы раз написала!
— Ты мне писал? — Лена резко села на постели. — Когда?
Антон вдруг прочёл наизусть стихотворение Эдуарда Асадова. И она без труда узнала его.
— Ты — Космос? — захохотала Лена.
— Ну да… — признался Антон.
— А я-то всё голову ломала, кто это такой! Хоть бы намекнул…
— А ты могла бы и сама догадаться… — обиженно засопел Антон. — Я так старался тебя поразить…
— Мальчишка мой! — радостно воскликнула она. — Тебе это удалось…
И она стала покрывать короткими поцелуями сплетение сухожилий на его шее и сильные плечи.
— Как же я тебя люблю…
— И я тебя… — Антон легко подхватил её и перекатился с ней на постели.
— Но куда же ты вдруг исчез, Космос? Я ведь расстроилась… — со сдавленным смешком проговорила она.
— Решил, что тебе не нужен, — коротко объяснил он. — Дурак был. Вообще, хватит болтать…
И они занялись более приятным делом — самым главным для них на сегодняшний день.
— Ах я, дурья голова… — уже под утро хлопнул себя по лбу Антон.
Они с Леной, умиротворённые и счастливые, почти заснули.
— Что такое? — сонно спросила она.
— Я же привёз кукольный домик для Оксаночки! Подарок от Деда Мороза. Надо его под ёлку положить. А то она утром придёт, а там ничего нет.
И Антон, легко вскочив с постели, помчался осуществлять задуманное. В свете уличного фонаря мелькнул его стремительный силуэт. Лена улыбнулась и закрыла глаза. «Нельзя быть такой счастливой… — невольно подумалось ей, — просто неприлично… Хотя почему нет? Я столько лет мучилась и только сейчас, наконец, узнала, что такое быть любимой! Заслужила…» И она провалилась в безмятежный сон.
Наутро их разбудил радостный возглас Оксаночки:
— Мама, мама, а мне Дед Мороз принёс кукольный домик!
Девочка, как обычно, забежала в комнату матери, но, увидев в постели рядом с ней Антона, замерла на пороге.
— Ты что там застеснялась? — он сразу проснулся и сориентировался в ситуации. — Запрыгивай, не бойся!
Оксаночка никак не ожидала такой реакции — она привыкла, что отец всегда выставлял её из комнаты, если она ненароком заглядывала к нему. А тут Антон улыбался и совсем не сердился. И даже разрешил ей забраться к ним с мамой! Она нерешительно подошла и села на краешек постели.
— Что там у тебя, доченька? — Лена тёрла сонные глаза.
— Дед Мороз мне принёс кукольный домик, представляешь? — повторила малышка, не скрывая своей радости.
— Да ну, не может быть! — искренне восхитился Антон.
— А вот и может! А вот и может! — она запрыгала на постели.
— Что ты там мёрзнешь? — спросил Антон. — Иди к маме под одеяло…
Девочка с радостью забралась к Лене под бочок и прижала к ней свои ледяные ступни.
— Холодная-то какая! — воскликнула та. — Укройся получше… Давай ещё поспим, а?
Малышка кивнула. Они и, правда, все задремали, а, когда проснулись, то за окном уже вовсю светило зимнее солнце.
— Господи, хорошо-то как! — Лена блаженно потянулась. — Сейчас будем завтракать…
Она уже собиралась вставать, но с удивлением обнаружила рядом с собой только дочку. Антона не было, зато из кухни доносились умопомрачительные запахи.
— Девчонки, подъём! — заглянул он в комнату, лёгок на помине. — Завтрак уже на столе!
Лена с изумлением и восторгом смотрела на него. Никогда в жизни Макс не готовил ей завтрак. «Придётся привыкать к хорошему!» — внутренне возликовала она. Они позавтракали вкуснейшими блинами со сметаной, которые успел приготовить Антон. Оксаночка без устали демонстрировала свой новый кукольный домик.
— Мамочка, представляешь, там даже игрушечная мебель есть и посуда в кухонных шкафчиках!
— Вот это да! — восхищалась Лена и рассматривала с дочкой новую игрушку. — Я бы и сама от такого не отказалась!
— А зачем тебе? — удивилась дочь. — Ты же взрослая!
— Ну и что? — засмеялась Лена. — Мне тоже нравятся кукольные домики…
— Тогда будем с тобой играть по очереди, — с серьёзным видом предложила малышка.
— Спасибо, моя родная, — Лена растроганно поцеловала дочь.
— Угодил ты ребёнку… — улучив момент, шепнула она Антону. — Оксанка прямо в восторге от кукольного домика… Даже об унтах забыла!
— Ну так унты подарил я, а кукольный домик — Дед Мороз! — объяснил Антон. — Есть разница?
— Спасибо тебе! — она обняла его.
— А что мне за это будет? — шепнул он, коснувшись её уха горячими губами.
— Увидишь… — игриво прошептала она в ответ.
***
Днём позвонила Тамара Сергеевна.
— С Новым годом, дочка! Как вы там, ещё не подрались?
Она была в курсе, что к ним собирался приехать Макс.
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Токарева Алена