Москва - Ветеранские вести. Интервью специального корреспондента "Ветеранских вестей" Олега Коршунова с Виктором Дмитриевичем Дмитриевым, председателем Санкт-петербургской общественной организации инвалидов и семей воинов, погибших в Республике Афганистан.
- Позвольте сразу спросить: не кажется ли Вам, что сейчас, во время проходящей Специальной военной операции, ситуация с ветеранами Афганистана государственными органами задвинута в самый дальний угол?
- Так и есть, и кому, как не мне, это не видеть?! Например, ряд гарантированных льгот ушли от нас и на региональном, и на федеральных уровнях. Я состою в Координационном совете по делам ветеранов при губернаторе Санкт-Петербурга, а это исполнительная власть работающая на основании существующего Законодательства. А нам нужны изменения в законы, но и в Законодательном собрании Санкт-Петербурга, также как и в Государственной Думе вопросы по возвращению отмененных льгот и гарантий не решаются. Мы в январе как раз присутствовали на встрече с депутатами Законодательного Собрания Санкт-Петербурга, с представителями исполнительной власти. На этой встрече был представлен перечень из 14 вопросов, которые необходимо решать. Нам было дано обещание о пересмотре законодательства в отношении и на наши вопросы мы получим ответ в решении тех или иных проблем. Но на самом деле этого не произошло. С момента встречи прошло более трёх месяцев, но до сих пор власти не готовы дать ответ. Мы не остановились, разумеется, на этом, а обратились в местную фракцию ЛДПР, предложив уже им выступить с законодательной инициативой и найти ответы с изменением в законодательство на поставленные вопросы. Замечу, что мы давно ратуем за создание комитета или же комиссии по делам ветеранов, куда должны быть включены представители всех общественных ветеранских организаций. Полагаю, тем самым мы облегчим путь прохождения наших запросов к властям и окажем действенную помощь ветеранам.
Необходимо двигаться, не стоять на месте. Я знаю это точно, так как с 2007 года занимаюсь юридическими вопросами помощи ветеранам и по пенсионному обеспечению, и по тем или иным гарантированным льготам. Будучи членом правления общественной организации "Инвалиды войны" в Санкт-Петербурге, возглавляемой генерал-майором в отставке Виктором Дмитриевичем Кабацким, провожу консультации и вместе мы нарабатываем вопросы, в частном порядке отправляем ходатайства, решаем жилищные проблемы здесь, в Питере. Моя задача заключается в подготовке документов и контроля за соблюдения правового поля.
Так как специфика моей организации чисто афганская, объединяющая инвалидов и семьи погибших воинов в Республике Афганистан, то стараемся помочь нашим ветеранам и семьям в плане санаторно-курортного обеспечения, так как некоторым членам нашей организации уже под 90 лет. Проводим организацию лечения, делая это, что называется, частным порядком. Недавно мы обсуждали это с одним из бывших военных медиков. Нас вывели из площадок медицинского обслуживания Министерства обороны, Медицинской академии и госпиталей, а лечение полученных военных травм нашими ветеранами, тем не менее, должно продолжаться и проводиться на базе госпиталей и врачами военно-полевой хирургии. И наших, "афганских" травм, и "чеченских". Мы, ветераны Афганистана, ветераны Чечни отлично понимаем, что участникам СВО необходима не только первичная, но и долгосрочная медицинская реабилитация, необходимо лечение, но почему забывают о нас, о нашем восстановлении и поддержании здоровья?! Необходимо создание дополнительных реабилитационных федеральных и региональных центров.
Замечу, что организаций для помощи ветеранам много, но мы стараемся проводить, пожалуй, наиболее значимую работу, так как у нас есть личный опыт, которым мы готовы делиться и помогать нашим ветеранам. Существует ряд организаций, тесно сотрудничающих с нами на этом поприще. А в этом году будет 35 лет нашей организации, созданной в 1990 году как Фонд инвалидов и семей воинов, погибших в Республике Афганистан.
- Сотрудничают ли организации ветеранов Афганистана с подобными же организациями ветеранов чеченской войны?
- Конечно, контакты поддерживаем так или иначе, оказываем взаимную поддержку по тем или иным вопросам, делясь наработанным опытом и помогая ветеранам ,не взирая на членство в других организациях. Ветераны Чечни присутствуют во многих организациях, в том числе в Спб ОО ВБД «Инвалиды Войны» у В.Д.Кабацкого, у него много ребят, служивших в МВД и выполнявших задачи по поддержанию Конституционной законности на территории Кавказа. Региональное отделение Общероссийской организации «Боевое Братство» объединяет всех ветеранов локальных конфликтов. Союз общественных объединений инвалидов войны в Афганистане и Чечне(СИВАЧ) возглавляемый В.А.Романовым много проводит работы по проведению мероприятий посвященных значимых дат Российской истории: дню Победы, началу ВОВ, началу афганских, чеченских, сирийских событий. Все организации занимаются проведением Уроков Мужества, других мероприятий по военно-патриотическому воспитанию молодежи. Одной нашей организацией, членами её, проведены боде 10 уроков Мужества в школах и клубах, открывались парты Героев в школах Санкт-Петербурга, открытие Памятных досок посвященным бывшим учащимся, погибшим в Афганистане и Чечне. Начали установку информационно-охранных стендов на местах захоронений погибших воинов на кладбищах Санкт-Петербурга. Работы очень много, поэтому необходим дружный работоспособный коллектив и содружество организаций.
- Позвольте задать Вам вопрос именно как ветерану Афганистана: как Вы оцениваете качество выходящей литературы об этой войне?
- По афганской тематике выходило довольно много книг, создавались фильмы, информации открывалось много. Конечно, в эту литературу необходимо вносить корректировки по достоверности исторических фактов. Последний раз к нам приезжал Ильяс Дильшатович Дауди, написавший книгу "В круге кундузском", прибывший в Афганистан чуть позже меня. За подвиг, совершенный в 1985 году награда Ильяса нашла лишь в 2010году. Президент присвоил ему звание Героя России. Это помимо двух его орденов Красной Звезды. Нам было о чем поговорить и что вспомнить... Впрочем, стоит заметить, что и его роман не свободен от художественной переделки, переосмотрения происходивших событий. Об этом ему говорил. Вообще же, Ильяс большой молодец!
- Расскажите, в таком случае, о своей службе!
- В принципе, служба как служба... Подвиги я не совершал, не предоставилась возможность, просто старался нести службу, как полагается. Да и ранение получил в общем-то потому, что слишком щепетильно относился к тому, чтобы не подставить других, и самому выполнить поставленную задачу, пусть и не на меня возложенную, а на моё отделение. Призвался в 1984 году в октябре, в феврале 85-го, после учебки в городе Термезе, перебросили на север Афганистана, в город Кундуз. Я с первого дня знал, что наша команда идет именно в Афганистан. У нас был спецнабор, мы механики-водители МТЛБ. Для моего призыва в те годы не возникало вопроса служить или нет, и где именно служить. Квалификационной комиссии я так говорил: "Вы поймите, я десятый ребенок в семье! Родителей - нету! Что вы меня тормозите? Оставьте тех, кто в семье один! Я поеду служить- куда меня пошлют!"
Службу в ДРА нес в боевом охранении 201-й мотострелковой дивизии, числясь в артиллерийском дивизионе. Охранение стояло по всему периметру, чтобы дивизия, как говорится, могла спать спокойно. В дивизионе три противотанковых батареи : две вооруженные пушками МТ-12, я как раз тягачом такую пушку и таскал. И третья батарея - ПТУРСы на БРДМах. Численность 150 человек. А сейчас численность личного состава уменьшена в три раза, не нужны пушки, остались одни ПТУРСы. И вот, наверное, весь первый год службы в Афганистане ходил на посты. А ведь больше всего не хотел попасть на постовую внутреннюю службу! Мы стояли на постах 6 часов днем, и столько же ночью. Без смены! Постоянно! Перед выходом на пост надевали три подбушлатника, бушлат, шинель, "химдым" и все равно продувало насквозь! Ну а потом с командиром переговорил, попросился службу продолжить на автомобиле. Комбат перевел меня вначале на КамАЗ, я таскал снаряды на автомобиле с прицепом, потом пересадили на батарейный ГАЗ-66. Новый комбат, мой земляк из Тосно, перевел на командирский БРДМ. Царство небесное комбату, погиб в 2005-м... И так я стал командиром отделения тяги! Так "в народе" должность называется. На командирском БРДМе ходил на сопровождение колонн. У меня три подрыва, и слава богу, только на минах, а не фугасах! При подрыве на БРДМе вырвало редуктор заднего моста. Вытащил полуоси. Пришлось ехать на переднем мосту. Ну и через некоторое время и передний мост на БРДМе вышел из строя, а я, как боевая единица мог только пулеметом колонну охранять без возможности маневра. И тогда обошлось, слава богу, сильных обстрелов не было. Ходил на сопровождении наших дивизионных "наливников" на базе КамАЗов и Уралов, возивших стройматериалы и продукты из Хайратона и порта Шерхан. На "вертушках" нас забрасывали в Хайратон, мы получали технику и перегоняли в место дислокации. А основная моя специализация - водитель БРДМ радиохимической разведки, то есть обеспечение химической разведки и сопровождение колонн. Ну а последняя наша операция называлась "Маневр". 860-й мотострелковый полк в районе Файзабада зажали, а на "вертушках" можно было перекинуть незначительное количество груза. А ведь нам надо было накормить и обеспечить провизией и местное население! Необходимо было провести в Файзабад три колонны. Наша колонна была пробная, груз мы должны были перегрузить в районе Кишима, зоне ответственности уже 860 полка. Вот как раз Ильяс Дауди со своим подразделением прикрывал нам обеспечение безопасного продвижения. Не дойдя до Кишима нас обстреляли из минометов. Подбили впереди идущий КамАЗ, необходимо было вытащить водителя и потом столкнуть Камаз с дороги. Побежал я, хотя это должен был сделать сопровождавший офицер. Но офицер не пошел. И, в общем, получил осколочное ранение. Через три дня очнулся в Кабуле. После того, как извлекли осколки, сказали, ну всё, в Кундузе долечишься! Посадили в самолет, и во время полета второй пилот вышел и говорит: "Перелетаем границу Советского Союза!" - "Какого Советского Союза? Мне в Кундуз надо!" - "Мы летим в Ташкент". В Ташкенте находился на лечении три месяца. Дослуживал в Туркмении, в городе Кызыл-Арвате, в Афганистан не вернули. В ноябре 86-го демобилизовался.
- Что Вы знали о войне в Афганистане до службы в армии?
- В 1980-м году пришел первый парень у нас из Афгана, мне было 13-14 лет тогда. И вот он рассказывает, а мы смотрим на него во все глаза. Кто бы думал, что пройдет какие-то четыре года и я сам попаду в Афганистан? Нас, из поселка в Ленинградской области, ушло шестеро человек, все вернулись. Сейчас осталось лишь двое, четверых ребят я уже похоронил.
- Сразу ли влились в ветеранское движение после демобилизации?
- У нас в те годы ветеранская организация больше работала по ветеранам Великой Отечественной, предложили вступить , уже в этой организации какой-то ветеранской работой начал занимался, в Выборге была своя районная афганская организация. В 2005-м переехал в Санкт-Петербург, и в 2007-м начал сотрудничать с "Афганветом". То есть с этих лет я в "афганском" ветеранском движении, занимаюсь активно работой. Закончил юридический колледж, потом получил основное высшее образование, восстановившись в университете, в который поступал еще до армии.
- Как Ваша организация поддерживает память о войне в Афганистане?
- Вокруг нас много достойных личностей! Например, десантник-минер из 345-го отдельного гвардейского воздушно-десантного полка, Дмитрий Валерьевич Корхов получивший тяжелейшее ранение, подорвавшись на фугасе. Несмотря на то, что в инвалидной коляске, активно помогает, и как! Для таких людей хочется работать, потому что они живые, они настоящие! Не сложили руки, не ударились в пьянство, в наркотики. Мамы, члены нашей организации на протяжении 35 лет поддерживают нас, инвалидов, и мы сообща помогали в создании Памятника на проспекте Славы в парке Воинов-Интернационалистов и на Мемориале Серафимовского кладбища, где у нас проходят все наши памятные мероприятия. Мы участвовали в открытии двух именных парт Героев в школах, где учились погибшие в Афганистане воины. В частности, открывали парту Германа Стрельцова, о котором пишет в книге И.Дауди. Вторую парту открывали во Фрунзенском районе вместе с Памятной доской Михаилу Ефимову. Проводим уроки мужества, поскольку кто, как не мы, можем донести новому поколению факты истории героического прошлого нашей страны, пробуждающие патриотизм и любовь к Родине? Иногда, конечно, приходится действовать и через власти города, когда в одной из школ не испытывали желание вешать памятную доску на стену. Благодаря главе Комитета по образованию Н. Г. Путиловской препоны были устранены очень быстро. Сейчас Администрацией города по нашей инициативе устанавливаются информационно-охранные стенды на местах захоронения наших всех погибших ветеранов и эта работу будет продолжаться. Далее необходимо объединение наших организаций с вновь создаваемыми организациями ветеранов вернувшимися с СВО, для работ по сохранению памяти о погибших. Пока что в плане увековечивания памяти всё получается! Рад, что есть люди, которые идут на встречу и слышат нас. И я вижу, что наша работа приносит плоды.