Здравствуйте, все!
Третий день на работе, и третий день подряд у меня хорошее настроение.
И какая-то отстранённость от происходящего, будто я нахожусь одновременно и тут, и где-то в другом месте, как за стеклом, сквозь которое могу видеть лишь я.
Это так странно. Но неплохо.
Даже всё раздражение куда-то делось))
Вчера, допустим, выдалась очень суматошная рабочая смена. Машина с товарами приезжала два раза, и с самого утра, и до самого вечера шёл народец)) Очень много было чуднЫх. Я немножко закатывала глаза, но прям самую малость))
И спала ночью, как убитая.
День сегодня пасмурный, похолодало. И дождь периодически моросит (как и вчера). Зато у меня в пвз прохладно, не душно.
Вспомнилось почему-то, как в детстве я ходила с мамой на "ночное" дежурство в типографию. Может быть, потому, что в один из таких наших походов мы тоже попали под дождь. А может, и не поэтому)
Ну, раз вспомнилось, так и расскажу.
Только предупреждаю сразу, что ничего особо интересного в этом рассказе вас не ждёт. Просто случайное воспоминание из детства.
А было мне тогда лет шесть, и на дворе стояло лето.
Так называемые "ночные" дежурства были скорее вечерними, ибо начинались эти бдения часов в семь (в точности теперь и не вспомню), а заканчивались, как правило, ещё до полуночи.
Мама дежурила примерно раз в месяц, и задача её состояла в том, чтобы вычитать готовящийся к печати номер городской газеты, в которой она и служила журналистом.
Тогда меня мало интересовало, чем она там, в типографии, занимается; главным было желание пойти с нею.
Кстати, недавно я залезла в архив этой газеты (в сети нашла, конечно, а не в библиотеку пошла, хотя там, и по сей день, хранятся толстые подшивки номеров), и нашла первые мамины статьи, посмотрела фотографии нашего города - старые, чёрно-белые. Тёплые чувства.
Живу прошлым, чо))
Когда мама уходила на эти свои дежурства, моя жизнь останавливалась, и всё, что я могла делать - это ждать её прихода. И бабушка с дедушкой никак не могли уговорить меня лечь спать.
Сейчас, с позиции взрослого человека, мне трудно объяснить эту острейшую тоску детского сердца по матери, которая отлучилась всего на несколько часов. Но я прекрасно помню то отчаяние, в которое впадала тогда.
Нормально ли сие? Не знаю.
Знаю лишь (уверена!), что это были первые ростки первых в моей жизни созависимых отношений.
Ну, сейчас не об этом)
В общем, моё нытье по поводу уходов мамы, в конце концов, всем так надоело, что она сдалась и стала брать меня в типографию с собой. Я добилась своего)
Сегодня расскажу про первый раз, который помню лучше и ярче остальных.
О, это было почти приключение!
Видите, как долго я запрягаю?))
Вышли мы с мамой из нашего старого двора (это где мы с моей Цилей чаще всего гуляли потом), дождались на остановке за домом троллейбуса и поехали в типографию.
Я взяла с собой своего "дружка": сшитого из белой тряпицы Человечка (тогда я уже немного научилась от бабушки ковырять иголкой, и сотворила его, как сумела). Бабушка измерила его линейкой и сказала, что в нем чуть меньше восьми сантиметров. Выглядело созданьице примерно так:
Я испытывала к тряпичному Человечку большую нежность, и любила с ним играть.
Также у меня была с собой маленькая сумочка-мешочек, в которой лежал блокнотик, ручки, карандаши, ластик, мятные конфеты и два бутерброда с вареной колбасой, завёрнутые в пакетик.
Я была очень счастлива и взволнована. Все восемь или девять остановок радостно пялилась в окно троллейбуса (я и сейчас так делаю).
Старая типография (четырёхэтажное жёлтое кирпичное здание, довольно скучное на вид), показалось мне неописуемо прекрасным и полным волшебства.
"Ти-по-гра-фи-я!" - повторяла я про себя, не совсем представляя, что же это за место такое.
Хорошо там работать или нет? Почему мама не любит эти "ночные" дежурства? Будут ли мне там рады?
А главное - что я там увижу и почувствую?
Боже милостивый, сколько в мире тайн! Непроницаемая завеса тайн! (с)
Ах, с самого детства гнетет меня эта непроницаемость, эта невозможность проникнуть всюду, эта жадность, если вы понимаете, о чём я)
А увидела я там, для начала, крутые железные, с прозеленью, лестницы (ступеньки в крестик). Нашла их очень красивыми.
Сын бы сейчас выбрал слово "атмосферно")) Оно тоже подходит.
Потом увидела цех, где работают наборщики (интересно, но как-то суетно, шумно, да и явно мешалась бы я там), с которыми мы быстренько поздоровались, а мама обменялась парой фраз.
Снова ступеньки в крестик, и на следующей лестничной клетке - главное, главное!
Подстилочка из серой стеганной фуфайки, а на подстилочке - Пёс.
Не успела мама произнести до конца предостережение о том, что Пёс старый и неприветливый, как я уже протянула к нему руки.
И тут же он меня укусил. Молниеносно, молча, цапнул чуть повыше локтя, и снова свернулся калачиком.
От удивления и неожиданности я даже не заплакала, а только отскочила в сторону.
Мама осмотрела руку и сказала, что будет небольшой синяк.
В общем, Пёс не атаковал по-настоящему, а просто сказал: "Не приставай ко мне, дщерь человеческая!"
Коротко и доходчиво)
Потом мама дала мне ЦУ, куда ходить можно, а куда - нельзя, и показала кабинет, где ей предстояло "дежурить", после чего погрузилась в работу.
Ну, а я пошла шататься.
Несколько раз мне навстречу попадались люди, с которыми я вежливо здоровалась, и отвечала на одни и те же вопросы, типа, с кем пришла, как маму зовут, и так далее.
Помню, долго играла на низеньком, широченном подоконнике, среди растений в старых керамических горшках, с Человечком.
Играли мы "в разведку", то есть, попросту говоря, глядели, прячась за цветами, в окно, и записывали (ну, я записывала) в блокнотик, что там, за окном, делается: тётенька с авоськой идёт, дворник двор метёт, машина синяя проехала, кошка прошла. Естественно, заметки делались в духе и контексте "разведывательной операции".
Уже не в помню, где я этого набралась, но странная сия игра казалась мне ужасно увлекательной))
Наигравшись и собрав в сумку свой скарб, я вытащила пакетик с бутербродами и, начав один, вышла на лестницу.
Решила проверить, там ли Пёс.
Пса на месте не было.
Потоптавшись немного, я оставила на подстилочке второй бутерброд и ушла.
Слоняясь по коридору, наткнулась на дяденьку с седой бородкой (с которым уже успела познакомиться), и дяденька этот, имея в виду мой обкусанный бутерброд, спросил, не хочу ли я чаю. Он, мол, как раз, чай собирается пить.
В кабинете, куда меня пригласили, было уютно от жёлтого света ламп и заваленных газетами углов. Пахло свежей типографской краской и бумагой (до сих пор обожаю этот запах!).
Тётенька в рыжих волосах и толстых очках разливала из блестящего электрического чайника кипяток по стаканам, стоящих в железных, в завитушках, подстаканниках.
На одной тарелке лежали нарезанные хлеб и сыр, на другой - домашнее печенье, совершенно бесподобное, удивительное!
К слову, моя мама, вообще, не умела печь, а бабушка регулярно пекла лишь блины, и по праздникам - пироги, так что я была ребенком, жадным до настоящей домашней выпечки, вроде орешков со сгущенкой, вафельных трубочек с кремом и творожного печенья (всё это мне доводилось пробовать в гостях у лучшей подруги детства)).
Но ТАКОЕ печенье я видела впервые в жизни!
На вид оно было, как... Кудрявые кисточки, что ли? До сих пор не могу подобрать сравнение, но зато точно могу сказать, что готовили его при помощи мясорубки))
Это я потом, десятилетия спустя, увидела ролик в Сети))
И одной тайной в мире стало для меня меньше)
Я успела съесть лишь одно печенье (вкус показался мне просто божественным!) и выпить половину кружки чая, как в дверь постучали, и это была мама.
Она сказала, что уже пора домой, и нужно торопиться, чтобы успеть на последний троллейбус.
Когда мы спускались по железной лестнице, Пёс снова лежал на своей подстилочке, а бутерброда не было.
На остановку мы бежали под дождём.
Спасибо, что читаете и комментируете. Всем желаю здоровья!